Fifty days with Severus Snape

День 28. Кто тебя послал разыскать меня?

— Поттер! — Снегг не мог угнаться за Гарри, выскочившим из Хижины и, сметая все на своем пути, бросившимся в Хогвартс. — Стой!

Гарри не обернулся. Он злился, что снова позволил сделать из себя посмешище. Зачем он вообще, мать его, в это ввязался? Чтобы, теперь, когда начал чувствовать, что влюбляется в Снегга (Дементор, высоси его душу), тот всё испортил?! Конечно, Северусу Снеггу плевать на всех, кроме себя самого. Так было, есть и будет.

— Это приказ! — Снегг начал рыться по карманам в поисках волшебной палочки и тут до него дошло, что Поттер забрал её с собой. Черт бы его. — Ты меня слышал?

Мальчишка несся напролом, даже не обращая внимания на то, что Гремучая ива оживилась и принялась швыряться в наглеца колючками, которые вырастали у неё, несмотря на то, что студенты и преподаватели старались их ликвидировать каждую весну.

Снегг сплюнул, поняв, что сейчас им бесполезно разговаривать — не поймут друг друга. А им этого и так за глаза хватает. Между прочим, до недавнего времени, Северус вообще отказывался верить в то, что сможет когда-нибудь понять и начать прислушиваться к сыночку Джеймса-оленя-Поттера.

— Профессор Снегг! — голоса показались зельевару слишком знакомыми. Северус обернулся и увидел, что старенький и потрепанный тот самый «Фордовый Форд» семейства Уизли стоит у него под носом. Фары резнули по глазам. Из машины вылезли сразу все члены семьи Артура и несколько мракоборцев. Близнецы, Перси, Чарли, Рональд, Билл и Грейнджер. Да.

Куда без неё, черт возьми.

Никуда.

— Просто прекрасно.

— Вы что-то сказали, профессор? — пареньки окружили Снегга и он не знал, на кого смотреть. От рыжих шевелюр зарябило в глазах. Накатила усталость и апатия. — Сэр?

Снегг скривил губы в усмешке. По виду, эти ребята пока ничего не знали о том, что случилось, но примчались, повинуясь «шестому чувству», а именно Грейнджер. Снегг не сомневался в этом.

— Где Гарри? — опять тот же тон и презрение во взгляде. А может, это просто растерянность? Северус не знал, что точно на уме у близнецов, но никогда не хотел бы повернуться к ним спиной. Однако с младшим Рональдом всё было проще. — Что вы молчите?

— Мистер Уизли, — выплюнул Снегг, обращаясь к Рону. — Советую сперва поздороваться и объяснить, какого черта вы здесь делаете?

— Где наш отец?

— В палате. В безопасности. Но не в сознании, — отрывисто проговорил Северус. — Довольны?

— Что с ним?

— Господа, — зельевар заметил, что волшебные палочки близнецов направлены на него. — Не будем горячиться, верно?

— Что с Гарри? — Гермиона тоже подала голосок.

— Всё в порядке, мисс Грейнджер, с вашим Поттером, — отвечать ей хотелось меньше всего.

— А где наша мать? — Билл подошёл самый последний и робко посмотрел на Снегга. — Сэр? Она должна быть здесь. С ней всё…

— Боюсь, что это не так…

— А как? — выпучил глаза Рон.

— Будет лучше, если мы уберемся с видного места.

Северус мысленно чертыхнулся и выругал Дамблдора. Из-за его воздушных экспериментов и барьеров не там, где нужно, на территорию Хогвартса вполне мог залететь кто угодно. И это не смотря на заклинание.

Просто черт возьми!

Северус шел в Хогвартс с большим таким рыжим хвостом сзади. И слушал, как тихо переговариваются Рон и Гермиона. Они, оказывается, так переживали за Поттера, что даже забыли напрочь о безопасности и конспирации.

Придурки.

— Значит, это правда? — произнес дрожащим голосом Рон, чуть погодя, услышав весь рассказ от Северуса и Тонкс. — Мою мать убили, а сестру похитили… да и отец в состоянии нестояния…

— Рон, ты только не нервничай. — Гермиона подошла сзади и аккуратно положила ладошку на его плечо. — Гарри справится. Он же…

— Чего?! Он прошляпил всё свои шансы! Ты его вообще видишь здесь? — юноша почти орал. — Почему он сбежал? Хочешь, скажу?

— Рон!

— Лучше бы помолчала, — фыркнул рыжий Грифиндорец, отмахиваясь. — Защищаешь его грудью, а он никого защитить не смог!

— Силы были неравны. — Гарри появился в дверном проеме. — Осмелюсь заметить, про Джинни я вообще ни сном, ни духом не знал. Она молчала!

— Да, конечно, — ухмыльнулся Рон. — Героям же не до этого.

— Давайте вы обсудите свои проблемы позже, — встрял Снегг. — Или всё дело только в том, насколько Поттер соответствует статусу «Избранного»?

— Откуда вы всё узнали? — Гарри обратился к Гермионе.

— Молли Уизли сообщила, что волнуется за Джинни ещё когда мы собирались на зимние каникулы. Оказывается, Амбридж взяла её в оборот…

— Гарри, ответь мне на один вопрос, — Рональда невозможно было перебивать или попробовать заткнуть. — Вы встречались с Джинни год, и ты не стал обращать даже внимания на её перемены в поведении? Нарочно? Ты ходил как олух, вечно занятый своими делами и не помог, когда ей нужна была помощь? Так?

— Слушай, я…

Гарри не знал, что хочет сказать. Врать в глаза Уизли он не смог бы, а говорить, что ему на самом деле дела до Джинни не было и нет — нельзя.

— И почему моя мать полезла защищать именно тебя в то время, когда у неё и так шестеро родных детей? — вопрос, не адресованный именно Гарри, но посланный с таким презрением, что Поттер опустил глаза и слабо кивнул. — Наверное, это святая вера в пророчество и в Дамблдора… Но знаешь, защитничек его чести, почему ты до сих пор не прикончил этого человека, что стоит сейчас рядом с тобой?