Фантазии На Тему Африканских Снов

Глава 61 Ахтунг туареги, ахтунг панцерн

Глава 61 Ахтунг туареги, ахтунг панцерн

Ночное небо над пустыней

Взирает оком Мирозданья,

И звёзды над песками злыми

Поют о всех твоих мечтаньях.

Андрей Рий

Самое худшее в любом анабазисе, это когда тебя преследуют по ошибке, особенно если это происходит в пустыне.

Мы сопровождали нашего старого знакомого профессора, к месту эвакуации, в заброшенном оазисе. Профессор показал нам пару старинных тубусов и объяснил, что груз в данном случае, важнее, чем он и именно эти тубусы, должны быть во чтобы то ни стало, доставлены на Большую землю. А потом пошли накладки...

Во-первых, пришло сообщение, что вечерним вертолетом, сегодня никто никуда не летит, потому-то "Миражи" любителей фуагра, затеяли какие-то странные тактические учения.

Во-вторых, из высохшего колодца стали раздаваться рыдания

Ну а в-третьих, источник рыданий, оказался гарантированным источником наших дальнейших проблем...

Доставать изможденное, полубездыханное тело получили Таракану (как самому худому и жилистому), закончив задание, капитан сказал, что если ему кто-нибудь еще скажет, что мужчина не сможет родить, то он лично даст этому мерзавцу в рубильник.

Мулат Жозеф был выпивоха, игрок и болтун. И на свое горе, он из всех напитков предпочитал абсент, который особенно сильно растормаживал воображение. И вот в баре дешёвого казино, отмечая небольшой выигрыш, перебравший Жозеф рассказал собутыльникам, про унаследованный от прадеда, бывшего потомком древних нубийцев, прибор, с помощью которого в пустыне можно легко находить воду и золото, и наутро после этого жизнь его превратилась в ад.

Люди в этих местах были простыми и учитывая, что невдалеке от этого городка, была покрытая мистическими тайнами Долина Шоттов, еще и суеверны.

Гоняли Жозефа по пустыне уже дня три, а когда у него сломалась машина, он добрел до этого оазиса и на свою беду свалился в колодец. А погоня его настигнет по любому, потому что за ним идут туареги, а они в пустыне найдут кого угодно и что угодно. Выдав всю эту информацию Жозеф упокоился, а в воздухе в унисон повис старинный славянский рефрен, которым в славянскую полигамную древность, старый охотник приветствовал молодого, намекая, что оный отрок, вполне возможно ему сын.

То, что туареги найдут этот оазис, было однозначно и еще однозначнее было то, что они пойдут по нашим следам, будучи тупо уверенными, что мистический нубийский артефакт у нас.

Блицсовещание, профессора, Барона и Таракана пришло к общему решению. Уходить надо в Шотты. Шотты это вообще странное и жутковатое место даже для Африки, область соленых болот, где без следа сгинули десятки, а может и сотни караванов и воинских отрядов всех времен, и народов. Плюс, из-за выходящих из болотных каверн газов, у попавших туда путешественников случаются видения. Кстати по выводам некоторых ученых, эти видения, прямые родственники пустынных миражей. Ну и есть еще версия, о растительных токсинах, выделяемых некими местными растениями.

-"А откуда информация о токсинах", - сразу насторожился капитан Тараканов.

-"Как откуда"-, возмутился профессор, -"об этом же писал сам Мунго Парк".

-"Ну конечно же это известнейший ученый Мунго Парк, которого мы все знаем с детства"- сказал Барон, закрывая научный диспут.

Ну и отдельная песня, это ночное небо Африки, этот мерцающий звездами черный купол: Драко, Курица с Денебом, Акилла с Альтаиром, Скорпиус, Антарес, далекий Юпитер и мириады безымянных звезд. Во Французском Легионе, в ночные караулы в пустыне, новичков из европейцев старались не ставить, они быстро теряли ощущение реальности (Аким не удержался, и предложил поставить дежурить в ночь Тарасюка, типа такие усы в Европе не носят и звезды европейца в старшине не узнают). Но главное в Шоттах были так называемые "ползучие пески" или "ползучие ветры", благодаря которым, следы на песке, больше нескольких часов не держались. И было одно неожиданное фортепьяно в кустах, а вернее в песках. В ста километрах вглубь этой аномалии, судя по карте профессора, была запасная точка

Профессор, отдельно предупредил, что бы мы не отвлекались на миражи и ничему не удивлялись. В Шоттах миражи выходили из подсознания, как аватары некогда поразивших человека в прошлом, событий или мечтаний. Но тем не менее приближаться к ним и тем более трогать не рекомендуется. Тарасюк мечтательно закатил глаза, но никто тогда не обратил на это внимания...

Выступили, как только спала жара. Надо было пройти порядка тридцати километров, из которых десять уже по Шоттам. Местные дальше двух трех километров в эту зону не заходили, но береженого как сказал профессор Бог бережет, а остальных стережет конвой добавил Таракан.

Тарасюк и Аким, оставили у нас в тылу несколько хитрых ловушек, рассчитанных как раз на грамотных следопытов, хитрость была в том, что часть из них, можно было обнаружить и обойти, и это было сделано специально, но вот последняя, на самой эфемерной границе Шоттов, была сделана на полном серьезе. Так, что, когда мы углубились в непонятные серые барханы с вкраплениями скалистых обломков, торчащих из песка, стало резко темнеть и тут на горизонте вспыхнула разноцветная зарница, и несколько минут спустя донесся отдаленный звук взрыва, что означало, что погоня появилась, но опоздала.

Мы шли уже несколько часов так сказать "колонной по одному". По настоянию профессора, мы связались веревкой, у первого и последнего в боевом порядке, были ПНВ. Профессор, исполнявши роль проводника, предупредил по гарнитуре, что через сто метров, будет место крайнего привала, перед входом в активную зону Шоттов, это место называется "Калитка скелета", и через четверть часа, всем стало ясно, откуда такое название...

Странная скала в виде буквы "П" торчала из песка, и посредине перекладины, что-то белело. Это был скелет в истрепанной тропической форме, но в новенькой легионерской белой фуражке.