Фантасмагориум. Акт первый

До гастролей. 2

Дома все было по-старому. Тишина, пустота. Лишь в воздухе витал запах пережаренной колбасы, который остался с завтрака. Да еще Соня хлопнула дверью, когда услышала, что Полинка зашла. Это она так показывала, что с ней нельзя разговаривать.

Полинка тяжко вздохнула. Потом она вспомнила, что в морозилке лежит шоколадка. В стрессовых ситуациях Полинка ела сладкое. К счастью, съеденное не отражалось на ее фигуре. На ней вообще ничего не отражалось. Сколько бы Полинка ни ела, она не толстела – как и Соня. О таком другие девочки лишь мечтали. Но вот о чем они точно не мечтали – это о Полинкиной коже. Все было не так уж плохо. Да, парочка прыщиков, очень больших, и очень красных. Но их количество было соразмерно с объемом поглощаемых Полинкой сладостей.

Шоколадка белела налетом, но Полинка все равно отломила две полосочки. Сперва дольки еле грызлись. А под конец приходилось слизывать растаявший шоколад с пальцев.

Покончив с шоколадкой, Полинка положила руки на кухонный стол и опустила на них голову. В таком положении ее нашла Соня.

– Гляди, – сказала она.

Соня что-то положила на стол, и Полинка подскочила. Вряд ли сестра подкинула что-то, что может взорваться, или ударить, или плюнуть. Но Полинка ожидала от нее подлости, после взгляда, каким Соня наградила ее еще там, на аллее.

Однако, на столе лежала листовка. Смятая, с влажными пятнами. Стол вроде был сухим, так что, вероятно, пятна остались от потных Сониных пальцев. Полинка поджала нос, и ни за что бы не взяла листовку. Но Соня стала ее отодвигать, дразниться, и Полинка просто из духа соперничества хлопнула по листку, пригвоздив к столу, а затем всмотрелась в него.

Бумажка была темно-синей, с маленькими человечками, которые дурачились на фоне яркого циркового шатра в классическую, красно-белую полоску. Лишь трое из них прорисовывались отчетливо.

Мальчик и девочка, уже скорее парень и девушка, похожие друг на друга, словно близнецы, изображались на листовке слева и справа. Парень левой рукой, разрисованной татуировками, а девушка правой – указывали на шатер. Они стояли вполоборота и улыбались. Ну точно близнецы, только пол разный. Отличались они лишь волосами. У обоих черные, но у парня длинноватые, а у девушки, наоборот, короткие – верхние пряди даже до ушей не доставали.

Третья фигурка разительно отличалась от первой и второй. Это была рыжая девочка, немногим младше черноволосых близнецов. Она изгибалась в гимнастическом кольце, которое как бы свисало с верхнего края листовки. С ее пальцев сочился огонь, который по цвету и по рисовке мало чем отличался от ее волос.

Под ней крупными буквами читалось: ФАНТАСМАГОРИУМ.

– Фантасмагориум? – прочитала Полинка. – Какое дурацкое название.

– На «о» ударение, – сказала Соня. – Не на «у».

Полинка глянула на Соню с возмущением. Еще чего – будет ей козявка рассказывать, как ударение ставить. Это кто тут старшая сестра?

– Откуда ты знаешь, как правильно? – спросила Полинка.

– Ща, – сказала Соня и полезла за телефоном.

Пока она что-то там искала, Полинка снова посмотрела на листовку.

– Цирк по-настоящему плохих детей, – прочитала она слоган, который изгибался по нижнему краю, а затем глянула на Соню и сказала с улыбкой: – Как раз для тебя!

Соня снова цокнула языком. Полинку это раздражало. Но, как и о многом другом, она об этом не говорила.

– Вот, смотри, – сказала Соня, кладя телефон перед Полинкой.

С экрана на нее смотрел еще один парень-циркач в низком цилиндре. Явно что несовершеннолетний, но уверенный и спокойный, словно взрослый. Его узкие глаза блестели – наверняка это эффект, который наложили на видео.

Когда Соня тыкнула в телефон, видео воспроизвелось, и парень заговорил:

– Добро пожаловать в Фантасмагориум! Цирк, где магия не иллюзия, а реальность!

Полинка фыркнула, но ничего не сказала. Глянула на Соню, но та этого не заметила. Она смотрела видео с таким восторгом, словно была там, «среди искусного волшебства». Полинка была уверена: Соня включала этот ролик уже тысячу раз. Но ее взгляд стал зачарованным, словно она его впервые смотрела.

Видео хорошо смонтировали, так динамично – не оторваться. Оно рассказывало, как замечательно посмотреть представление Фантасмагориума, и наконец-то поверить в магию. Ничего супер оригинального Полинка на промо-ролике не увидела. Типичные трюки циркачей: летающие акробаты, эквилибристы, фокусники, жонглеры, заклинательница огня (та самая девочка с листовки), и дрессировщики (всего-то две черные пантеры – в этом цирке даже слонов не было).

Полинка хотела остановить видео, и сказать Соне, чтобы она не заставляла ее смотреть цирк больше, чем продлится представление. Но тут кадр со вспышкой сменился на последний. Тот парень, голосом которого сопровождалось видео, заговорил так проникновенно, что Полинка, поймав его взгляд с видео, даже не думала о том, чтобы отвернуться.

Парень очень мягко, но настойчиво просил прийти на представление. Никаких уловок и несмешных шуток, какими часто сопровождались подобные просьбы. Лишь вкрадчивый голос и блеск глаз.

Видео закончилось, но Полинка не спешила отрываться от экрана. Она вдруг ощутила, что…

Очень хочет пойти на представление Фантасмагориума.

Желание было таким сильным, что Полинке пришлось вцепиться пальцами в стул, чтобы не подорваться с него, и не понестись по адресу. Наваждение прошло через несколько секунд. Полинка отпустила стул. Но предвкушение представления никуда не делось.

Соня заметила это и ухмыльнулась.

– Дай глянуть их профиль, – сказала Полинка, чтобы отвлечь Соню от себя.

– Смотри со своего телефона.

– Ссылку тогда отправь.

Полинка потянулась к карману, чтобы достать телефон.

– Есть, – сказала Соня, но Полинка ее не услышала.

Телефона нигде не было. Полинка нахмурилась и потянулась к левому карману брюк, куда никогда ничего не клала. Пусто. Тогда Полинка сунула руку в карман на рубашке, пришитый на груди. Он был слишком маленьким, чтобы вместить телефон – вот его там и не оказалось.