Фазовый переход 2

Глава 3.

Глава 3.

10 октября 2197 г. Мир людей. Москва-2, день.

- Ну что такое! - проворчал Сергей Семёнович. - Ни дня без сюрпризов!

- Вчера они, хоть, были приятными. - добавил Леонид Павлович. - До сих пор не можем разобраться...

- Не все вчерашние сюрпризы были приятными, Леонид. - тихо произнесла присутствующая на совещании женщина.

- Простите, Наталья Владимировна! - поспешно извинился он. - Мы все скорбим по Павлу. Он за несколько дней сделал больше, чем я сделал, и, вероятно, сделаю за всю свою жизнь. Одно только раскрытие их сущности и планов — огромное дело! А его одиночный рейд на Москву? Его, не побоюсь этого слова, подвиг, выбил опору из под ног захватчиков. Уничтожен крупный узел. Пускай региональный, но тем не менее. Раскрыта шпионско-диверсионная сеть по всей подконтрольной нам территории. Впервые за семьдесят лет мы смогли нанести ущерб пришельцам! Его наследие столь велико...

- Соберись, Наташ. - тихо, но твёрдо попросил её Сергей Семёнович. - Мы все понесли потерю. Человечество понесло потерю. И наша задача развить достигнутый им успех, а не похерить его!

- Простите... - прошептала она.

- Мы все понимаем. - произнес он мягко. - Что там по ночному инциденту? Извини, что пришлось привлечь тебя, всё же это не совсем твой профиль но прежний консультант... Ну, ты сама знаешь. До заседания Совета необходимо, насколько возможно, удержать такого рода информацию от массового распространения, дабы не быть обязанными давать на этот счёт официальные объяснения.

- А в чём тут проблема? - поинтересовался Михаил Юрьевич.

- Дело в том, что дня три назад на Совете я поставил вопрос ребром. Или мы объявляем о капитуляции перед пришельцами, либо объявляем им войну. Не пытаемся отсидеться в сторонке, а начинаем активные действия. На самом деле, есть доводы за оба решения. И если, не дождавшись общего решения Совета я начну действовать и говорить так, как-будто уже принято решение о войне, кто-то может расценить это как попытку давления на Совет. Назову произошедшее «подлой атакой», «нападением исподтишка», а Совет решит капитулировать. И как, в таком случае, говорить потом, что «пришельцы наши лучшие друзья»? Факты-фактами, а вот их трактовка и объяснение зависят от текущей политической ситуации, и принятых на этом уровне решений.

- Как всё сложно... - пробормотал Михаил.

- Ха! - усмехнулся Сергей Семёнович. - Это на самой поверхности. Наиболее очевидное. В Совете хватает групп, фракций, партий. Каждая борется за влияние и ресурсы. Объявление войны — это же не формальный жест. Это перевод экономики на военные рельсы. Иные приоритеты, иные траты. От чего-то придётся отказаться, а чему-то уделить повышенное внимание. Причём, не только тут, но и во всех городах, входящих в конфедерацию.

Я не исключаю даже, перехода к федеративному устройству государства, если текущая форма управления окажется недостаточно эффективной.

Как тебе, Миш, мысль, о необходимости регулярно летать на подавление мятежей? Уничтожить пару-тройку городов для острастки? Имей в виду, я совсем не исключаю такого варианта развития событий. Так что готовься морально.

- Так точно. - ответил Михаил Юрьевич, и его лицо посуровело.

- Но, Наташ, вернёмся к последним событиям. - переключился Сергей Семёнович на свою жену. - Подсчитали пострадавших?

- Да, - подтвердила она и сверилась с записями. - Двести шестьдесят четыре человека превратились в «зомби». Восемьдесят шесть — стали их жертвами. В основном — члены их семей, не сумевшие спросонья дать отпор обезумевшим родственникам.

- Это именно «безумие»? - уточнил он.

- Не совсем. - покачала она головой. - За одну ночь люди с ума не сходят. Ни один из них ранее под наблюдением не находился. Что даже немного странно, поскольку жизнь в подземном бункере не самым лучшим образом влияет на психику. Что вы хотите, треть населения сидит на антидепрессантах!

Произойди такая вспышка в каком-то одном секторе, особенно среди людей, регулярно контактирующий с внешним миром, я бы заподозрила инфекцию. Но нет, разные сектора, разные отделы. Питаются тоже в разных столовых — так что не отравление. За последние дни вместе не собирались. Единственное, что их объединяет — все они специалисты среднего и высшего уровня. Уборщиков или рядовых охранников среди них нет.

- Хммм... Последний пункт наводит на подозрения... Да, Леонид? - произнес он. - Так что, совсем никаких зацепок по медицинской части?

- Кое-что есть. - ответила она. - Нам удалось узнать чем обусловлено их неадекватное поведение. С помощью пластиковых хомутов и верёвок, одного из «зомби» охранники зафиксировали на большой доске, так чтобы он не дёргался. Так нам удалось засунуть его в аппарат МРТ, и сделать снимок.

Картина... своеобразная. Две трети мозга мертво. Причём, очень избирательно. «Зомби» видит, слышит, может держать равновесие и передвигаться, но того, что составляет личность человека — в нём нет. Самосознания, самоконтроля, памяти — больше нет. Вся высшая нервная деятельность — отсутствует. По факту, те люди, какими они были — мертвы.

- Да, разумеется, стоит их немного понаблюдать, неделю-две, но я чудес не жду. Скорее наоборот, их самочувствие начнет ухудшаться. Так что эвтаназия была бы лучшим выходом. Правда это стоит рассмотреть индивидуально, и обсудить с их родственниками, у кого они есть.

- Понятно... - пробормотал Сергей Семёнович. - До заседания Совета никаких решений насчёт них принимать не будем. Умерших похоронить, буйных связать, запереть и охранять. По возможности — кормить, поить. Михаил, есть какая-то информация по другим городам?

- Двадцать четыре зашифрованных доклада от руководителей Гильдии наёмников, о аналогичных инцидентах в гостевых кварталах. По официальным каналам начались осторожные «прощупывания почвы» в виде вопросов типа: «А не происходило ли у вас чего странного в последнее время?» Но всё пока в очень завуалированной форме.