Фианит в оправе диадемы

Глава 4. И роза склонит голову

У Эмилии шла кругом голова. Гамма, скрипичный ключ, основы композиции, вышивка шёлковыми нитями, а во время рукоделия непременно стихи и философия. И львиная доля всего этого не закрепилась в памяти! Она уступала место всяким бесполезным вещам, таким нужным для прошлой жизни Эми.

Мадам Розетта де Сарон поджимала губы. Вокруг её рта появились бороздки морщин, что выдавали её возраст получше седины волос.

— Ещё раз! Титулы имеют огромное значение, а ты не способна выучить и парочку имён.

Эмилия с широко раскрытыми глазами смотрела на прут в руках Розетты и оттягивала рукава рубахи, пряча запястья. Когда уроки не были выучены к следующему дню, знания буквально вбивали с болью.

— Среднее дворянство состоит из графов — они правители графств, собирают налоги и войско в случае нужды. — Эмилия старательно загибала пальцы, припоминая детали дерева власти. Все бесконечные фамилии у неё не осели, так что этот момент она старательно пыталась избегать. — Виконта — он замещает графа или правит вверенной частью графства. Барона — это вассал короля или герцога.

Вот уже несколько недель Эмилия была под надзором строгой мадам Розетты. Её белые одеяния говорили о трауре, но для рыжей девчонки это не было объяснением, почему она такая грымза. Гувернантка прибыла на следующий день в Охотничий домик, а месье Готье поспешно уехал. И теперь Эмилии казалось, что всё из-за невыносимого характера этой женщины.

— К высшей знати относят маркизов — они управляют пограничной территорией, а в мирное время по статусу идут сразу после герцогов. Принцы и принцессы крови. Герцоги — правители крупной области. И затем уже идёт король.

Старая женщина пару раз кивнула, соглашаясь. Для этикета и внутреннего церемониала эта информация была такой же неотъемлемой частью, что и умение правильно вести себя за столом. Если хозяйка посадит рядом принца крови и графа, это могло грозить политическим скандалом. Как держать себя, кому улыбаться и кого предпочитать в разговоре. У женщин оружием служили знания, хитрость и веер, а не мечи.

— И как нужно обращаться к королю, если он тебя спросит?

— Ваше Высоч…

Раздался свист, а после хлёсткий удар прутом по столу. Эмилия зажмурилась и прижала подбородок к ключицам. Боль не пришла следом, зато сразу стало понятно, что ответ неверный. Мадам Розетт говорила, что лучше будут болеть руки, чем палач-недоучка не сможет отсечь голову одним ударом. И Эми согласно кивала, но оба предложенных варианта ей одинаково не нравились… Хотя нет, палач всё же перевешивал.

— Ваше Величество! — Девушка опустила взгляд в пол и слегка наклонила голову, делая глубокий почтительный придворный реверанс, едва касаясь коленом пола. Всё ещё не идеальный, Эмилия опасно качнулась, но удержалась в таком положении на пару секунд. Начало было положено.

Мадам де Сарон обошла свою воспитанницу вокруг. Она надавила на спину, заставляя выпрямиться, а голову опустить.

Когда герцог де Шатрон сообщил, что из кухонной девки нужно за пару месяцев воспитать придворную даму, способную не запятнать свою честь и поддерживать высокосветские разговоры на балах, Розетта желала отказаться от подобной сумасшедшей авантюры. Ни одна гувернантка не смогла бы совершить Чудо и за пару месяцев вложить в эту маленькую рыжую головку всё то, что иные мадемуазели изучали десятилетиями. Даже так и заявила, что нужно искать послушницу Богини или безумца, чтобы подобное провернуть. И если бы не личная просьба Готье, мадам оставалась бы в своём особняке, чтобы продолжать свой Вечный Траур по мужу. А может совсем ушла бы в монастырь. И служанки бы вздыхали, как нелегка доля мадам Розетты…

— Хорошо. Теперь я, допустим, графиня Ортийская, хочу завести с тобой речь о новой забаве — недавнем оперном представлении. Я нахожу, что оно было невероятно захватывающим, но баритон в третьем акте несколько фальшивил. Что ты мне скажешь?

У Эмилии опустились плечи. Она отвела взгляд в сторону и изобразила на лице такую тоску и уныние, что продолжать разговор и не хотелось. И это именно то, чему мадам Розетта обучала. У неё был трезвый взгляд на воспитание, образование и ум своей новой воспитанницы. И гораздо проще ей было показать, как всем видом демонстрировать тем, кто ниже по статусу, что тема разговора не увлекает собеседника, чем обучать красивым формулировкам для жонглирования пустыми фразами. Но подобные меры нужны были лишь для начала, чтобы не оплошать из-за нехватки времени на обучение.

Рыжая девица не была подарком. Определённо. За тот короткий срок, что был у мадам Розетты для воспитания, можно было лишь замаскировать самые явные нарушения приличий. С этого женщина и начала.

На границе слуха и воображения раздался высокий звон колокольчика. Слишком коротко, женщины могли принять его за фантазию. Но мадам де Сарон не готова была упускать ни малейшую возможность усвоения материала.

— Ужин подан, мадемуазель. Прошу в столовую.

Широкий жест рукой, и Эмилия уже знала, что он означал. Девушка вскинула голову и направилась к выходу. Подъюбники шуршали, а невысокие каблуки, что раньше носили лишь кавалеристы для упора ноги, звонко стучали по доскам, подпевая тяжёлому девичьему шагу. Ни одежда, ни обувь не были привычны: носки слишком узкие, они сжимали пальцы до кровавых мозолей, а корсет сдавливал рёбра. Так ещё и…

— Ты ходишь как корова на выпасе, — недовольный голос раздался со спины.

На секунду Эмилия закрыла глаза и выдохнула. Будет слишком просто остановиться сейчас! Тем более, уже несколько раз она замечала, что своё слово странный месье Готье держит. Мадам Розетта в первую очередь сняла с неё мерки. И эти туфли чего только стоили! Ходить было ужасно неудобно, но позволяло Эми почувствовать себя фарфоровой статуэткой. Изысканная мадемуазель, на которую лишний раз дышать нельзя.

Приходилось двигаться осторожно: сначала пятка касалась земли, потом стопа перекатывалась на носок, не наоборот. Эмилия хмурилась, ей казалось это непривычным. Неправильным! Хорошая подошва позволяла забыть об острых камешках и палках, встречающихся на пути, но долгое ношение менее плотной обуви порождало свои причуды. Но что делать с бёдрами? Как перестать покачивать ими при ходьбе, если это заложено самой Богиней?