Фазовый переход

Глава 16.

Глава 16.

7 октября 2197 г. гора Ямантау, "Москва-2"

После того, как Павел вышел из зала заседания Совета, там воцарилась мертвая тишина. Все обдумывали новую информацию.

- Думаю, что я выражу общее мнение, если скажу, что поступившая сегодня информация многое меняет, требует осмысления, а также пересмотра нашей стратегии. - произнес Сергей Семёнович. - До сего дня мы просто пытались приспособится к сложившимся обстоятельствам и организовать выживание той части человечества, за которую мы взяли на себя ответственность. Но оказалось, что мы сидим на бомбе с часовым механизмом, что вот-вот взорвётся. В такой ситуации необходимо принять решение как вести себя дальше, и я вижу два принципиально разных выхода. Первый — понимая, что бездействие ведёт к гибели не только каждого из нас, не только людей, но и всей планеты в целом, попытаться что-то сделать, то есть, по сути, начать войну. И второй — официально капитулировать и искать способ угодить новым Хозяевам.

- Странно слышать такое от тебя. - раздался голос одного из членов Совета.

Полагаю, что имеет смысл рассмотреть все варианты, - ответил он, - тем более, как видите, среди умерших, подавляющее большинство сочло для себя приемлемым признать над собой власть этих существ и влиться в организованную ими систему, да и среди живых, как оказалось, хватает их сторонников. Пока мы знаем только два имени, но что-то мне подсказывает, что через сны они вербуют наиболее одарённых и перспективных, так что я не удивлюсь, если кто-то из «посвящённых» присутствует и на этом Совете.

- На что ты намекаешь?!

- Я не намекаю ни на кого лично и не собираюсь сейчас устраивать тут «охоту на ведьм». Не то чтобы я за это агитирую, но я на полном серьёзе говорю о том, что вариант с капитуляцией — вполне себе вариант, если мы решаем, что ничего сделать тут уже не способны и конец нашего мира неизбежен. Ведь и так и этак — помрём, а в посмертии, как оказалась, вон какая система. Так не лучше ли уже сейчас начать копить себе на «пенсию»? Вот только есть в этом один момент, который меня смущает... Почему пришельцы лгут? А точнее, не договаривают.

- В чём именно лгут? - заинтересовался Петрович.

- Помните рассказ этого мага, Линмера о том, что пришельцы сделали со своей родной планетой? Они изъяли что-то из её ядра и переместили это в свой Мир мёртвых, в результате чего он изменился и стал местом вполне пригодным для «жизни», так сказать. Со всеми его плюсами в виде бессмертия и отсутствия проблем со здоровьем, голодом и прочими физическими слабостями. Вот только всё остальное, без этой «несущей стены» посыпалось и развалилось.

Теперь смотрите. Они прибыли к нам, и стремятся заполучить эту же штуку уже у нас. Что будет если они достигнут своей цели? Земля рассыпется. Вот только, Мир мёртвых — это такая же её часть, как и прочие. Чтобы он уцелел, им надо использовать тот «краеугольный камень» за которым они охотятся, но тогда какой смысл отнимать его у нас, чтобы потом нам же и вручить? К тому же, Линмер прямо говорит, что они, собственно, за ним и пришли, это их цель.

Получается, что эти хрустальные города, эти «парки развлечений» - на самом деле концентрационные лагеря для военнопленных. Система «очков лояльности» - способ занять заключённых делом, причём так, чтобы они действовали в интересах пришельцев. Сейчас, по сути, одни люди, в виде «тварей», сражаются с другими людьми. А пришельцы как наладили процесс, так на нас даже не отвлекаются. Не плохо придумано, не правда ли?

Когда же они получат то, за чем пришли, тогда просто соберут вещи и улетят, а Земля, включая её Мир мёртвых — рассыпется на части. Я допускаю, что они, возможно, возьмут с собой тех, кто более всего смог им угодить и показал себя наиболее полезным. Я не знаю... в роли слуг, рабов, или домашних животных... Но лично я, соревноваться за эту сомнительную честь не собираюсь. Хотя допускаю, что у других может быть своё мнение на сей счёт.

Но я понимаю, что такой выбор не делается сразу. Ведь если война — то война, до конца. Если капитуляция — то тоже, всерьёз. Всё надо обдумать. У каждого будет допуск к записи допроса Веры и выступлению Павла, так, чтобы можно было ещё раз послушать при необходимости. Я предлагаю встретится через неделю по этому вопросу и принять совместное, окончательное решение.

* * *

Павел рухнул в кресло. Невидящим взглядом уставился на расплавленную стену и пытаясь уместить в голове услышанное. Выходит, что засыпая рядом с ним, она отправлялась на встречу с его убийцей? Ведь тот эксперимент, фактически, убил его. Только не сразу, как предыдущих жертв этого вивисектора, а чуть позже.

Впрочем, если быть справедливым, с тем живодёром она была знакома задолго до встречи с ним, и к его экспериментам непосредственного отношения не имела. Но и не осуждала! Упомянула с досадой, как о печальной необходимости, и всё. Хотя, конечно, говорить в кругу коллег об экспериментах над «объектами», это не совсем то же самое, что лишать человека жизни собственными руками.

Но при этом, среди её знакомых и друзей, наверняка, были те, кто ради заветных «Очков лояльности», дающих доступ к новым благам, и возможности почувствовать себя более значимым, чем другие, «влезал в шкуру» тварей и отправлялся на охоту. Вот уж действительно, твари... Но это не она сама, нельзя с неё спрашивать за поступки других!

Ну ладно, а её собственные поступки? Сходили в парк погулять, да? Как же это было больно... Удар ножом в спину — это же классика предательства! Хотя, с её слов, таким вот образом пыталась спасти от мучительной смерти. Едва ли ей это далось легко.

Павел вздохнул и помассировал виски. Голова гудела. Смысл-то себя мучить? Один фиг, он её обвиняет и сам же оправдывает. Да и какой сейчас смысл во всём этом? Что это изменит? Судя по тому, что с ним творится — он ещё очень оптимистично заявил на Совете про «дни». Совсем скоро он станет опасен для окружающих. Окажись на месте этого экрана живой человек, он бы мгновенно перестал быть живым. А дальше-то что будет?