Фамильяр: дар предков

8.

Выходя из магазина, Алиса увидела седую старушку – единственную, кто тепло смотрел на неё среди покупателей. Что-то грустное и жалостливое было в её глазах, аж сердце защемило.

Закинув покупки в машину, Алиса обернулась и приветливо улыбнулась пожилой женщине:

– Сегодня морозно, да ещё и скользко. Может, вас подвезти?

Она не ожидала согласия, но женщина согласилась:

– Если не сложно, – тихо произнесла она. – Я здесь рядом живу. Недолго совсем.

– Садитесь!

Поместив продукты в багажник, Алиса осторожно усадила попутчицу на задние сидение – бабушка категорически отказалась сесть впереди.

– Спасибо большое, дочка моя хорошая, – улыбнулась она с благодарностью, показывая в улыбке редкие зубы. – Меня Анной Ивановной зовут, но чаще просто –тётей Аней.

– Ну, что ж? Договорились, тётя Ань, – завела двигатель Алиса. – Показывайте дорогу.

Ехали они действительно недолго, буквально через пять минут затормозив и у деревянного домика:

– Зайди-ка ты ко мне чайку попить, будь так добра, – пригласила гостеприимная старушка.

Девушка вышла из машины, взяла сумки старушки и проводила её до крыльца:

– Давайте в другом раз?

– А почему не сегодня? Знаю, некуда тебя торопиться. Никто ведь в Чертановском особняке из живых тебя не ждёт? Зайди уж, прошу, внученька.

Алиса не стала сопротивляться. В конце концов, новое знакомство ей вовсе не помешает, а старушка никак не выглядела опасной. Ведь изначально она и ехала в надежде обзавестись не только покупками, но и местным сплетнями-россказнями. Если повезёт, то про фамильный особняк. Разговорчивость бабушки как раз сулила интересную историю.

Домик изнутри оказался скромным, но уютным и аккуратным. Старенькие предметы мебели сияли чистотой. Стену украшали ещё советские ковры и старые фотографии.

– Располагайся, пожалуйста, – заботливо пригласила тётя Аня, указывая на мягкое кресло.

– Спасибо, – поблагодарила Алиса.

Пока хозяйка заботливо хлопотала на кухне, девушка осматривалась. Глаза зацепились за картину на стене. Местный пейзаж казался таинственным и мистическим: густой туман окутывал лес, растворяя очертания фигуры вдали – невозможно определить, мужчина это или женщина.

Возвращаясь с дымящимся чаем и домашними сладостями, тетя Аня перехватив взгляд Алисы:

– Нравится картина? Красиво вышло. Сыночек мой, Сашенька, рисовал.

– Потрясающая передача атмосферы, – искренне восхитилась Алиса, размышляя, насколько эта работа подошла бы для выставки современного искусства. – Ваш сын обладает талантом художника.

– Обладал, – Анна Ивановна глубоко вздохнула, всматриваясь в глаза девушки. – Рисование тебе тоже близко? Сама творить не пробовала?

– Пыталась, конечно, – честно призналась Алиса, прихлёбывая горячий напиток. – Но оказалось, что вдохновение приходил лишь тогда, когда смотришь на чужие шедевры, а собственное творчество какое-то бледное и тусклое.

– Этот лес, знаешь ли, вовсе не сказочный, – серьёзно проговорила старушка. – Наши места проклятые. Его обходят стороной, особенно ночами. А тех, кто рискует войти, часто больше никогда не видят.

– Вам терзают воспоминания? – участливо поинтересовалась Алиса, подозревая трагедию за этими словами.

– О, милая, они всю жизнь со мной, – прошептала тётя Аня с невыразимой болью. – Уж сколько лет прошло, а ощущение утраты ничуть не ослабевает.

– Мне трудно понять, о чём именно речь.

– Доченька, мой мальчик пропал двадцать лет назад, оставив лишь пустоту в моём сердце, – горестно поведала женщина. – Его погубила твоя бабушка-колдунья. Знаешь, кем была Екатерина Чертанова?..

– Вы думаете, что ваша семейная драма как-то связана с моей семьёй?

Анна Ивановна устремила серьёзный взгляд на девушку:

– Скажи-ка честно, сколько ночей ты провела в Чертановской особняке?

– Две.

– Значит, старый дом наконец-то дождался новой владелицы? Однако ты упорно будет убеждать саму себя, что ничего сверхъестественного не происходит? Хотя наверняка замечаешь странности, верно?

– Простите, но мне непонятны ваши слова, – напряглась Алиса.

– Сынок мой, Сашенька, был в Таньку-то эту Чертанову влюблён. Она красивая была. Как и все чертовки в их роду. Уж как я его не уговаривала, как удержать не пыталась – ничего слушать не хотел! Говорил, что она другая. Не такая, как все они. Что помочь ей надо – спасти от семейного проклятия. Сбежать с нею хотел. Да только старая ведьма, как прознала про их роман, так родную-то дочь со свету сжить не побоялась! Что уж про Сашку моего говорить? Сгинул. Бесследно. Как в воду канул.

Алиса молча слушала жуткий рассказ, поражённо глядя на женщину и складывая в голове два плюс два:

– Вы хотите сказать, что ваш сын – это мой отец?..

Тётя Аня медленно кивнула, подтверждая догадку:

– Я надеялась, что ты никогда в этих краях не появишься. Тебя так далеко увезли! Но всё тщетно. Ты здесь. И Колесо Судьбы начинает очередной круг вращения.