Фарфоровая кукла бастарда

Глава 3

Морозный воздух охлаждал, но не причинял вреда фарфору. Было приятно находиться на улице и дышать. Только никто не видел, что кукла на руках служанки, дышит. Дышит и радуется. Дышит и смотрит. Смотрит и запоминает. Запоминает всё и всех. Для чего? Кукла сама не знает, но она уверена, что это просто необходимо. Каждое лицо, каждое движение откладывалось под её фарфоровой корочкой. Её просили оберегать лорда Кёрка, а она выполнит своё обещание. Она вернет ему веру в жизнь…

Из-под прикрытых ресниц я рассматривала двор, по которому сейчас мы и шли. Санни несла меня, продолжая дергаться при каждом громком звуке, а таковых было предостаточно. Слуги кричали, загружая последние вещи лорда. Лошади ржали, выдыхая маленькие белые облака пара. Стража переругивалась и постоянно звенела то мечами, то копьями, то ещё чем-то.

Шаг в шаг ступая за Джо, Санни подошла к саням. Кучер открыл двери, помог забраться лорду, а потом и служанке, презрительно поджав губы. Он, как и многие другие слуги, презирал её. Только вот за что? Не понятно…

Мороз по коже сменился теплом. Послышался свист кнута и громкое: «Поехали!».

Мысленно улыбнувшись, я, уже не стесняясь, открыла глаза. Джо сидел напротив и его немного потряхивало. Его руки сильно сжимали трость, а глаза тускнели с каждой секундой всё больше. Он ведь так и не позавтракал…

Санни всё крепче прижимала меня к себе. По её телу периодически проскальзывала дрожь. Она боялась находиться рядом с моим лордом, но не могла ослушаться. Хорошая она девочка. Мне она нравилась.

Соскользнув с её коленей, я перебралась на руки к Джо. Уткнувшись куда-то в район подмышки, я стала тихонько мурлыкать песенку. Я никогда не помнила где и когда я её слышала, но она мне очень нравилась:

Пусть северный ветер заберет твою боль,

Тем более такую.

Не дам тебе попасть в огонь,

Потратив жизнь в пустую.

А я буду рядом только с тобой,

Укрывая от боли своею рукой…

Пусть западный ветер возьмет твою боль,

И исчезнет та злая тень над тобой.

Пусть сердце твоё не плачет от боли,

Не будет в тебе этой надоедливой моли.

И я буду рядом только с тобой.

Укрывая от боли своею рукой…

Пусть южный ветер заберет твою боль,

А я буду просыпаться рядом с тобой.

Я раскрою свою тайну, открою секрет,

И боли в тебе больше нет.

И я всегда буду рядом с тобой,

Укрывая от боли своею рукой…

Пусть восточный ветер поглотит твою боль,

Пусть смоет с тебя её небесной водой.

Пусть он смоет всю твою боль,

А я буду просыпаться теперь только с тобой.

И я навсегда останусь рядом с тобой.

Поселяя любовь своею рукой…

Именем четырёх сторон света, пусть боль уйдет,

И сердце твоё любовь найдет.

Не думай, любимый, ты о плохом,

И тепло вернется в твой дом…

Раз за разом шепча эту песню в руках моего бастарда, я, как-то не задумываясь творила магию. С кукольных пальчиков соскальзывали зеленые искорки, скрываясь в вороте его пальто.

Напевая песню наверно уже в третий раз, я, наконец, почувствовала изменения в Джо. Его больше не трясло. Он дышал ровнее. Не было больше того хрипа при каждом вздохе.

Подняв глаза, я поймала его нежный, живой взгляд голубых искрящихся глаз. Он оживал. Его сердце оживало под моими ладонями, и он не мог не радоваться.

Поглаживая меня по волосам, он улыбался своим мыслям. А я поймала себя на том, что рассматриваю его. Он нравился мне как мужчина. Я не видела в нем каких-либо изъянов, на которые другие постоянно оборачивались. Я видела улыбающегося, счастливого мужчину. Красивого, сильного мужчину.

Прав был мой брат… Хорошего мне мужика надо было, чтоб выбил из меня всю эту фэнтезийную дурь, на которую я так подсела. А теперь-то что убиваться? Я кукла. И наверно ею и останусь. Буду маленькой фарфоровой куклой бастарда…

Тут же появились куча вопросов: «А какого я роста? Как я двигаюсь? Как я выгляжу? И что мне делать?». Они хаотично крутились в моей голове, но ни на один вопрос у меня не было ответа. Ни у кого их не было. Какая же я была дура…