Фея и герцог

Глава 42

Зима скрыла от нас часть местных красот, но из сугробов все равно выглядывали причудливые фигуры из мрамора, камня и нефрита. Припорошенные жемчужно-белой пылью дорожки вились вокруг спящих фонтанов, пушистых игольчатых деревьев, чьи кроны стремились к густо-серым небесам.

Мост Бию Джи, раскинувшийся через спящий пруд, привел нас к одному из павильонов. Я остановилась на середине, чтобы полюбоваться ярко-красными шарами, на концах которых перезванивались веселые колокольчики, и резным серебряным драконом, чье гибкое тело расположилось на крыше главного строения.

Одернув юбку и притоптав снег, я завороженно разглядывала проработанные мастером детали: глаза, усы, чешуйки. Священный зверь Синьяна определенно удался. Морской дракон получился почти как настоящий. Того и гляди спрыгнет с насеста и бросится на нас с ревом, чтобы обдать клубами соленого пара.

— Нравится?

— Ровения — очень атмосферная страна, — пробормотала я и оглянулась на подошедшего Джереми. — Понимаю, почему вы так любите вторую родину. Она… разная, многокультурная, я бы сказала.

— Да уж, — хмыкнул он, затем заложил руки за спину и обошел меня. — Хотите, я вам еще кое-что покажу?

— А здесь есть то, что я еще не видела?

— Например…

Его пальцы затанцевали в воздухе, вычерчивая причудливый морозный рисунок. По мере того как они двигались, вокруг нас скапливался свежий снег, который обтачивал ледяные камни и превращал их в нечто невероятно прекрасное — в дракона. Только размером гораздо меньше, где-то с ладонь.

Именно его Джереми преподнёс мне, когда закончил играться с магией.

— Спасибо, — я улыбнулась и присела в благодарном реверансе, крепко сжав холодную фигурку, и с разочарованием поняла, что она тает от тепла моих рук. — Жаль, что он исчезнет, когда мы войдем в помещение.

— Зима приходит и уходит каждый год, чтобы укрыть собой природу и дать ей немного времени на отдых от суеты нашего мира, а потом вновь пробудить и заставить дышать полной грудью, — я замерла, когда Джереми подошел вплотную. — Ваш дракон превратится в воду и напитает собой чью-то жизнь, поэтому я не вижу поводов для разочарований.

Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга, и я впервые пожалела, что влюбилась не в него. Не в благородного морского разбойника, отчаянного искателя приключений, кутилу и повесу — лэрда Джереми Монтгомери. А в другого человека. В того, кто никогда не будет мне принадлежать в полной мере.

Здесь у меня хотя бы имелись шансы на победу в борьбе за тоскующее сердце. Там — никаких.

— Похоже, только ко мне зима сурова и не дает ни единого шанса, чтобы выдохнуть и расцвести по-настоящему, — с горечью откликнулась я, после чего поставила дракона на ограждение и полюбовалась игрой света на ледяных боках.

— Возможно, время еще не пришло.

— Морриган!

Мы с Джереми обернулись на окрик Даниэля. Его хмурый взгляд остановился между нами, будто высчитывал в голове кваты, которые разделяли наши тела. Убедившись, что ничего предосудительного мы не совершили, он кивнул на остановившегося неподалёку от одного из павильонов Петра.

— Идемте, — вздохнул Джереми. — Иначе Данечка спалит гневом весь сад.

— Скорее, зачарует.

— Или так.

Я поспешила перейти пруд, затем оказалась возле подоспевшего Даниэля. Бесцеремонно оттолкнув хмыкнувшего соперника, он молча вцепился в мою руку и ревностно потащил в нужном направлении. Благо ничего не сказал. Не хватало нам поругаться посреди такого чудесного места из-за ерунды.

— Мы можем продолжить наш утренний разговор?

Неожиданное предложение, особенно если учесть, что за нами шагал Джереми, а впереди шел Петр. Любой из них мог услышать лишнее, а мне не хотелось делиться подробностями прошедшей ночи.

Ни с кем.

Даже с самой собой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что это бессмысленный диалог, Эл, — я с трудом сдержалась от раздраженного выкрика и прислушалась к скрипу снега под ногами, чтобы успокоиться. — Мы все обсудили, не вижу смысла повторяться. Я никогда не приму твои условия и на второстепенную роль в твоей жизни не соглашусь.

По привычке он стиснул зубы, и я сразу поняла — злится. Прямо-таки кипит от негодования, но вслух ничего сказать не может. Тоже опасается скандала, который разразится, если Даниэль продолжит давление.

— Ты не вторая, — он процедил наконец, когда мало-мальски выдохнул. — Никогда не будешь второй.

— Но именно так я себя ощущаю. Давай забудем, а? Эл, мне правда не хочется с тобой ссориться, тем более сейчас, когда мы на задании.

— Хорошо, тогда поговорим после возвращения. В Данмаре. Хотя лучше, конечно, все решить здесь…

— Нет.

— Да почему?! — взорвался он.

Я остановилась, а вместе со мной замерли Петр и Джереми. Буквально в паре матров, чтобы в любой момент броситься на помощь. Повернувшись к Даниэлю, я посмотрела в горящие глаза. Его магия лютовала вместе с хозяином, искры проскальзывали то в расширившихся зрачках, то на кончиках длинных пальцев.