Феникс (фанфик по «дивергенту»)

Глава 23. Кошмары и непредсказуемое решение

«Я запутался. Не знаю, куда всё идёт. Соглашаюсь на неизвестность. И самое странное — мне от этого совсем не страшно».

— Эльчин Сафарли «Мне тебя обещали».

Практически бессонная ночь выдалась крайне неспокойной. Дело не только в мрачной обстановке и вечном холоде, который пробирает до костей, обгладывая их, но и в стойком предчувствии чего-то тревожного. Неясное ощущение не покидало и во время чуткого сна, который, как по расписанию, прерывался каждые полчаса и беспрепятственно начинался заново, раз за разом прокатывая Бесстрашную по самым жутким кошмарам или, наоборот, появившимся относительно недавно мечтам, которые стойко вошли в жизнь, стоило ей оказаться за Стеной фактически в плену у родной сестры. Она то умирала от рук Эллы в разных местах и при разных обстоятельствах, то вновь оказывалась дома, в Бесстрашии, и это невероятно воодушевляло, мгновенно становилось тепло на душе, но стоило иной раз открыть глаза, как темнота окутывала целиком, утягивая за собой секундное окрыление. Однако никто не мог догадываться, что не только пленённая девушка мучилась от преследующих во сне ужасов: в городе, за несколько десятков километров отсюда, один человек страдал тем же, и это его неимоверно раздражало. Феникс никогда не была настолько рядом, но осознание того, что она где-то поблизости, удивительно успокаивало. Сейчас же спокойствие благополучно улетучилось, и теперь только в наличии ночных кошмаров они были похожи. Даже цели, преследуемые обоими, в некоторых пунктах кардинально различались. Бесстрашная всей душой желала наконец покончить с сестрой и её безумными планами, восстановить некую справедливость и принести Чикаго мирное существование. Лидер же хотел в первую очередь найти её живой и увезти подальше от этого страшного места, именуемого территорией афракционеров, а затем уже осуществить всё то же самое, к чему стремилась Феникс. И этот план вполне может осуществиться уже через несколько часов, но нетерпение и странное предчувствие, так несвойственные Эрику, бушуют внутри огромной дырой в сердце, никак не давая покоя.

Нервозность отражается в каждом резком движении и рваном вздохе. Раздражение не пропадает ни на секунду, и даже сон решил обойти стороной одного из Лидеров Бесстрашия. Совсем недавно утихшие волнения в городе призрачной пеленой загораживают обзор и тревожат так же, как и во время боевых действий, количество потерь по-прежнему стоит чёткой картинкой в голове и неустанно бьёт набатом, а незажившие раны до сих пор ноют и всячески напоминают о себе. И как бы всё вышеперечисленное ни донимало Эрика, мысли всякий раз возвращаются к одному и тому же человеку. Потерянному среди небольшого клочка земли, пригодного для жизни, и эта неизвестность доводит больше всего. Наряду с этим столь же сильно напрягает собственная реакция на произошедшее. Это поистине пугает мужчину. Так быть не должно. Да, Феникс — такой же полноправный член Бесстрашия, как и остальные, и это уже является весомой причиной для её поиска, но внутри что-то безустанно тянет явно не по такому простому и очевидному поводу. Было бы глупо отрицать бесспорные привязанность и просыпающиеся чувства, однако вечное противостояние разума и сердца никак не собирается заканчиваться и возобновляется с новой силой. Мозг истошно кричит о том, что хозяин дал слабину и это явно не то, что ему нужно. Пытаясь вразумить, он вопит, что предстоящая поездка к афракционерам — это лишь попытка нанесения ответного удара противнику и поиск пропавшего без вести члена Фракции. Сердце же отчаянно пытается перечеркнуть всё то, что успел заявить разум, и доказать собственную правоту. Перед глазами моментально проносятся кадры последнего ничуть не приятного сновидения с участием двух сестёр, после которого бессонница и странное предчувствие наконец одолели Лидера, и сердце, наблюдая за реакцией хозяина на воспоминания — Эрик тяжело вздыхает и до побеления сжимает губы, — победно усмехается. Оно лишь на мгновение упивается недолгой победой, но, когда морозный воздух проникает в квартиру и мигом отрезвляет мысли, противостояние исчезает, не оставив никакого следа.

Уметь заглушать любые эмоции — то, чему учат каждого в Эрудиции, но Эрик никогда не думал, что эта удивительная способность может помочь ему в Бесстрашии, кроме жизненно опасных случаев, когда необходим холодный расчёт. Однако холодность — значит безжизненность. Безжизненность — покой и равнодушие. Наверное, это именно то, что нужно ему в данный момент. Забыть обо всём, как раньше. Трезво посмотреть на ситуацию. Надеть безразличную маску и внушить всем, что ему действительно всё равно. Всё должно быть так, как и раньше, но жизнь стала сплошным изменением. Относительно спокойное существование перевернулось с ног на голову, и любимый Лидером контроль больше не имеет значения.

Ледяной зимний воздух приятно холодит кожу и освежает голову. Мысли и чувства словно испарились, стоило открыть окно. Ночная тишина, с одной стороны, успокаивает, но с другой — необъяснимо настораживает. Вероятно, на это влияет глупое предчувствие, вновь захватившее в плотные тиски ранее беспокойный разум. Глубоко вдохнув, Эрик будто пытается навсегда прогнать назойливое ощущение. Именно оно не нужно ему, но точно не тёплые чувства по отношению к Феникс, которые так стремится искоренить мозг, основываясь на болезненном опыте прошлого.

Снег мирно падает с тёмного неба мелкими хлопьями. Бесстрастный взгляд направлен вдаль, туда, где сквозь неплотный туман пробиваются яркие огни, расположенные на самом верху Стены. Уже потрёпанная сигарета неустанно сминается между пальцами, но никак не используется по назначению. Вредная привычка больше не имеет смысла: уже нет тех боли, сковывающей тело, одинокой опустошённости и постоянного саморазрушения. Убивающие чувства потонули в потоке других, более положительных, и теперь кажутся далёким прошлым.

Мысли, к сожалению, не имеющие способности покидать голову человека на долгое время, вновь возвращаются к Феникс. Картину ночного города моментально затмевают испуганный взгляд, бледные губы и заострившиеся черты лица. Наверняка её состояние, на которое, безусловно, влияет и Элла, приближено к такому. Голубые глаза задумчиво созерцают пейзаж, и спустя пару спокойных минут тишины Эрик всё-таки разламывает сигарету пополам и закрывает окно. До рассвета и неизбежной расплаты остаётся несколько часов.