Фиктивная свадьба с генеральным

Глава 2

МАРИЯ

На улице уже темно, и я быстро иду домой к Лешке в общежитие по пустым тротуарам, боясь, чтобы на меня не напали, и ежась от ночной прохлады. Лето в этом году выдается уж очень мягко говоря прохладным…

В голове кружится вихрь мыслей, и я никак не могу разобраться в том, что мне делать дальше. Предложение Эдварда Максимовича кажется безумным. Как я могу выйти замуж без любви? Пусть даже это всего лишь фиктивный брак... Но с другой стороны, он обещал помочь Вадиму Игоревичу. Моему отчиму, который всегда был рядом, когда я нуждалась в поддержке. Теперь моя очередь помочь ему. Но разве это правильно — продавать себя за деньги?

Ведь это так и получается, что я продам себя, свою свободу за деньги… А я ведь встречаюсь с Лешкой. И хотя у нас еще не дошло до первой близости, но все равно я – девушка Лешки. Ну как я могу его бросить? Он ведь предложил мне жить вместе сразу как узнал, что мне негде жить…

По пути захожу в круглосуточный продуктовый магазин. Лешка наверняка голодный. Несмотря на то, что я не плачу за жилье, но за готовку отвечаю я. Я тоже голодна. Денег на карте хватает аккурат на пачку пельменей и банку сметаны. Со вздохом смотрю на запотевающий квас в холодильнике продуктового. Лешка будет ругаться, что я не купила ему пенного напитка. Но денег увы нет…

С замиранием сердца подношу карту к терминалу. Боюсь, что денег не хватит. Вчера покупала очередные лекарства для отчима, список которых мне выдал лечащий врач. Вот и боюсь, что теперь мне не хватит на необходимое.

Но нет, платеж, как ни странно проходит, и продавщица отпускает мне нетривиальный ужин. Надо было взять «бомж-пакеты», но мы и так с Лешкой их очень часто едим, и только при одном взгляде на пачки с быстро растворимой лапшой у меня сводит желудок от боли.

Прижимая к себе холодную пачку замороженных пельменей и сметану, я невольно усмехаюсь: видел бы сейчас Гранитов ту, которой еще полчаса назад предлагал стать своей, пусть и фиктивной, женой… Он небось ужинает в лучших первоклассных ресторанах, обеды ему готовит личный шеф-повар, а меню составляет личный диетолог… и тут я… еле наскребаю денег на самые дешевые пельмени по акции.

Ну умора же!

Мы с Гранитовым из разных миров. Правильно, что я отказалась. Это наверно Гранитов с горяча предложил мне фиктивный брак. А сейчас он подумает, и больше обо мне не вспомнит.

С тяжелым вздохом я поднимаюсь по выщербленным ободранным ступенькам общежития. Гранитов небось живет во дворце, где-нибудь в закрытом элитном поселке, или в пентхаусе в центре города. А я?!

Сердце тревожно стучит в груди, словно предчувствуя беду. Открываю дверь нашей с Лешкой комнаты и замираю на пороге.

Рядом с потрепанными Лешкиными кроссовками валяются женские туфли. На шпильках. На стене, поверх моей зимней куртки висит нечто розовое, в стразах. Очень дешевое по виду. А в комнате стоит запах приторных сладких духов.

Я приваливаюсь к стене, не в силах двинуться с места.

— Леша? Что здесь происходит?

На нашем единственном диване лежит незнакомая девушка, прикрываясь простыней и испуганно глядя на меня огромными глазами. Лешка вскакивает, нервно натягивая джинсы, прямо так, на голое тело, без трусов.

— Маша... Ты же должна была сегодня на работе задержаться... — бормочет он, избегая моего взгляда. – Ты же потанцевать хотела…

Замороженная пачка пельменей с грохотом падает на пошарканный линолеум. Разрывается, а пельмешки разлетаются по всей комнате.

В груди что-то обрывается. Я чувствую, как слезы начинают жечь глаза, но изо всех сил стараюсь держаться.

— Как ты мог? — шепчу я, едва сдерживая дрожь в голосе.

Леша вдруг резко меняется в лице и начинает злиться:

— А чего ты ожидала? Ты постоянно отталкиваешь меня! Я мужчина, у меня есть потребности! Ты вечно строишь из себя святую девственницу, а мне что делать? Ждать годами, пока ты решишься?!

- Я же говорила, что стану твоей после свадьбы…

Я смотрю на него и не узнаю человека, которого считала своим другом и близким человеком. Он продолжает кричать, обвиняя меня во всем, словно это я виновата в его измене.

— Хватит! — перебиваю я его твердо и спокойно, хотя внутри все разрывается от боли. — Я больше не хочу ничего слышать.

— Ну и иди куда хочешь! Только учти: уйдешь сейчас — назад не вернешься! — кричит он мне вслед.

Я молча достаю из шкафа свою сумку и начинаю складывать вещи. Руки дрожат, но я заставляю себя двигаться методично и спокойно. Лешкина любовница на диване молча наблюдает за мной, не решаясь что-либо сказать.

— Ты совершаешь ошибку! Подумай хорошенько! Куда ты пойдешь ночью? У тебя никого нет в этом городе! — продолжает злиться Лешка. – Нет денег!

Я останавливаюсь на секунду и смотрю ему прямо в глаза:

— Лучше уж одна на улице, чем с таким человеком, как ты.

А потом хватаю банку со сметаной и швыряю ему прямо в лицо.

- Ах ты тварь неблагодарная! – Лешка яростно оттирает лицо, - Не смей больше приближаться ко мне! И в мой дом больше не зайдешь! Будешь ползать на коленях – обратно не пущу!

Хлопаю дверью и выбегаю на лестничную площадку. Только оказавшись на улице, позволяю слезам свободно течь по щекам. Предательство Лешки больно ранит сердце. Я доверяла ему... Считала его другом... А он оказался таким мелочным и низким человеком.

Ноги сами несут меня обратно к фитнес-клубу. Больше идти некуда. В голове снова всплывает предложение Эдварда Максимовича.

Может быть, оно не такое уж невозможное? Может быть, это единственный шанс спасти отчима? Может быть, судьба сама толкает меня навстречу этому решению?

Он же не заставляет меня спать с ним? Нет ведь? Я просто постою рядом с ним у алтаря, и он даст мне денег. Лешка предал меня. Мне некуда идти. Да, я получаю зарплату, но абсолютно все уходит на лечение отчима. Мне даже не снять койко-место в каком-нибудь хостеле. А в свой городок тоже нельзя возвращаться. Там работы для меня практически не найти, да и к отчиму в больницу в большой город не наездиться.

Открываю дверь клуба своим ключом и захожу внутрь. Здесь тихо и пусто. Темнота успокаивает немного мое сердце. Я опускаюсь на стул за стойкой рецепшен и закрываю глаза. Слезы уже высохли, оставив после себя лишь пустоту и усталость.

Что теперь делать? Согласиться на предложение Гранитова? Стать фиктивной женой человека, которого почти не знаю? Но разве у меня есть выбор?

Я кладу голову на руки и закрываю глаза. Усталость берет свое, мысли путаются и постепенно растворяются во сне.

Последнее, о чем думаю перед тем как провалиться в забытье — это лицо красивое, мужественное лицо Эдварда Максимовича Гранитова и его слова: «Подумайте хорошенько, Мария...»