Fifty days with Severus Snape

День 35. Мне море снится...

Принципы устарели, как плееры для CD.
Всегда есть куда расти, от пелёнок и до седин.
Всегда найдется тот, кто сдвинет с места, где ты не сиди.
Если ты начал, не значит, что дойдёшь до конца пути…

Поднимай глаза, облака – ориентир.
Без любви нельзя, она греет изнутри
Тебя и меня – параллельные миры,
Обогнём эту планету даже на своих двоих.

Джек-пот, шанс один на миллион.
Бери своё по праву или насладись нулём.
Не заливай вину вином – она никуда не уйдёт.
Нам нужно лечить болезнь, а мы ищем симптом…
(Жак Энтони)

- Алохомора! 

Гарри первым толкнул двери. Гермиона пыталась ему сказать, что не стоит быть таким неосторожным, но Поттер с каким-то остервенением и злобой посмотрел на неё, что Грейнджер лишь тихо кивнула. Этот дом был ещё хуже на вид, чем неубранный и старый дом Сириуса. 

- Странно, Гарри, что других защитных заклинаний нет, – тихо вставила Гермиона. 

- Чем проще спрятано, тем сложнее найти, – шепнул Поттер. 

- Мне кажется, или тут пахнет гнилью? – прошептал следом за другом Рон. – Может, крысы дохнут или где-то недалеко кота переехало грузовиком? 

Ребята оказались в небольшой комнате с развалившимся камином и старыми, покрытыми плесенью, занавесками. Гермиона всё время держалась за рукав гарриной рубашки. Рон осторожно шагнул ещё подальше. 

- Здесь есть кто-нибудь? 

Гарри услышал только собственный голос. Гермиона посмотрела на него с некоторым сомнением. Затем оба тронули за плечо Рона, едва не доведя беднягу до приступа. 

- Нужно осмотреться, – проговорил Гарри. – Давайте: вы – наверх, а – тут. 

- Ты думаешь, что это хорошая идея? – уточняюще произнёс Рональд. – Гарри, не забывай, где мы находимся и что нам нужно. 

Сзади быстро мелькнула чья-то тень. Ребята резко обернулись. 

- Чёрт, – выругался Уизли. – Мне кажется, что нам уже пора найти хозяина этого места. Если Кикимер не обманул, то мы сейчас действительно увидим этого загадочного РАБа. 

Двигаться решили не разделяясь. По предложению Гермионы. В одной из дальних комнат обнаружились следы пребывания человека: на стульях не лежало слоя пыли и копоти. Одна часть дома почти полностью выгорела. Гарри подошёл к шатающемуся залитому какой-то странно-пахнущей жидкостью столу. 

- Смотрите, – он с радостью продемонстрировал друзьям толстый ежедневник. – Чернила в баночке ещё свежие. Может, мы сможем вычитать что-нибудь предельно важное?

- Гарри, не надо, – покачала головой Гермиона. – Ты же не знаешь, что это за дневник. Опять захотелось вызвать какого-нибудь Василиска?

- Нашла, что вспомнить! – Рон скривился. Он и сам слишком отчетливо вспомнил их приключения на втором курсе, и свою сестру, которая найдя такой же дневник, на первый взгляд безобидный, едва уцелела. – Давайте просто покричим – появится, может?

- Кто, Рон? – скептически усмехнулся Гарри. – Санта-Клаус? 

- Хотя бы, – кисло улыбнулся в ответ Рональд. – А вообще, если ты уж собрался читать это, то будь так добр, вслух. 

Гарри открыл ежедневник. И на первом форзаце прочёл:

«Записывайте даже глупые мысли. Они имеют свойство становится мудрее со временем…»

- Прелестная цитатка, – сказал Рон. – Ради этого мы проделали такой путь?

- А что ещё написано? – Гермиона с любопытством начала коситься на дневник. 

- Первая запись датируется «5 октября 1977 года», – сказал Гарри. – Это единственная страница, похоже, где указано место и время. Полночь. Полнолуние. Пещера возле океана, где мы были с Дамблдором… 

- Серьёзно? – Гермиона тоже осмелилась взять дневник и пролистать его. – Это же дата создания Крестража-подделки. 

«Брат, мне море снится, чёрных волн напевы. 
Меня так ранит этот шум, с ума сводящий,
Я вижу чайку, что в волну упала, и вот теперь 
Ночные гости ходят чаще…
А мне становится страшно. 
Прости, брат, ошибки горечь,
Скажи всем за меня «Спасибо»,
Я знаю, что ты – отважный. 
Я не задергиваю портьеры,
Чтобы остался в сердце горящем 
Уголёк чьей-нибудь жалкой веры,
Альбатросом в небе парящим…»

- Поэт, блин, – Рона сложно вдохновить на познание чего-нибудь прекрасного, как знает Гермиона, поэтому она просто замолкает, когда дочитывает стихотворение. – И я так смогу, если покормить вдоволь и…

- «Сегодня я видел Сириуса на площади Гриммо. Мы давно не общаемся, но всё-таки я хотел бы подойти первым. Однако узнать, что он всё же вошёл в стайку недоумков из ОФ, было для меня новостью куда как шокирующей…»

- Это всё о Сириусе, – догадался Гарри, принявшись радостно листать дневник. – Выходит, что история с предательством Регулуса была не такой и правдивой? Наверное, он сожалел о своём решении прислуживать Лорду. 

- Да, здесь чувствуется внутренний конфликт… 

- Скорее уж внешний, – перебил Гермиону Уизли. 

- Что ты имеешь в виду? – Гарри уставился на друга. 

- Конечно, он «хотел подойти и попросить прощения», – передразнивает Рональд. – Знаете, я думаю, что этот дневник – попытка оправдаться. Не более. А братская ненависть никуда не давалась. 

- Что ты вообще можешь знать об этом? – нахмурился Гарри. – Мы сами без Кикимера и Луки двух шагов бы не сделали!