Фея из библиотеки

Глава 16. Разговоры, разговоры

- Ты зачем ложку утащил? – укорила я нахальную птицу. – Если б не вмешался, я б точно с той псиной справилась!

Генрих смерил меня взглядом с ног до головы (так ему было удобнее по причине малого роста, однако ощущение всё равно оказалось не из приятных!) и хрипло подытожил:

- Дур-р-рёха! По хор-р-рошемуу прр-р-редупреждали!

- Сам такой! – огрызнулась я. – Ишь, моду взял, критиковать!

А потом что-то такое сложилось у меня в голове, и я подозрительно глянула на ворона.

- Так вы что, заодно?! Ах ты, мелкий ренегат! – и я, быстро подобрав ложку, замахнулась на коварного птаха… всё-таки сумкой, передумав в самый последний момент. Ложка, по-видимому, является оружием, а за вредность не убивают. К тому же мы, феи, в принципе пацифистки. Если, конечно, не злить…

Ворон с карканьем взлетел на ближайшую яблоню, а я деловито прошествовала в дом.

- Леночка вернулась! Да в обновках, вы смотрите! – обрадовалась мне бабушка Маша, отрываясь от своего занятия. – Сейчас ужинать будем, а ты мне расскажешь, как день прошёл, какие впечатления. А то я под старость совсем домоседкой стала, никуда не хожу, ничего не знаю!

- Ой, а что это? – я подошла поближе к столу, изучая расклад. – Пасьянс?

Бабушка усмехнулась, глядя на меня поверх очков.

- Грешна, балуюсь иногда. Вот, решила «Могилу Наполеона» раскинуть, а он не сходится.

- И что это значит? – поинтересовалась я, разглядывая карты. Вместо ответа старушка перемешала все карты и решительно поднялась из-за стола. Я вспомнила о важном и полезла в сумку, торжественно извлекая новенькие купюры.

- Вот! Это за проживание и стол, за месяц! Хватит?

Старушка приняла деньги, отсчитала половину, остальное вернула мне:

- Вот так хорошо будет. Денежки тебе пригодятся ещё. А мне много не надо, мне живой человек – только в радость. А то и поговорить не с кем. Одна я. Разве что Наваррский прилетает навестить…Но с ним особо не поговоришь.

- Как бы не… - начала я и запнулась, сообразив, что едва не призналась, что понимаю язык птиц. – Как бы мне хотелось выразить вам свою признательность! – выкрутилась я, бодро закончив фразу.

- На ужин картошка с грибами. Будешь? – донеслось с кухни.

- Буду! – отозвалась я. Все перипетии долгого дня остались где-то позади, и вскоре я уже радостно уплетала жареную до румяной корочки картошку с бабушкиного огорода, накалывая на вилку ускользающие солёные грибочки. Так вкусно мне не было даже на пиру в честь Праздника Летнего Солнцестояния, а готовят в Школе Фей ой как вкусно. Точнее, готовили. С запоздалым сожалением я поняла, что, скорее всего, больше никогда не увижу ни саму Школу, ни своих однокурсниц, ни учителей… Чтобы отвлечься от печальных размышлений, я принялась рассказывать о том, что мне поручили набирать читательскую базу, а потом пообещали назначить руководителем молодёжного объединения! Об инциденте с флешкой, Безликом и встрече с адским пёсиком я, естественно, умолчала, хотя очень хотелось выложить всё-всё и попросить совета.

- Ну, что ж, доброе дело, - констатировала бабушка Маша, внимательно разглядывая меня. – А справишься с ребятишками-то? Озорные они стали, да и не читают совсем. Я-то совсем в другое время работала. Тогда книга в каждой семье в чести была, а малышам родители сказки читали… - и старушка тяжело вздохнула.

- Справлюсь! – лихо ответила я и, в свою очередь, пустилась в расспросы.

- Баб Маш, вы же в школе работали? Наверняка и тех, кто в библиотеке работает, учили?

- Не всех, - покачала головой старушка. – Директриса, Глафира которая, так она приезжая, и та, что методическим отделом сейчас заведует – тоже. Про них и в городе почти ничего не известно, кто, откуда… А вот Маргариту я учила. Сама удивилась, когда узнала, где она теперь работает.

- Это отчего же? – навострила я уши. Бабушка Маша покачала головой:

- Да никогда она читать не любила, чаще у подружек списывала, а тут нате вам! А с Васей наоборот вышло….

- Вася – это кто? – тут же уточнила я.

- Сейчас-то он сторожем при библиотеке, - вздохнула бабушка, погружаясь в воспоминания. – А раньше такой способный мальчишка был! Сочинения писал – зачитаешься, стихи какие сочинял! И добился весь своего, выучился на журналиста, в газете местной работал. Как подменили человека, случается же такое… - бабушка Маша замолчала так внезапно, словно решила, что сказала лишнее. Жаль, я только понадеялась разузнать побольше про библиотеку и её обитателей.

С молчаливого одобрения хозяйки я убрала со стола, перемыла посуду и только задумалась, чем бы ещё заняться, как меня неудержимо потянуло в сон. Заметив, как я отчаянно зеваю, старушка улыбнулась:

- Видать, городская ты, к нашему воздуху непривычная. У нас вроде тоже город, только сама видишь, деревня деревней, и дома деревянные, и сады у всех. Ты не майся, а ложись да поспи, - напутствовала она меня.