Фееричное попадание. Похождения феи-крестной

Глава 22

Повисло неловкое молчание. Свекровь стола ко мне спиной, поэтому ее выражение лица я могла лишь представлять. Зато напряженная физия Нара была прекрасно видна. Мне его даже жалко стало, так долго он держал этот букетик.

– Спасибо, – наконец пробормотала Миримэль и робко забрала цветы. – Но я думала, что ты меня терпеть не можешь.

– Если быть честным, мне тоже так казалось. Когда я тебя увидел с тем человеком… хотелось убить обоих. Я так злился, что разломал все манекены для тренировок, ругался с подчиненными и творил кучу глупостей. Чуть не вылетел из стражей. Когда я узнал, что, несмотря на все правила, вам не дают пожениться, то был счастлив. Даже пришел к тебе домой: у вас тогда прием был. Но увидев, какой несчастной ты была… Я не заметил, как подошел к твоим родителям и начал выступать в твою поддержку. После этого я так себя ненавидел! Ощущение было, словно в меня воткнули тысячу стрел. На следующий день после твоей официальной помолвки я уехал вновь. Я просто не мог смотреть на твое счастье с другим. Пытался забыться в работе. Постепенно боль утихла, и я смог вернуться.

– И тогда узнал, что я вдова?

Эльф кивнул и взял ладони Миримэль в свои, продолжив:

– Я думал, что меня это не касается. Потом в меня врезался один неугомонный рыжий мальчишка, – Нарамакил подмигнул Гаррету, – который убегал от своего учителя.

– Я лишь ответил на несправедливость, – развел руками мой муж.

– Знаю, – ухмыльнулся страж. – Как ты помнишь, в тот раз я тебя поддержал.

– И я до сих пор благодарен тебе за это. Меня тогда часто задирали из-за того, что я полукровка. Кажется, тогда мне было почти как Лене сейчас. А так как мой отец человек, я себя еще и взрослым считал, хотя, на вскидку, я младше тебя, феечка.

Тут мои глаза чуть не вылетели из орбит. Младше? Он? Как так-то? Муж улыбнулся и подмигнул мне:

– Да-да. Если эльфийский возраст перевести на человеческий, то я ровесник твоего сына.

Тут моя челюсть чудом на полу не оказалась, ведь Коле двадцать четыре года. Двадцать четыре! Даже не тридцать! А двадцать четыре! Какой кошмар. Чувствую себя совратительницей. Хотя с навыками Гаррета, это он меня скорее совращает всегда. Ой. Мысли не туда пошли. И, кажется, мои размышления отразились на лице, потому что этот наглый ушастик весь содрогался от смеха. Нахал!

– Гаррет, тут важный разговор, вообще-то, – зашипела я, сделав замечание супругу.

Раз я старше, значит, можно.

– Как прикажешь, моя феечка.

Гаррет отвесил шутливый поклон. Вот чертяга! Еще и улыбается довольно. Ничего-ничего, я ему припомню. А пока вернемся к нашим наблюдающим ба… эльфам. Нарамакил прочистил горло и продолжил рассказ:

– После той встречи этот непоседа мне частенько стал попадаться, и я невольно начал заниматься с ним. То меч научу держать, то отчитаю за излишнее озорство, а потом покажу, как шалить без последствий. Он мне был как сын. И как-то раз, пока я его отчитывал за очередную проделку, подошла ты, – страж погладил ладони девушки. – Я думал, у меня сердце остановится. Ты стала еще прекраснее, чем я помнил. А затем оно и правда на мгновение остановилось, когда я узнал, что этот рыжик – твой сын. Меня словно на части разорвали в тот момент. Поэтому я мог лишь уйти, чтобы не сойти с ума. После этого первое, что мне пришло в голову – избегать вас обоих. Но я не смог. Гаррет стал слишком дорог мне, и я продолжил встречаться с ним. Я решил, что справлюсь со своими чувствами, но стоило тебе появиться – творил безрассудства. И в итоге стал тебя избегать. Это было неразумно, но иного выхода я не нашел. Шибко «умный» был до сегодняшнего дня.

– И что же сегодня изменилось? – полюбопытствовала моя свекровь.

– Гаррет. Я увидел, как он вышел из подворотни с ошарашенным взглядом. Будто он не ожидал тут оказаться. Ну и я решил узнать, все ли у него в порядке. Тогда этот непоседа накинулся на меня с расспросами о Лене, заявив, что она его жена. Это стало для меня шоком. Ну и слово за слово, мы уже обсуждаем меня и тебя. Было стыдно, когда юнец открывал мне глаза на очевидное. Но я знал о твоей помолвке и решил не лезть, все же и до меня доходили слухи о том, что у вас с Лаирендилом был роман, а я не хотел мешать твоему счастью. Поэтому решил просто проводить Гаррета. А потом мы услышали шум. Ну и дальше вы знаете.

– Но Нар…

Даже не видя выражения лица Миримэль, можно представить, как она хитро прищуривается.

– … ты так и не сказал, что за «очевидное» ты осознал.

Нарамакил нервно сглотнул, а на его щеках появился румянец. Нелегко ему в чувствах напрямую признаваться-то. Жалко, конечно, этого добряка, но иначе никак.

– Я осознал, что все это время был в тебя влюблен, – выпалил он на одном дыхании и добавил: – И сейчас тоже безумно тебя люблю. И буду любить до самой смерти.

– Но ты же бессмертный, – заметила эльфийка, приближаясь к Нару.

– А это значит, что моя любовь к тебе станет вечной, даже если ты выбе…

Договорить ему Миримэль не дала, впившись в губы и чуть не уронив бедного, но очень счастливого эльфа. Ну какие же они милые! Кхм, кажется, нам с Гарретом лучше прогуляться. Так что тихонько обойдя новоявленную парочку, я схватила своего ушастика за руку и утащила из дома куда-нибудь подальше, а то, пока мы выходили, Миримэль с Наром уже успели что-то разбить и порвать. Теперь понятно, от кого у мужа столь страстная натура.

– Солнышко мое, мы куда-то конкретно идем или уже можем остановиться? – уточнил супруг, пока я тянула его за собой.

Тут я тормознула, поняв что даже не в курсе, куда привела его. Маленькая улочка, почти безлюдная. Ой, а дома-то немного другие: тут и двери разных цветов, заборчики есть, клумбы с цветами – все как у людей. Нет той строгости, как на главных улицах, а величественность не так заметна за приятными мелочами вроде штор в задорный горошек, что виднеются из окна.

– Здесь живут люди и полуэльфы, – пояснил Гаррет, подойдя ко мне ближе. – Когда они стали обживаться в этой части города и не следовать привычному для эльфов порядку, было много возмущений. Но один посол указал, что в законах нет ни одного пункта, контролирующего внешний и внутренний вид зданий. С тех пор эльфы тут практически не ходят, кроме моих ровесников.