Фиктивная невеста для незнакомца

Глава 37

Доезжаем до города мы довольно быстро и почти не говорим по дороге. Правда, Леонид Владимирович делает несколько попыток завести разговор, но быстро понимает, что мне не до этого.

Я же всю дорогу обдумываю, что делать дальше. Ответ кажется очевидным: уезжать к матери и каяться. Ведь в городе мне больше делать нечего. И так понятно, что моим “отношениям” с Дмитрием пришёл конец. Слова Леонида Владимировича про то, чтобы Дмитрий по-настоящему женился на мне, я, конечно, не воспринимаю всерьёз. Пусть Дмитрий совсем недавно говорил мне то же самое.

В итоге прощаемся мы возле подъезда.

К счастью, ключи от квартиры Дмитрия у меня с собой. Я прохожу к лифтам под удивлённым взглядом консьержа и поднимаюсь на нужный этаж. В квартире темно и тихо. Я вздыхаю, оглядываясь и понимая, что сегодня – последний мой день здесь. Пусть с Дмитрием мы на эту тему не говорили, но я понимаю это и сама. От осознания этого сердце в груди сжимается. Но я усилием воли давлю в себе эту странную тоску и грусть.

Мы с Дмитрием не пара.

Это ведь и слепому понятно.

Я переодеваюсь, нехотя ем, немного смотрю телевизор, принимаю душ и ложусь спать. Только поспать нормально у меня не получается. Сна нет ни в одном глазу. Я кручусь, встаю попить и сходить в туалет, смотрю короткие ролики в телефоне и опять пытаюсь уснуть. И чем дольше Дмитрий не возвращается, тем сильнее я убеждаюсь, что он сейчас с ней.

“По-другому и быть не могло”, – понимаю я, игнорируя тихую боль в груди.

Между мной и ней выбор очевиден. Нужно было просто с самого начала не строить иллюзий на этот счёт.

В итоге я то засыпаю, то просыпаюсь и сплю урывками. А в одно из таких пробуждений я внезапно понимаю, что уже не одна в комнате. Я отчётливо ощущаю присутствие Дмитрия рядом. Он сидит на кровати за моей спиной, и от него отчётливо пахнет алкоголем.

– Оля, – зовёт тихо меня он, осторожно касаясь плеча. – Спишь? Нам нужно поговорить.

Я же вместо того, чтобы повернуться к нему, замираю и старательно выравниваю дыхание, притворяясь спящей. Я прекрасно понимаю, о чём будет этот разговор. Как и то, что его не избежать.

“Утром. Мы поговорим утром”, – решаю я.

Через некоторое время Дмитрий тихонько вздыхает, потом неожиданно ласково касается рукой моих волос. А вскоре я внезапно ощущаю прикосновение его губ к своей щеке.

– Жаль, что Вика всё испортила. Мы ведь могли быть уже женаты. По-настоящему женаты, – говорит неожиданно он тихо.

Я замираю, потрясённая его словами.

“Он просто пьян, – убеждаю я себя. – Утром он протрезвеет и будет считать иначе”.

На удивление Дмитрий ещё довольно долго сидит рядом со мной. Кажется, я даже засыпаю, упуская момент, когда он уходит.

Просыпаюсь же я рано.

В комнате ещё темно, а часы в телефоне показывают начало седьмого утра. В квартире тихо. Дмитрий ещё спит, что и не удивительно. А я вдруг понимаю, что это шанс для меня. Шанс собрать вещи, написать ему записку и уехать домой к матери. И тем самым избежать разговора, от которого будет неловко нам обоим. Чем дольше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь, что именно так и нужно сделать.

“Да ты просто трусиха. Так нельзя”, – шепчет мне сердце.

Пусть оно право, но в этот раз я собираюсь послушать разум. Это будет не трусливый побег, а спасение от неловкости для нас обоих.

Решив так, я встаю, быстро умываюсь, одеваюсь и собираю вещи. Незадолго до свадьбы Дмитрий окончательно разобрался с Лёшей. Так что бывший вернул мне вещи, закрыл кредит и вернул деньги за купленную для его квартиры технику. Не хочу даже думать: откуда он взял такие деньги. Возможно, для этого ему пришлось взять кредит уже на себя. А ещё Лёша записал для меня видео в мессенджере с извинениями. Правда, ужасно неискренними.

Но это уже мелочи.

Я ищу бумагу и ручку и пишу Дмитрию записку на прощание. В ней я благодарю его за всё и прощаюсь с ним. Пишу, а у самой слёзы подступают к глазам. Но я старательно гоню их прочь.

Это просто гормоны шалят.

Я же беременна.

В итоге меньше, чем через час я уже собрана. К записке я прилагаю банковскую карту, которую дал мне Дмитрий. Я не вправе оставлять её себе. Он и так сделал для меня слишком много. Да и я не заслужила этих денег, ведь выполнила лишь часть нашей сделки. Пусть всё и сорвалось не по моей вине. Также я кладу рядом ключи от квартиры. К сожалению, замки в двери тут не захлопывающиеся, но я уверена, что воры к нему за несколько часов не заберутся. В конце концов, этот дом неплохо охраняется. Потом я подхватываю сумку, в которой лишь мои старые вещи, и спешу на выход. У подъезда меня уже поджидает такси до вокзала и билет на поезд до дома уже куплен.

– Прощай. Будь счастлив, – говорю тихо я, закрывая за собой дверь.

В груди щемит от осознания, что мы больше не увидимся.

Никогда.

Какое всё-таки ужасное слово.

Может быть, однажды, когда ребёнок подрастёт, я снова вернусь в этот город. Но с Дмитрием я совершенно точно больше не встречусь.

Уже сидя в такси я бросаю ещё один последний взгляд на дом. Глупость, конечно, но подсознательно я жду, что Дмитрий выбежит из подъезда и остановит меня. Потому что я не хочу никуда уезжать.