Фея и герцог

Глава 50

Выйдя во двор, я втянула носом прохладный вечерний воздух и посмотрела на небо. Все-таки зимние ночи в Петрографе были потрясающими: загадочные, туманные, но с мириадами звезд и городских огней вдалеке. Поговаривали, что летом, один месяц в году, солнце здесь и вовсе не садилось, освещая роскошные усадьбы, памятники, парки, многочисленные дома, дворцы и реку своим сиянием.

Теперь я понимала Джереми, который любил Ровению как вторую родину. Может, чуточку больше, чем Шангрию. Здесь и правда за каждым кустом таилась магия, а под белоснежными сугробами прятались древние тайны многочисленных народов, составляющих граждан этой огромной империи.

— Как ты?

Я поежилась от ветра, затем с благодарностью посмотрела на Даниэля, который набросил мне на плечи шубу.

— Напугана, растеряна, не знаю, что делать дальше, — ответила я кратко. — Мне кажется, пауков в коробку положила Елена.

— Думаешь?

— Ну, она пожалела, что меня не укусили.

Он вздохнул и примял ногой хрустящий снег, после чего собрался с силами и выдал:

— Я все-таки считаю, что тебе лучше не ехать на бал в Хрустальном дворце. И это не прихоть, Морриган, а реальные опасения за твою жизнь. Я верю, что ты способна противостоять Алибарди и не поддаваться его чарам длительное время, но…

— Но нет никакой гарантии, что моя защита не будет сломлена, — горько закончила я за него.

— Прости.

— Не извиняйся, ты прав. Только у нас нет выбора. Его величество дал мне понять, что найти шпиона надо любой ценой. Конечно, я не собираюсь спать с императором, но выяснить, кто из приближенных Александра имеет виды на печать Аркана, обязана.

На сей раз я не услышала ни возражений, ни возмущений. Даниэль молчал и просто стоял рядом, сцепив руки за спиной, будто думал о чем-то своем, важном. Сколько времени мы так провели, я не знала и в итоге отпустила внутреннее напряжение.

— Прости, — вдруг проговорила я невпопад. — За то, что выстрелила в тебя. И что никогда не понимала, какой груз ты несешь на своих плечах. Я не интересовалась проблемами, с которыми ты столкнулся, когда я уехала из Ландора, и безосновательно набросилась на тебя в замке МакГиннесов. Ты имел полное право завести отношения.

Даниэль пнул обледенелый камешек носком сапога. Так сказать, выместил на нем всю злость, которую держал в себе.

— Я до последнего дня не догадывался, что еду за тобой, — признался он. — Его величество не распространялся о задании. Лишь сказал, что его могу выполнить только я.

— Неужели король не такой милосердный, как о нем говорят?

— Абель никогда не отличался милосердием, Морриган, но на то он и король. Иногда я жалею, что не умер тогда. Лучше бы пуля убила меня, тогда не пришлось бы делать выбор между долгом и сердцем.

— Эл, ты бы стал трусом, а ты не такой.

Мне стало легче, понятнее, как-то даже безразличнее. Плевать на будущее и все остальное. Я больше не прокручивала в голове бестолковые обиды, случайно оброненные фразы, и наше счастливое прошлое. Осталась только тоска по утраченному и тысячи дверей, которые всегда стояли между мной и Даниэлем.

— Сегодня я поняла, что не помню лица Хартли, — я обхватила себя руками и прошла немного вперед, чтобы повернуться к нему. — Представляешь? Совсем ее не помню. Ни ее черт, ни цвета глаз.

— Ты говорила в прошлый раз, — он кивнул.

— Это очень страшно. Забывать того, кого любишь всем сердцем. Будто с каждым годом наша связь слабеет.

— Ты ошибаешься.

Я потерла лоб, чтобы немного унять подступающую головную боль.

— Ладно, неважно. Вопрос сейчас не в Хартли и не в наших отношениях, — я вновь перевела тему разговора. — Лучше скажи, что думаешь насчет сегодняшней выходки? Я точно знаю, что у тебя есть мысли, которые ты не озвучил в кабинете.

Даниэль пожал плечами, затем перевел взгляд на темнеющий вдалеке перелесок, спрятанный под белым покрывалом.

— Я сомневаюсь, что Алибарди так заморочился бы с ожерельем. Думаю, метаморф подает знак или предупреждает о чем-то. Есть у меня некоторые сомнения, что он действует по приказу хозяина.

— А ему зачем?

— Кто знает? Возможно, метаморф вообще работает со шпионом Алибарди, который играет с нами по своим правилам.

— Есть мысли, кто им может быть?

— Завтра мы нанесем визит в посольство, где поближе познакомимся с виконтом Травиньи. Есть у меня некоторые сомнения в его компетентности. Да и не только у меня. Перед моим отъездом Абель выразил беспокойство по поводу стремительно ухудшающихся отношений Ровении и Объединенного королевства. С конца войны прошло не так много времени, а мы уже обоюдно разорвали несколько важных торговых сделок.

Я с удивлением вскинула брови.

— Хочешь сказать, что он выступает против укрепления союза?

— Да, — Даниэль внимательно посмотрел на меня. — Но это не значит, что он действует строго по указке Алибарди. Там и без него все шатко, а многие аристократы в стране недовольны внешней политикой Абеля, особенно в отношении Ровении. Уж очень она большая угроза для нас.