Феникс (фанфик по «дивергенту»)

Глава 21. Угроза и предатель

«Нервы на пределе, и в голове бардак. Боже, прошу, подай мне знак, не оставляй всё так...»

— «Дневник жизни» ƎК.

Столкновение двух взглядов ни на секунду не теряет былого напряжения, лишь стремительно набирает обороты. Феникс судорожно выдыхает, боясь сделать лишнее движение и тем самым позволить вырваться гневу сестры, так отчаянно полыхающему в её глазах. Элле явно импонирует происходящее: она вновь чувствует власть и превосходство в полной мере — и эти ощущения поглощают фанатичный разум целиком, не оставляя места для здравого рассудка. Впрочем, адекватных суждений будто никогда и не было в её голове.

— Зачем я тебе нужна? — на удивление твёрдым голосом выдаёт Бесстрашная, тогда как ладони невольно сжимаются в кулаки, благо Элла не способна увидеть этого жеста.

— Кем-то же нужно манипулировать, — с обыденным хладнокровием бросает она, а губы тотчас обрамляет кривая и, на первый взгляд, даже кровожадная усмешка.

Слова отдаются гулким эхом и заставляют поёжиться. Манипулировать... Значит, она не собирается её отпускать. Глупо было надеяться на акт доброй воли от такого человека, но призрачная надежда всё-таки плескалась где-то внутри ровно до этого момента.

Наконец Элла первой отводит взор, и Феникс облегчённо выдыхает, опираясь спиной на железную стенку грузовика, и проводит подрагивающей ладонью по волосам. В это же время сестра раздражённым тоном обращается к водителю:

— Чего застыл?! Поехали!

— Они идут, — бегло проговаривает мужчина, мимолётно взглянув в боковое зеркало. Элла, сидя полубоком и странно улыбаясь, вновь поворачивается к младшей, и на её лице отображается хитрый прищур, холодящий душу. Феникс не может догадываться об упомянутых личностях, но эта встреча точно не будет приятной.

— О, это будет интересно! — елейно протягивает девушка за секунду до того, как хлопает железная дверь грузовика, и сидящая на полу Феникс вновь вздрагивает. — Хотя... Не пускай девку. Пусть это будет сюрпризом для любимой сестрёнки, — наигранно улыбнувшись Бесстрашной, обращается к неизвестному Элла.

Ловко запрыгнув в высокий автомобиль, мужчина в это же мгновение оказывается напротив Феникс, снисходительно взглянув на неё сверху вниз. Девушка прищуривается, мгновенно узнавая в нём одного из изгоев, тащивших её сюда. Он проходит мимо, останавливаясь у обернувшейся к нему старшей из сестёр.

— Она отключила камеры, — заносчивым тоном докладывает афракционер, и глаза Эллы вновь находят растерянное лицо младшей сестры. Она лишь на мгновение задерживает цепкий взгляд и, взмахнув рукой, тщеславно бросает:

— Хорошо... Следи за ней, а то мало ли что выкинет.

Подчинённый кивает и мгновенно оборачивается к выходу, вновь самодовольно взглянув на ведомую им ранее девушку, однако не требующий возражений голос призывает его остановиться:

— Сейчас поедешь с нами: нужно помочь за Стеной. Остальные пусть остаются, но нужно смотаться до приезда Лидеров. Так и передай своим.

Изгой снова кивает, доставая из кармана точно такую же рацию, которую Бесстрашная чуть ранее видела у Реи. Совпадение необъяснимо настораживает, и Феникс принимается наблюдать за афракционером с наибольшими чуткостью и вниманием, тогда как машина начинает движение. Повторив в передатчик то же самое, что мгновение назад сказала их главная, он вскоре присаживается напротив. Все его движения отточенные и плавные, будто он продумывает их заблаговременно, и даже тяжёлый пугающий взгляд больше похож на маску, которая быстро надевается на лицо и так же бегло снимается. Они одновременно следят друг за другом и даже, возможно, делают это с одинаковыми целями. Бесстрашной необходимо приглядеться к нему, понять, что представляет из себя данный человек и какую угрозу он может нести. Вероятно, его намерения удивительно точно схожи — девушка читает это по пристальному взору исподлобья, который она с редкостным хладнокровием выдерживает.

В скором времени плавная дорога сменяется ухабистой, однако водитель даже не собирается притормаживать, а лишь ускоряется. Феникс прокручивает в голове все дороги города и их расположение, пытаясь понять, куда же они могут направляться. Видимо, это отчётливо видно по задумчивому взгляду, так как лицо афракционера тотчас озаряет издевательская ухмылка. Военные автомобили лишены окон в грузовом отсеке, а разглядеть лобовые стёкла не предоставляется возможности: слишком далеко. Кажется, в непоколебимом выражении лица проскакивает оттенок тревожности, страх же сжимает горло, но сейчас далеко не то время, когда можно показывать эмоции, поэтому, с усилием выдохнув, она опускает голову на холодную железную стенку, прикрывая веки.

Буквально сразу бесчисленные истошные крики заполоняют пространство. Настолько громкие, что расслышать среди них взрослые голоса и плач детей не составляет никакого труда. Отчаянный гул прерывается автоматной очередью, а затем гомон возобновляется с удвоенной силой. Оглушительные возгласы цепляют за что-то живое, откликаются болезненным импульсом в сердце и прямо-таки тянут душу. Полные ужаса глаза исследуют присутствующих. Сидящий напротив афракционер будто бы наслаждается услышанным, судя по восторженному взору, тогда как сестра с неподдельным интересом изучает местность через окна, заглядывая то в лобовое стекло, то в боковое, словно ребёнок, который увидел что-то необычное и безумно интересное.

Едкий запах гари, вызывающий слёзы, стремительно проникает в салон автомобиля. Девушка болезненно морщится с непреодолимым желанием прекратить мучения, распространившиеся во всём городе. Ужасные картинки закрадываются в разум, несмотря на то, что она лишена возможности узреть происходящее своими глазами. Возможно, это даже к лучшему. Однако в округе гибнут Бесстрашные. Среди них даже могут оказаться дорогие ей люди, жизнь которых висит на волоске от смерти по вине лишь одного человека, сидящего в паре метров от Феникс и наслаждающегося происходящим. И, к слову, этот человек тоже когда-то был родственным не только по душе, но и по крови. Сейчас же кажется, что от родственной связи не осталось и следа, и даже одна и та же кровь, текущая в сёстрах, с каждым днём становится более отчуждённой.