Федя

Глава 1.1 Соня

Люблю когда всё по порядку. Вообще порядок люблю.

Во всём кроме секса. Вот тут можно и без порядка, хаос самое то.

Кристина – томная худая шатенка с тоненькими пальчиками и запястьями, обнимала ручкой мой член, потом заглатывала так страстно и глубоко, что сгорали предохранители. Отлично умеет сосать детка, просто слов нет. Закрыл глаза и наслаждался. Зайти в дверь не успел, а тут уже напала, голодная, горячая.

Хорошо, твою мать!

— Давай детка, давай, – она ускорилась, заглатывая мой немалых размеров член до самого горла.

Я не настаиваю на таком, но когда баба так умеет – это охуенно. Кончал ей в горло, она глотала и у меня круги перед глазами расходились. Заебись!

Дальше уже переместились в спальню. Крошка Кристина любит по-жесткому. То есть по полной программе, во все дырки, без остановок на передышки и порой у меня возникала мысль, что эту сучку и десять мужиков не удовлетворит. Но старался как мог, чего уж – второй раз я уже могу долго, марафонец так сказать. А ей этого и надо. Отымел все ее дырки по два раза. Кончала подо мной такими вздохами – амплитуда что надо. Певица, мать ее, порнушная.

— Ещё? – спросил, наматывая волосы на кулак.

— Даааа, – гортанно провыла Кристина.

— Сука ебливая… – ухмыльнулся я, жестко целуя ее. — Охуенная!

И так до самого утра. Кончал ей на сиськи. Зашибись ночка.

Продрал глаза, кажись и пару часов не проспал, от телефонного звонка.

“Ну, чтоб тебя – Ольха!”

— Куда? – тут и приветствий не надо, потому что в такую рань друг мой закадычный может позвонить только, если в какую-то херь вляпался по самые уши.

Без особого желания оставил сладко спящую нимфу и отправился по обозначенному другом адресу.

Припарковался. С трудом, но нашел всё же гостевой домик со всей такой на понтах ушатанной бэхой перед дверьми. Закатил глаза. Нет, и как только еще ментов не нагнали сюда? Но кажись они тут сами не знают, где у них что – эти радости пристоличные подмосковные. Службы пока разберутся “чей район” третье пришествие случится.

Но самый треш ждал меня внутри. Ну, Борян, удружил – три трупа неприятной криминальной наружности. Дыры в стенах, кровь правда только на стенах и ковровом покрытии. Окно разбито в хлам, хотя ему может так и лучше – отражает действительность местечка. Как ни штукатурь, всё равно внутри такой себе люкс.

И я удивлен. Очень. Что ж так припечь могло, чтобы весь из себя чистюля и педант Ольхович Борис Владимирович, устроил такой вот треш. Нет, он всё делает лучше всех – работает и развлекается. По полной.

А тут решил подгадить? Убирать, конечно, мне… Зашибись расклад.

Но тут такое дело – он прикрывает мой зад, а я его. По-честному. Так всегда было. Мы с ним не мажоры. Мы в такой жести росли и вытащили себя оттуда, что нам только в связке. Держимся. И если я не словлю в бошку – дальше так же.

Осмотреть фронт работ толком не успел. Снаружи услышал сначала поспешные шаги, потом весьма красочный, даже сочный, полный шока вздох. Приехали.

Закрыл дверь в “домик”, чтобы не палить картину маслом с тремя красавцами, двое без мозгов в голове, не фигурально выражаясь. И очень надеясь, что в окно никто не сунуться – не хватало еще…

Как раз собиралась. Попка зачетная.

— Кхм, милая?

Обернулась, испугалась – такая куколка, блондиночка, форма эта “то ли горничная, то ли девка по вызову”.

Нахера они на администраторов такую форму надевают?

Хотя понятно, типа марка, все дела, место лакшери. Про себя поржал, конечно – дыра знатная. Те самые места, где типа три звезды, одна из которых приколочена хреново, того и гляди отвалится. Но презентуют они свои места, словно это пять звёзд на берегу Лазурном, а не на окраине Химок.

Ещё одна странность – как Ольху, поклонника пяти звёзд и “онинклюзива” в такую задницу занесло? Но и тут видимо – чего мелочится, да? Если жопа, то вот такая – дно пробито, так сказать.

Феерично!

— Доброго утра, – улыбнулся я, сделав к ней шаг, она очень предусмотрительно сделала шаг назад, что просто отлично, потому что позволила мне встать между ней и раздолбанным вдрызг окном.

— Д-доброе, – попробовала заглянуть мне за спину.

— Не переживайте, милая. Приношу всяческие извинения за неудобства, – говорил как можно тише.

Девица была мне до подбородка, попка круглая, сочная, ножки из этой юбки такие славные, сиски торчат, губки бантиком, глазками хлоп-хлоп. Боится. Да оно и понятно. Только вот интересно, чем она такая куколка провинилась, что ее заслали выяснять, что тут приключилось, да еще спустя столько времени. С ума сойти.

— Я просто… нам надо ми… полицию вызвать, да? Но у того му-мужчины, мне сменщица ска-сказала, что кооорочка была, – при последних словах голос немного просел, типично. Словно сказал такое и тебе в голову молот прилетит.

Народ, такой народ.

Интересно, какой там коркой Боря махал?

— Вас как зовут? – бейджа на ней не было, но она пролепетала про сменщицу и значит друга моего не видела.

Типа пришла на работу, приготовиться не успела толком, а ей такие – иди проверяй, что там делается? Нормально. Даже жаль ее стало. Коленки трясутся, туфли на каблучищах, а она по этим их дорожкам каменным вот в такой обуви скакала. И что у них охранников нет что ли? Хоть какого забулдыжного Семен Семеныча? Надо будет пожалеть ее, что ли, если будет хорошей девочкой.

Она хлопнула глазками еще раз. Каре-зеленые.

— Соня, – представилась. Потом нахмурилась, потому что надо было сказать полное имя.

— Сонечка, – проговорил я еще больше улыбаясь. Ну, прелесть какая, а? — Вы не переживайте, хорошо, не надо. От переживаний ничего путного не случается. Здоровье, цвет кожи.

Повела головой.

— А у вас тоже… корочка?

— Конечно, а как без нее, Сонечка, – соврал я и глазом не моргнул.

— Там же стреляли? Да?

— Кто вам сказал? – прошептал я, перенимая ее манеру пугливую.