Фиктивная Невеста Дракона

Глава 7

Аксилион

В тот день я будто бы знал, что встречу ее.

А началось все с полковника Иксунга. Мирон… Его предательства я точно не ожидал. Но заподозрил что-то неладное сразу.

Раньше, когда я вызывал его по ментальной связи, Иксунг был точно открытая книга. Его сознание – мешанина из чувства долга перед королевством, в котором он видел смысл своей жизни, любовь к сестре и забота о домашних.

Я всегда доверял Мирону именно потому, что он никогда не сопротивлялся моему ментальному вмешательству. До того дня, когда пропала Лари.

Еще тогда, в первый день подключившись к нему для того, чтобы отдать распоряжение о закрытии города на выезд, я ощутил его чувство вины и напряжение. Но тогда сбросил это на то, что бедняга корит себя за то, что сам не разглядел Алую ведьму.

Но шли дни, и Мирон пытался скрыть от меня все больше при каждом контакте. Его неумелые попытки поставить ментальные блоки смешили и раздражали меня одновременно.

Я – более древний и намного более сильный дракон. При желании я мог раздробить его сознание и сложить по осколкам историю жизни до мельчайших подробностей. Правда, после такого вмешательства от полковника осталась бы лишь бледная оболочка – тело, а потому делать я этого не собирался. Мирон мне нравился. Он был хорошим солдатом.

Окончательно подозрения оформились, когда на секунду, мгновение в его голове всплыл образ женщины. А за образом – чувство затопляющей нежности.

В другой ситуации я бы лишь порадовался за него, но сейчас – дракон поднял голову и зарычал, безошибочно опознавая «свое».

Не убить Мирона на месте, за предательство и за то, что посмел испытывать чувства к моей Лари, позволила лишь вековая выдержка.

Я отключился от него, дыхнул огнем, спалив добрую половину спальни, а на следующий день отправился в ту часть города, где находился дом Мирона.

Чутье подсказывало мне, что она объявится. Я жадно вглядывался в лица прохожих, надеясь узнать Лари, но ее не было. Знать бы, что в тот момент она была за моей спиной через стекло. Дракон привел меня к ней, а я, дурак, уже в который раз не доверился ему.

Впрочем, вскоре появившийся Мирон сдал себя с потрохами своим побелевшим лицом.

- Где? – только и спросил я, ощущая, что не сдержу оборот и разорву на части, если только посмеет юлить и врать мне.

Но Мирон через несколько секунд обреченной борьбы с собой кивнул в сторону ювелирной лавки.

Развернулся, уже забыв про полковника и лишь чувствуя, как сердце разбивается о грудную клетку в преддверии скорой встречи, как вдруг…

- Это еще что такое? – нахмурился, ощущая захват руки Мирона на своем рукаве.

- Прошу… Не наказывай ее, Акс. Она не виновата. Она лишь спасала себя.

- Я сам решу, что с ней делать, - процедил сквозь зубы, взбешенный то ли тем, что мне смеют указывать, то ли тем, что Мирон защищает ее.

- Она хороший человек. Я готов поручиться за нее! Оставь ее в моем доме под мою полную ответственность.

Это было уже слишком.

Рванул руку и оказался нос к носу то ли с подчиненным, то ли с соперником:

- Не зарывайся, Иксунг. И никогда. Никогда. Не смей мне указывать. Знай свое место.

Мирон побледнел, нахмурился, сжал губы, но смолчал.

Я кивнул на дверь, приказывая входить, и он подчинился.

А когда увидел ее…

Что-то внутри надломилось, зазвенело, глаза заслезились от невозможной красоты, а дыхание… Оно, кажется, и вовсе прекратилось.

Лари была новой, совершенной, незнакомой. Не осталось и следа от зеленой кикиморы с фиолетовыми глазами, но это определенно точно была она.

Дракон заурчал внутри, удовлетворенный тем, что видит теперь ее истинную. В своем облике. Настоящем.

Я не сразу осознал, что вокруг нас есть еще люди.

Из счастливого полузабытья вывела девчонка, сестра Иксунга.

Она удивила меня, а еще… Вызвала настороженность. Возможно, Эльва и сама не осознавала этого, но в ней было нечто древнее, темное. Я лишь утвердился в своей догадке, дав ей то, чего она желала – физический контакт. Его желала каждая Черная ведьма, ведь именно так они воздействовали на своих жертв.

Но Эльва была слишком молода, слишком не опытна. И те чары, чем бы они не были, которые она пыталась наложить на меня, лишь отскочили от шкуры дракона, разбив все магические светильники.

После взрыва магии в ювелирном салоне я убедился в двух вещах. Первое: Эльва – Черная ведьма, а второе: Мирон определенно точно влюблен в Лари.

И обе эти проблемы мне придется решить.

Я знал, что Мирон откажется приводить девушек на прием после всего произошедшего. Нужно было сыграть на самом верном – тщеславии и алчности его сестры, эти качества были присущи всем Черным ведьмам, и как на следствии – братской любви.

Для Эльвы я подобрал несколько нарядов, безошибочно полагая, что один из них она непременно захочет выгулять.

Для Лари… Я не мог забыть того, как королевский амалин оттеняет сиреневые глаза. И собирался насладиться этим зрелищем еще ни один раз.

В выборе платья для женщины есть что-то интимное. Что-то непередаваемо-восхитительное. Особенно когда видишь, как ее стройный стан овивают те ткани, которых касались мои руки.

Лари ощущала то же. Особенно когда поняла, что подарок от меня. Я видел, как румянец коснулся ее щек, и откровенно наслаждался этим. Сильнее всего в тот момент мне хотелось остаться с ней наедине. И она вдруг… Не отказала.