Fanfic/fem Potter 8. Вселенная Гарри Поттера. Что если?

Глава 31: Перед Рождеством.

С момента той жуткой битвы прошло несколько дней. Воздух в поместье снова обрёл тепло и покой, как будто стены пытались заглушить воспоминания о холоде дементоров и запахе сгоревшей чёрной магии.

Асмодея сидела на мягком диванчике у камина, закутавшись в тёплый плед. Пламя играло в её глазах, а на коленях лежал дневник Драко — аккуратная, строгая тетрадь с плотными страницами. С каждым днём она чувствовала себя всё лучше, силы возвращались, и теперь девушка могла позволить себе погружаться в его записи, изучать приготовленные для неё воспоминания и пытаться соединить в голове обрывки недавних событий.

Драко, в отличие от неё, сейчас был занят делами. Он сидел за письменным столом, склонившись над кипой пергаментов, и быстрыми движениями выводил строки, изредка чертыхаясь на слишком медленное перо. Время поджимало: нужно было закончить всё до Рождества, чтобы хотя бы на несколько дней уйти от работы и быть рядом с Асмодеей.

Она листала страницы, спокойно, а иногда с улыбкой, вчитывалась в его заметки… пока взгляд не наткнулся на странные записи. Несколько строк были перечёркнуты густым слоем чернил, так, что даже угадывать слова было невозможно. Рядом мелькали аккуратные, но зачёркнутые, пометки: "газеты", "статьи", "Пророк".

Асмодея нахмурилась. Секунду она смотрела на эти испорченные строки, а потом медленно подняла голову. Драко всё ещё был занят, даже не заметил её взгляда.

— Драко… — тихо позвала она, её голос прозвучал мягко, но в нём сквозила нотка вопроса.

Малфой замер. Перо зависло над пергаментом, а плечи чуть напряглись. Он медленно отложил его в сторону, выпрямился и посмотрел на девушку. В его глазах мелькнуло лёгкое раздражение, которое тут же сменилось усталостью.

— Ты уже дошла до тех записей? — в голосе не было удивления, только констатация факта.

Асмодея прижала дневник к себе, поправила плед и серьёзно кивнула.

— Почему ты их вычеркнул?

На мгновение между ними повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине.

Драко заговорил ровно, почти холодно, будто каждое слово он выдавливал сквозь стиснутые зубы.

— Пока ты спала, меня судили за то, что я спас больницу Святого Мунго. — он едва заметно усмехнулся, но безрадостно. — Судили, Асмодея… За то, что спас людей.

Она чуть нахмурилась, крепче сжав плед на плечах.

— К счастью, — продолжил он, — в итоге оправдали. Но я был под домашним арестом, словно преступник. Всё это время. И только потому, что в "Пророке" выходили идиотские статьи.

Он замолчал, словно решаясь, стоит ли идти дальше. Покосился на оставленные свитки на столе, но всё же оставил их нетронутыми и, мягко ступая по ковру, подошёл к ней. Встал на одно колено перед диваном, опустив голову.

— Я должен был быть выше этого, — его голос едва заметно дрогнул, — быть может, меня бы не задело, если бы они писали только обо мне. Я привык к грязи, к их ненависти. Но всё оказалось хуже… Намного хуже.

Асмодея осторожно коснулась его плеча, заставляя поднять взгляд.

— Драко…

Он встретил её глаза. В них отражался огонь камина, и в этом свете он выглядел уставшим, надломленным.

— Они писали о тебе, — произнёс он тихо, но так, что каждое слово резало воздух. — Они выставляли тебя чудовищем, искали каждую деталь, чтобы очернить. И я… Я позволил этому вбиться мне в голову. Я хотел, чтобы ты никогда не видела всего этого, не знала. Я вычеркнул эти строки, потому что даже спустя время не могу позволить им снова тебя коснуться. И никто не написал опровержения. Никто из наших "друзей", не заступился.

Асмодея молчала. Лишь её пальцы чуть крепче сжали его руку.

— Я правда не знаю, что произошло, кроме того, что ты переступил через себя, — тихо сказала она после долгой паузы. — И, пускай и по моей просьбе, сделал всё правильно.

Её голос был мягким, тёплым, и напряжение, блеснувшее во взгляде Малфоя, чуть ослабло. Но он снова опустил голову, будто ожидая приговора.

Асмодея чуть наклонилась вперёд, её пальцы легко коснулись его подбородка, заставляя приподнять голову.

— Не прячь взгляд, Драко… — прошептала она мягко. — Я так скучала по нему.

Малфой на мгновение замер, а затем всё же позволил своим серым глазам встретиться с её тёплым, пронзительным взглядом. Внутри что-то дрогнуло, напряжение спало, словно её слова сумели разрушить невидимую стену, которую он воздвигал вокруг себя.

— Так лучше, — тихо улыбнулась она, и на миг атмосфера в комнате стала мягче, будто сама ночь перестала давить.

Она обняла его рукой за плечи, и, глядя прямо в глаза, добавила:

— Мы вместе разберёмся со всем этим. Со статьями, слухами, всеми последствиями моего отсутствия... С любыми преградами. Поверь… больше никто и никогда не станет препятствием на пути нашего счастья.

Эти слова прозвучали как обещание, простое и искреннее.

Драко медленно кивнул, но его взгляд снова потемнел. Он провёл рукой по её пальцам, всё ещё удерживающим его за лицо, и ответил хрипловатым голосом:

— Возможно… Но мне не будет покоя, пока я лично не посмотрю в глаза той… писаке, что строчила эти статьи.

В комнате воцарилась тишина, и только потрескивание камина подчёркивало вес его слов.

* * *

Накануне Рождества, когда морозный воздух уже звенел ожиданием праздника, в поместье Блэков наведались Джинни и Тиша. Снег укутал старые стены серебристым одеялом, а тропинки в саду, как и прежде, оставались ухоженными благодаря чарам Драко: живые изгороди ровными линиями обрамляли дорожки, и даже светящиеся гирлянды плелись вдоль перил, словно само поместье готовилось к встрече долгожданных гостей.

Тиша шла первой, её белые волосы мягко светились в вечерних сумерках, и в её походке чувствовалась нетерпеливая лёгкость. Она почти подпрыгивала на каждом шагу, и Джинни с улыбкой подумала, что иностранка и правда сейчас "чуть ли не хвостом виляла", настолько было заметно её желание скорее повидаться с Асмодеей и выговориться.