Фальшивый мир. Игра 1. Лиз

Глава 5

Воспоминание 11

Я очнулась в полете. Как он сделал это, я не знаю. Но понимаю, что я в безопасности. И вместе с пробуждением хлынули воспоминания: о боли, о смерти, о Вике… Мне было плохо. Потому что он был моим другом. А друзей терять очень больно.

Болело все. И душа и тело. А перед глазами все стояла грустная улыбка друга, стеклянные серые глаза и кровь… много крови.

— Плачь…

Джей просто смотрит. И ничего не говорит. Только смотрит.

— Зачем? Не поможет. Друзей не вернуть.

Как же жалко и хрипло звучит мой голос… И я… жалкая… бесполезная…

— Легче станет.

— Не станет. Я бесполезна. Я не смогла спасти даже одного человека. Ты учил меня пять лет. И что? И снова я беспомощна. А плакать больше нет смысла.

Джей внимательно взглянул на меня. И мне уже плевать, что я проболталась, что считала. И он это видит. И ругать он меня не собирается.

— Ты не беспомощна. Ты помнишь как позволила своей ярости выплеснуться? Ты бы видела как ты все там разнесла. — усмехнулся он. — И только благодаря твоему гневу, я смог пробраться внутрь. Защита у Дмитрия была настолько крепкой, что проникнуть я был не в силах. А выброс эмоций так ударил по этой защите, что едва не разрушила ее под основание. А еще ты спасла людей. Очень многие сбежали.

Многие… но не все… не Вик…

— А Вета?

Как я могла забыть про девочку?

— Успокойся, маленькое рыжее создание уже успело вынести мне мозг. — недовольно буркнул Джей. — Она позади тебя. Дрыхнет. Сначала наревелась. Потом уболталась. Теперь отсыпается, сил набирается для нового выноса мозга. И где ты ее такую нашла?

— Да… На Гонках. — я потянулась и с усилием села. — Кстати, а где мы?

Я осмотрелась. Определенно мы летели. Вот только… на чем? Я пощупала поверхность рядом. Гладкая, мягкая, пушистая… пушистая? Это что, животное? Попытавшись привстать, я заметила что равномерный легкий шум — это шум крыльев. Мы летели на гигантской птице? Серьезно?

— А что ты на меня смотришь? — удивился Джей и перехватил покрепче поводья. — Что, уже забыла, как мы на дельфинах катались? Здесь тот же принцип.

— Размеры разные!

Да. Было дело. Нам как раз стало так скучно, что мы с другом решили на дельфинчиках покататься. Но они был раз в десять меньше этой птички. А еще они хоть и являлись Животными Игры, все же поддавались дрессировке как обычные домашние животные. Но не птица! Как можно приручить, по виду кажется орла, к полету на его спине посторонних, и по всей видимости не очень-то и удобных объектов?

Но да, это было удобно. И мягко. И круто. В конце концов, кто не любит летать? Покажите мне этого ненормального!

— Все? Успокоилась? — улыбнулся друг.

Я тоже улыбнулась. Он всегда знал мое настроение, поведение, — все буквально. Правда я ничего не знала о нем. Джей посмотрел вдаль и нахмурился. Что-то не так?

Небо вдали было голубым, как впрочем и все остальное тоже. Оно было таким всегда. Но где-то на самом краю, у горизонта, появилась серая полоска. Словно тучи. Но так не должно было быть. Мы сейчас по идее должны быть в зоне, где почти всегда светит солнце.

Однако темно-серая полоса разрасталась. Смутная тревога переросла в едва ли не панику. И это были не мои чувства — казалось, сама атмосфера Игры накалилась. Что-то происходило там, далеко. Но что, я не знаю. Но, похоже, что знает Джей.

— Что это?

— Он уже начал. — пробормотал парень. И повернулся ко мне. — Дмитрий начинает войну. Всеобщую. Он будет захватывать весь Игровой мир. И это плохо. Потому что он не пожалеет никого. А ты представляешь себе мир под правлением Дмитрия?

— Но почему? Зачем ему все это надо?

— Чтобы доказать.

— Что? И кому?

— Мне. Он хочет доказать мне, что я не прав. Что я должен присоединиться к нему в его жажде власти, в его начинаниях. А еще он, похоже, хочет мне отомстить. За то, что я осмелился пойти против него. Это война, Лиз, — он повернулся ко мне и его глаза потемнели. — Это война против меня. Против нас.

Война…

Это страшное слово даже для тех, кто никогда в ней не участвовал. Сколько же Проекций погибнет? Сколько людей? Игроков, которые желают просто жить, не осознавая всего ужаса происходящего? И мы. Нас всего трое. Я, Джей и маленькая Вета.

— Что будем делать?

Я спокойна. Нет, собрана. Я понимаю, что нас может ждать. А еще понимаю, что должен быть план. Или будет. Мы все продумаем и найдем выход. Я знаю это, потому что верю Джею. И да, я вижу, что он нервничает, что он сам не знает, что из всего этого выйдет, и получится ли у нас противостоять врагу. Но я верю. Мы друзья. И мы вместе.

Джей это знает. И улыбается уголками губ.

— А где Виик? — слышу я сонный голос Веты, дремавшей рядом со мной. Теперь предстоит самое тяжелое — объяснить маленькой девочке, что ее брат погиб.

— Вика больше нет. — коротко говорю я.

— А куда он ушел?

— Вета, — я сажусь ближе и обнимаю притихшую девочку. — Вик умер. Он больше не вернется. Он погиб, защищая тебя. Поэтому ты должна быть сильной и жить ради брата.

Я знаю, что прошу многого от десятилетней девочки, но больше я ничего не могу сделать.

— Он не мог умереть. — вдруг говорит она.

— Нет, Вета, твой братик умер.

— Но у меня никогда не было брата. — огорошивает меня девочка.

Как не было? Я же видела насколько они похожи. Я видела, как он защищал ее. И он называл ее сестрой. А Джей вдруг закрепляет поводья и подходит к нам. Он осторожно берет руку Веты и разглядывает браслет. У девочки он серого цвета. (У меня, кстати, браслет Игрока так и остался белым).