Фиалка с шипами для дракона

Глава 20. В кругу друзей.

Платформа дрожала, как живое существо, пробужденное гневом. В трещинах разгорались нитевидные проблески поля – оно восстанавливалось, медленно, но неотвратимо. Тиэрра обернулась – в шахте стоял низкий гул, который пробирал до дрожи.

– Мы не сможем ничего сейчас сделать! Оно все равно восстановится! Уходим! – крикнула она, подхватывая сумку с инструментами. – Сейчас же!

Подбежавшие Кайла и Борен уже подхватили Тарвена под руки – он был тяжелым, ноги подгибались, а кожа стала почти прозрачной. Лицо – белое, как мел. Глаза периодически закрывались, кашель раздирал горло. Складывалось ощущение, что он разом лишился всех своих сил. Тело – практически неподвижное.

– Он не сможет! – бросила Кайла.

– Сможет! – резко ответила Тиэрра, – Понесем его!

Варрик прикрывал отход, обрушивая на приближающиеся кабели искажающие заряды. Они рвались к ним, словно черные корни, но после удара искрами скручивались и обугливались. Шум восстанавливающегося эмиттера нарастал.

Тиэрра на мгновение задержалась у разрушенного блока технокристаллов. Металл был горяч, кристаллы потрескались, и от них шел слабый, болезненный свет. Она быстро провела ладонью над панелью, вызывая артефактную запись. Схема ожила в ее браслете – данные о напряжении, частоте, структуре связей.

– Что ты творишь?! – рявкнул Борен.

– Забираю доказательства, что он уязвим! – отрезала она и сорвала браслет с креплений.

Гул стал глубже. Камень под ногами треснул.

– Все! – Варрик развернулся и толкнул ее к выходу.

Они рванули в тоннель. Далеко позади что-то взорвалось, осыпав их дождем пыли. Поле восстанавливалось, но они уходили с важнейшими данными: уязвимость была найдена, и теперь оставалось только вернуться и добить эмиттер в следующий раз.

Холод каменного тоннеля постепенно сменялся ровным, чуть влажным воздухом верхних ярусов. Путь предстоял неблизкий. Надо было добраться пешком до камнеходов. Все были крайне истощены после ментальных атак, эмиттера, тяжелого подъема из шахт. Воздуха не хватало. Тиэрра не спускала глаз с Тарва и молила Энарию позволить донести его живым. Да, она предотвратила попадание некроза в его Искру, но состояние все равно было плачевным – его сильно задело. На восстановление Эфира нужно время, нужны Поля, чтобы подпитаться. Здесь, на краю мира, это невозможно.

Почему-то прошлое стало вдруг неважным – все их ссоры, предубеждения, острые взгляды… Только одно имело значение сейчас – Тарв мог умереть. И остальное отступало под весом этого дикого осознания, отдающегося неконтролируемым страхом во всем теле.

Тиэрру трясло от этого страха. От того, что этот внезапный поцелуй мог стать единственным.

Нет.

Двигались максимально быстро. Камни, небольшие ущелья, подъемы и спуски – все нипочем. Ни одной секунды на отдых или даже короткую передышку.

Только дойти-дойти-дойти.

Тарвен был горячим, как раскаленный металл. Варрик и Борен несли его поочередно, но даже их сил едва хватало. Его глаза иногда открывались, блуждали, будто он видел что-то за гранью тоннеля, потом снова закрывались.

Тиэрра шла рядом, не отрывая взгляда. Каждое его движение отзывалось в ней тянущей болью.

Она опустилась на колени, когда они сделали минутный привал, чтобы проверить карты. Вынула из сумки небольшой флакон – густая янтарная жидкость с легким свечением. Смочила ткань, осторожно приложила к ожогу на его груди. Некроз был заперт внутри, но не распространялся. Организм сам должен был преодолеть это – иначе никак.

– Вот так… немного… – шептала она, проводя пальцами по его коже. Из-под ее ладоней струился мягкий фиолетовый свет, смешанный с искрами их Знаков. – Это подействует. Обязательно. Ты не умрешь. Обещаю тебе. Ну же, посмотри на меня.

Он тихо застонал, чуть повернув голову в ее сторону.

– Тиэ… – губы едва шевельнулись.

– Я здесь, Тарв. – Она наклонилась ближе. – Слышу тебя.

Знак на ее коже сиял ровно, без рывков. Это значило, что его состояние стабилизируется. Она осторожно приложила к его лбу еще один компресс, погладила его по волосам.

Такие новые для нее жесты почему-то казались привычными, будто ее руки знали, что и как делать.

Она не догадывалась, что в полубреду Тарвен видит ее драконицу. Шикарную, фиолетовую, изящную. И не может отделаться от этих видений – каждый миг – взмах ее роскошных крыльев, пламя, сила, страсть. И это не было влиянием Знаков. Это было каким-то простым мужским восхищением женщиной. Во всех ее ипостасях.

Когда отряд снова поднялся в путь, между ними повисла странная тишина. Они не говорили о том, что произошло на платформе. О поцелуе. Даже намеками, даже взглядами между собой. Не сейчас – может потому, что вокруг были другие, или потому, что оба не знали, что с этим делать.

Кайла, глядя, как Тиэрра неотрывно следит за состоянием Тарвена, прищурилась, но ничего не сказала. Борен пару раз окинул их обоих внимательным, слишком понимающим взглядом, и так же промолчал. Варрик вообще шел впереди, будто не слышал и не видел.

Они двигались практически перебежками, пока камнеходы, наконец, не показались впереди, мерцая своими огнями в темноте. Тиэрра еще раз посмотрела на Тарвена – он дышал ровно, хоть и оставался бледным. Некроз его не взял.

Главнокомандующего пришлось закреплять в седле с помощью магии. Тиэ позаботилась о том, чтобы ему было максимально удобно, обложила со всех сторон стабилизаторами, обновила повязки и компрессы.

С транспортом стало проще. Уже к утру они, уставшие до дрожи, подошли к столице.

Ворота Аэстора были раскрыты настежь, стража стояла в два ряда. Камнеходы въехали на пустую площадь. Хорошо, что рано, и что никто не видит их вот такими…

Но вдруг…

– Тарв! Тарв!

Естественно, Главе Совета доложили о возвращении, но никто не предполагал, что он будет здесь в такой час.

Раэльгар был первым, кто шагнул из-за угла, за ним – Эллира. На их лицах смешались облегчение и тревога.