Фамильяр. Истории с Чердака 2. Вардерон.

Глава 21. Чужая игра.

Дверь в кабинет декана была для Леры уже почти родной. Только вчера здесь звучали голоса веков, ломались и скреплялись судьбы. А сейчас воздух снова вибрировал от напряжения, только другого, более чёткого, служебного.

За массивным столом, заваленным свитками и хрустальными шарами, сидел не только Садко. В кабинете, кроме него, были Ягиня, Кощей и — что стало неожиданностью — Велес. Он стоял у окна, спиной к комнате, созерцая вечерние огни Вардерона, но его присутствие ощущалось физически, как тёплый, тяжёлый камень на дне озера. Финист, доставивший Леру, молча занял позицию у двери, став живым замком.

— О, а вот и Валерия, — сказал Садко, в его глазах мелькала усталая озабоченность. — Присаживайся. Извини за срочность, но откладывать нельзя, как оказалось. – И он с укором глянул на Велеса.

Лера молча кивнула и тихо села на свободный стул, она помнила, что Велес и Кощей очень хотели потрепать Садко нервы и сейчас надеялась, что он выдержал их напор, а то мало ли, как потом на студентах сорвётся, был у них в школе такой случай с завучем.

— Финист сообщил тебе зачем я тебя вызвал, поэтому ходить вокруг да около не буду, — начал Садко, переплетая пальцы. — След Берегини. Он реален. Его обнаружили студенты на плато Маньпупунёр, в эпицентре той... активности, что мы наблюдали с каменными великанами. Студенты даже не понимают, что именно нашли, но решили сообщить, а мы проверили и наши догадки подтвердились.

Сердце Леры ёкнуло от странной надежды. Берегиня жива? Но лицо Садко не сулило ничего хорошего.

— И это ловушка, — спокойно, словно констатируя погоду, произнёс Велес, не отрываясь от окна. Его бархатный голос наполнил комнату, заглушив тиканье маятниковых часов. — Слишком яркий, слишком свежий след. Его не скрывали. Его выложили, как приманку на крючке для глупых деток.

Кощей хмыкнул, откинувшись в кресле, он единственный кто был в настроении.

— Очевидно. Пахнет отчаянием. Или наглостью. Или и тем, и другим. Кто-то очень хочет, чтобы мы рванули туда всем скопом, бросив всё. – ему явно нравилось наблюдать за происходящим.

— Но зачем? — вырвалось у Леры. — Чтобы напасть на нас или вас? Вокруг меня с самого детства было всё не спокойно, взять того же Ирода, он почти смог нас уничтожить, его цели были ясны и понятны, а тут?

— Чтобы отвлечь, — наконец обернулся Велес. Его изумрудные глаза в свете ламп казались глубокими колодцами. — Враг — будь то Амелфа, её новый приспешник или сам Вий, шевелящийся в своей тюрьме — знает наш главный козырь. Знает о тебе и Джонсе. Знает о «Колыбели Зари». Его цель — сорвать вашу подготовку, заставить нас метаться, тратить силы на ложные цели, дробить внимание. А когда вы, не готовые, всё же отправитесь за «Слезой»... вас перехватят. Или вы сами, не справившись, откроете врата туда, куда не следует. Ворожба, боги, духи, всё это почти ушло из мира, но если исчезнет полностью, то врата Нави распахнуться и тогда людям ничего не поможет, они познают весь ужас бытия. Кому бы они не молились, кого бы не чтили, ворожба – не вера, а сила!

Ягиня мрачно кивнула, поправляя складки платья.

— Значит, их план прост: заставить нас плясать под свою дудку. Гнаться за призраком Берегини, защищать ворожбу, не потерять себя, тем самым выматывая нас? – Лера пыталась понять, что именно ей предстоит пережить и не только ей. В комнате повисло тяжёлое молчание.

Враг был не просто силён. Он был хитер. Он играл в шахматы, расставляя фигуры на доске размером с целый мир.

— Что же нам делать? — тихо спросила она. — Игнорировать? Изучать? Простите, но я только пришла на обучение, а всему тому, что умею я обязана своим собственным сражениям по интуиции, Ягиня с Марьей, а также Визард дали мне знания, но они теория, а не практика, я, как сегодня выяснилось, жила в неведении, когда другие могли общаться и делиться знаниями, помогать друг-другу и ведали, что происходит. – Лера не хотела упрекнуть её наставников за то, что она не знала о Ведограмме, но всё равно вырвалось.

- Лера! – ахнула Ягиня – Я тебя оберегала!

- Давайте потом. – с укором сказал Садко и посмотрел на Леру и Ягиню.

- Простите. – пискнула Лера, смущаясь.

- Продолжим – Садко обвёл всех взглядом. – Кто и что думает? Игнорируем или …?

— Нет, — резко сказал Кощей, перебивая декана. — Игнорировать — значит дать им понять, что мы раскусили игру. Они изменят тактику, станут ещё более непредсказуемые. Нужно сделать вид, что мы клюнули. Отправить туда группу — достаточно сильную, чтобы быть правдоподобной, но не настолько, чтобы самим ощутить потери в случае неудачи. Пусть думают, что мы повелись.

— А в это время, — вступил Садко, — настоящая подготовка вас двоих уйдёт в режим максимальной секретности и интенсивности. Три месяца? У нас нет трёх месяцев. Судя по скорости, с которой активируются древние печати на плато, у нас... — он взглянул на Велеса.

— Не больше шести недель, — безжалостно констатировал бог. — До следующего пика лунного цикла, когда границы истончатся сами по себе. Они хотят опередить нас. Мы должны опередить их.

Шесть недель. Вместо трёх месяцев. Лере стало не по себе.

— Джонс знает? — спросила она.

— Сейчас узнает, — сказал Кощей, поднимаясь. — Пора заканчивать с теорией и переходить к практике. А ты, — он посмотрел на Леру, и в его взгляде впервые промелькнуло что-то, кроме привычной суровости — короткая вспышка чего-то, похожего на азарт, — ты, девочка, с завтрашнего утра будешь иметь дело не только с Ягиней. Мы будем тренировать вас вместе. Нужно выжать из шести недель три года опыта. Будет больно. Будет страшно. Пути назад нет и не будет, выбора нет ни у нас, ни у вас.