Феникс

Глава 12

Он сидел напротив окна и смотрел, как тяжелые капли барабанят по стеклу. За окном было серое небо, унылое небо мегаполиса. Он откинулся на кушетку и замер, погрузившись в свои мысли.

Теперь я начинаю понимать, почему людей элиты называют сумасшедшими. Когда у тебя такая власть и целая вечность перед глазами, ты начинаешь дико скучать. Все становится слишком пресным и неинтересным. Единственное, что остается в таком мире – игра. И ты начинаешь играть. Сначала ты играешь со своими чувствами, затем покупаешь себе самые дикие игрушки, становишься странным и эксцентричным, вызывающим удивление у окружающих своими выходками.

Он посмотрел на картину в руках. Изумруды и топазы. Этот маленький пейзаж так и не закончен. Эта вещь стоит огромных денег. Кто-то подумал бы, что подобная вещь есть вульгарное бахвальство и признак тщеславия. Но он не сомневался, что отец даже не думал о стоимости этих камней, а если и вспоминал, то редко, шутки ради. Скорее всего, ему нравилось ощущать жесткость кристаллов, которые так красиво играли на свету. Он встал и подошел к полупрозрачной нише, поставил картину. Она смотрелась в этом кабинете неуместно, даже для такого эксцентричного человека, как Гиа. Раньше он никогда бы не позволил бы себе подобную выходку, но теперь его мало волновало мнение окружающих. Время, когда ты беспокоишься о внешнем образе и носишь аватар, время, когда ты беспокоишься о статусе в сети, о том, что о тебе прочтут прохожие – все осталось в прошлом. Теперь можно не заботиться о том, как ты выглядишь и какие чувства вызываешь у других.

Мир богатых – это мир тотального одиночества. В наше время мало кого удивишь тем, что ты одинок. Но здесь, на высоте, это чувствуется особенно остро. Почему так? Я ведь и до этого тоже ни с кем не дружил. Да, в моей жизни всегда кто-то был: Кицу, Кипарис, Майя, Огнецвет… Да, у меня, возможно, никогда не было настоящих друзей: я никогда не открывал сердце до конца. Но ведь что-то было? Бессмертные боги мыслят по-другому? Когда все надоедает, ты начинаешь играть жизнями других людей. Наступает момент, когда понимаешь, что ничего не осталось. И уже не важно, что ты чувствуешь – любовь, ненависть или даже равнодушие. Уже все равно, что делать, лишь бы рядом с тобой оказался такой же игрок. А чтобы игра не казалась слишком скучной, необходимо придумать великую цель и сделать игру чуть-чуть более азартной, добавив специй страха и опасности.

Он вспомнил Звездную бабочку и вздрогнул. Когда его нашли, он лежал на красном снегу, весь в крови. Огромное кровавое пятно на несколько метров. Персонал был в панике. Вокруг бегали и кричали, а он смеялся и смеялся, глядя на звезды. Через несколько минут, врач, стоящий рядом с ним, понял, что Ирис Мускари цел и невредим, жестами успокоил окружающих. Рядом, на боку, лежал окровавленный корабль с растерзанным крылом. Казалось, он тяжело вздыхал и стонал от боли. В ту секунду он почувствовал отчаянье и ужас, будто именно ему сломали крылья, и он, подобно Икару, рухнул на землю, так и не догнав свою мечту. Когда спасатели попытались уложить его на меховые санки, он дернулся всем телом, ринулся к кораблю. Со стороны, это, должно быть, казалось помешательством. Он почти сразу же провалился в яму, зачерпнул руками розовый снег. Они были там, внутри этой коробки, с порванными жилами, с опаленной черной дырой под правым крылом. Он не помнил, что было дальше. Кажется, его перехватили. Возможно, он кричал. Последнее воспоминание – резкий щелчок около запястья. Отключился он мгновенно.

Врачи прописали ему психотропные лекарства. Они пытались лечить его от галлюцинаций после того, как он рассказал о диалоге с эмбрионами. Технически невозможно было слышать их разговоры через внешний интерфейс без изучения специальных символов языка робота. Он не настаивал, чтобы от него быстрее отстали. Но иногда, ночью, он просыпался от одного и того же кошмара – сотни чужих личностей в ярком свете, часть его нового Я. Эти сны преследовали теперь намного чаще, чем сны о корабле, летящем сквозь звездную пустоту. Он никому не рассказывал о них.

«К вам прибыла Дицентра Мускари».

Он почувствовал движение воздуха за спиной. Она, вне всякого сомнения, зашла. Он даже не повернул головы. Интересно, почему она решила прийти? Не похоже, что эта женщина собирается сдаться. Он ухмыльнулся уголками губ. На самом деле, уничтожить ее проще, чем она полагает. В конце концов, достаточно использовать раскол внутри семьи. Может быть, это даже будет правильным решением. Вне всякого сомнения, отдельные акции и попытки убийства спровоцированы именно Драценой.

Он услышал глухие шаги. Она замерла в нескольких шагах.

- Вы так самоуверенны, брат, - услышал он ехидный голос, - Совершенно не боитесь? Думаете я не способна устранить досадное препятствие в вашем лице в этом кабинете?

- Не думаю, что вы пришли за этим, - он обернулся и посмотрел на девушку.

Она была красива. Как всегда. И, естественно, без аватара. Ей он и не нужен.

Девушка замерла, дернула плечами:

- Думаю, ты не имеешь и представления о моих целях. Не думала, что ты так спокойно согласишься на встречу.

- Я не боюсь тебя, - Кай сделал шаг навстречу, остановился совсем близко, - Ты не сможешь убить меня сейчас. Так уж получилось, что теперь я могу передать состояние Мускари на имя другой семьи. Будешь судиться годами. Моя смерть еще имела смысл до выдачи свидетельства о том, что я законный ребенок Ценцерионов, но теперь это фатальная ошибка.

- Может, проще судиться с Ценцерионами, чем терпеть твои выходки? - ее глаза зло сверкнули.