Фиалка с шипами для дракона

Глава 32. Симфония света.

Главный Зал Академии в этот день был не просто украшен – он превратился в сияющий сад, где кристаллы переплетались с живыми цветами. На мраморных колоннах струились гирлянды светящихся бутонов, излучавших мягкое золотистое сияние.

Вдоль дорожки, ведущей от массивных дверей к арке из кристаллов и цветущих лоз, уже выстроились гости. Среди них – преподаватели и студенты Академии, воины и простые жители Аэстора, которые восприняли с восторгом новость о женитьбе их героев. Каждый был одет в лучшее, но все внимание было приковано к главному – к дверям, за которыми должна была появиться невеста.

Тарвен стоял у арки в парадном мундире из коричневого бархата. Золотое шитье на плечах и груди изображало дракона, обвивающего меч – древний символ отваги и защиты. Под легким движением он словно оживал в свете кристаллов. Рукава были скроены так, чтобы был виден фиолетовый Знак Истинности. Легкая улыбка играла на его губах, но в глубине глаз горел нетерпеливый, почти мальчишеский огонь и волнение.

Раэльгар, стоявший неподалеку, наклонился и тихо сказал:

– Ты слишком серьезен. Это свадьба, а не допрос… – в точности повторил он слова Тарвена, который тот произнес на свадьбе Раэльгара, – Я тогда обещал припомнить это на твоей свадьбе. Держу слово, друг.

Тарвен ответил ему очень красноречивым взглядом, однако и сам знал – в груди все гулко билось, как перед прыжком с высоты.

Тишина в зале стала почти осязаемой, когда распахнулись створки. На пороге, в сиянии утреннего света, появилась Тиэрра.

Платье, словно сотканное капельками росы, из тончайшего белого шелка мягко облегало ее фигуру. На ткани витиевато извивались вышитые фиолетовые драконы – символ Академии – их крылья и хвосты были тонко проработаны серебряной нитью, так что при каждом шаге узор оживал. В шелк были вплетены крошечные аметисты, и они мерцали, казалось, всеми оттенками лилового. Легкая полупрозрачная накидка спадала вниз мягкими волнами, прикрывая плечи. На ногах – простые легкие туфельки, почти невесомые, с фиолетовым оттенком.

И, конечно, яркий, заметный всем из любого уголка зала – Знак Истинности на запястье.

Волосы Тиэрры были уложены так, что теплые светлые пряди переплетались с фиолетовыми, словно отголосок ее сущности. Часть локонов была собрана в изящный пучок, украшенный гребнем из аметистов и серебра, а остальные спускались мягкими волнами.

Ее лицо светилось – не только от легкого румянца, но и от того внутреннего тепла, которое шло из глубины души. На губах играла легкая улыбка, но в глазах все же была тень волнения.

За ее спиной, в проеме, колыхался свет, переливающийся на кристаллах. И пока Тиэрра стояла в дверях, зал затаил дыхание. Несколько цветов из гирлянд дрогнули, будто сами тянулись к ней.

Тарвен не мог оторвать взгляда. Он видел в ней все сразу – ту, с кем делил битвы и тайны, ту, что жертвовала собой в моменты опасности ради чужих жизней, и ту, что сейчас, в белом свете, выглядела словно Чистый Эфир, воплощенный в человеческом облике.

Она еще не сделала ни шага вперед, а он уже знал – этот момент останется с ним на всю жизнь.

Тиэрра еще несколько секунд неподвижно стояла в дверях, и первые шаги по дорожке дались ей словно во сне. Шелк платья едва шуршал при каждом движении, а легкий аромат цветов из кристального сада смешивался с терпким запахом артефактных ламп.

Слева от нее Эвелин – дочь Раэльгара и Эллиры – темная прядь волос упрямо выбивалась из идеальной прически, но девочка светилась от гордости. Она аккуратно держала подол платья, чтобы тот не зацепился за резьбу на полу. Каждый шаг девочки был точен, и в ее глазах плескалось едва скрываемое счастье, как будто она сопровождала великую героиню из легенды.

Справа шел Иллар, ее брат-близнец – чуть серьезнее, чем обычно. На его ладонях покоилась маленькая подушка, обтянутая темно-фиолетовым бархатом, на которой лежали два брачных браслета. Он шел с такой сосредоточенностью, будто нес древнейший артефакт мира, и даже дышал осторожно.

Зал не издавал ни звука – только тихий звон подвесов из аметистов, отзывавшихся на каждое ее движение. Тиэрра чувствовала, как сердце бьется в такт ее шагам.

У алтаря, под сияющей аркой из кристаллов, стоял Тарвен. Его взгляд был неподвижен, но в нем горела сила, от которой у нее перехватывало дыхание. И с каждым шагом он становился ближе, отчетливее, роднее.

Когда она подошла к началу арки, Эвелин сделала легкий реверанс и отпустила подол. Иллар передал подушку Раэльгару, стоящему между ними.

Раэль был облачен в длинную мантию глубокого синего цвета с золотыми нашивками в виде крыльев. Его голос, когда он начал обряд, был одновременно официальным и теплым: он говорил не только как хранитель традиций и Глава Совета, но и как близкий друг:

– Сегодня мы становимся свидетелями союза двух сердец, двух судеб, соединенных Знаком Истинности и испытанных войной и временем. Здесь, перед лицом Энарии, Эфира и наших собратьев, мы скрепляем клятву, которая превыше всех договоров и законов.

Он перевел взгляд с Тарвена на Тиэрру и обратно:

– Пусть ваши пути отныне будут одним путем, а ваши силы – одной силой.

Раэльгар сделал легкий шаг назад, давая им пространство. Тарвен, не отводя взгляда, протянул руки к Тиэрре, и она вложила свои ладони в его.

Его голос прозвучал низко, но в тишине зала каждое слово отзывалось эхом:

– Клянусь драконьей честью и Знаком Истинности: быть твоей скалой, твоим щитом и верным спутником на всех путях, пока светит Эфир.

Он говорил без единой заминки, словно эти слова давно были выжжены в его душе.

Тиэрра глубоко вдохнула, глядя в его глаза, и ответила:

– Клянусь знанием и Знаком Истинности: быть твоим светом в сомнениях, твоей силой в усталости и любящим сердцем – навеки.

В этот миг их Знаки вспыхнули, ослепительно озарив зал. От сияния кристаллы на арке запели, издавая тихий, гармоничный звук, похожий на далекий хор.

Раэльгар поднял руки, благословляя, и произнес: