Фея и герцог

Глава 26

На подъездной аллее было необычайно тихо, несмотря на лютующий за воротами ветер. Прищурившись, я поняла, что дом и весь парк защищен от снежной бури кристаллами, встроенными в фонарные столбы.

В обычную погоду они накапливали свет от солнца и раздавали его ночью, а во время метелей создавали над территорией усадьбы щит. Редким снежинкам удавалось пробиться сквозь него, поэтому и снега здесь падало в несколько раз меньше.

— Очередное изобретение Маккертона? — спросил Даниэль, когда мы выбрались из экипажа и повнимательнее рассмотрели кристаллы. Они оказались довольно интересными внешне: непривычной круглой формы и с ярким, желтым оттенком, который, видимо, показывал уровень заряда.

Сейчас он оказался на максимуме.

— Это диаманты, ваша светлость. Они имеют свойство накапливать и отдавать энергию солнца с помощью генератора, — ответил вновь разговорившийся Грегори. — Их месторождение находится в Сахе, в губернии с вечной мерзлотой и дрыгловыми холодами.

— Семья Петра владеет добывающей компанией, — добавил Джереми, и я широко распахнула глаза, затем снова посмотрела на фонари.

— Ого.

— Да, Кощинские — один из самых богатых и знатных родов Ровенийской империи.

— Барин?

Мы оглянулись на удивленный вопрос и увидели, как возле дома с санями встал мужичок в стеганом тулупе. Сдвинув меховую шапку со лба, он внезапно бросил упряжку, распахнул объятия и с радостным хохотом кинулся к довольному Джереми.

— Барин!

— Федька, сколько лет, сколько зим.

Мужчины обнялись, причем так крепко, словно не виделись сотни лет и теперь радовались встрече как дети. Пока я разглядывала первого жильца усадьбы, они принялись выспрашивать друг у друга дела.

Но что меня больше всего поразило: открытость Джереми в разговоре с человеком, который явно ниже его и положением, и рангом. Он общался с Федькой по-дружески или даже по-родственному. Постоянно похлопывал по плечам и груди, смеялся, шутил. В общем, вел себя практически как дома.

— Позвольте представить Гудко Федора Игнатьевича, — соизволил, наконец, обратить на нас внимание Джереми и показал на улыбающегося Федьку. — Он здесь вроде управляющего, много лет служит Кощинским. Еще матушку и отца Петра застал.

— Тю, какой я управляющий, барин? За девками приглядываю, парнишек уму-разуму обучаю, мужичков гоняю, бабам помогаю да вдовушкам. У нас в деревне все друг за друга горой, вот и у князя под крылом навожу такие порядки. Неча туточки раздоры устраивать.

— В деревне? — озадачилась я и покрутила головой. — Вы не отсюда?

— Я ж из крепостных, барышня. Меня как в восемь купили на рынке в Троицке, так и привезли князю, который отец нынешнего. Алексей Сергеевич был хорошим хозяином, почем зря не обижал, работку мне в доме нашел, а позже и во главе поставил, — заулыбался Федьма, я же почувствовала тошноту и поджала губы, чтобы лишнего слова не сорвалось.

Купил… Как корову на рынке! Какой ужас. Порядки не лучше, чем в Эребусе, а гонору сколько. Каждый второй ровениец кичился тем, что у них нет рабов. Но собственный народ, превращенный в бессловесный скот, они таковыми не считали.

Даниэль, почуявший мое настроение, успокаивающе коснулся руки и покачал головой. Пришлось затолкать подальше возмущение, которое рвалось наружу. Все равно никому нет дела до моего мнения здесь.

— Даниэль Уитроф, герцог Фламель, к вашим услугам, — Даниэль сдержанно поздоровался с Федькой и кивнул ему в знак приветствия, затем подтолкнул меня вперед и тоже представил по всем правилам хорошего тона: — А это мисс Морриган Делейни, наша прекрасная спутница, которую король лично назначил одним из послов.

Ах да, мое официальное прикрытие для императора Александра и его свиты. Распоряжение в две строчки на листке меловой бумаги с гербовой печатью и росписью короля Абеля покоилось где-то в саквояже.

Совсем забыла про него, но Даниэль напомнил, поэтому я потянулась к вещам и оказалась остановлена.

— Не волнуйтесь, барышня. Сейчас в дом зайдем, печку погорячее сделаем и отогреетесь. Девки вам перинку набьют, одеяльца принесут. Платошку с Гришкой на первом этаже поселим, уж извините, молодчики. Слуги к слугам, дворяне к дворянам, — Федька пожал плечами, а гоблин с домовиком громко фыркнули.

— Куда хошь сели, лишь бы потеплее было, чем тут, — буркнул Грегори.

— Околели уже, Федь, — закивал топчущийся на месте Платошка и дующий себе на ладошки.

— Гля на них. Вы че впереди хозяев-то прете?

— Да никуда мы не прем!

Забавная перепалка вызвала смех у Джереми, а у меня слабую улыбку. Я повернулась к Даниэлю, чтобы посмотреть на его реакцию, но оказалось, что он совсем не прислушивался к разговору. Его взгляд сосредоточился на верхних этажах дома, окна на которых местами были плотно зашторенными.

— В чем дело? — я осторожно коснулась его груди и поймала на лице искру замешательства.

— Пока не знаю, но атмосфера в доме странная. Не чувствуешь?

Растерянно покрутив головой, я прислушалась к необычайной тишине.

Вокруг ни души, изредка вдалеке пробегали слуги, но никто из них не останавливался. Даже головы не поворачивал в нашу сторону, словно боялся оторваться от работы и получить розгами за непослушание.