Фиктивные бывшие

Глава 4

Дни без Саши ужасны и наполнены сплошной тоской. Единственное, чем я себя отвлекаю — походами по врачам. Гинеколог подтвердил беременность, но назначил кучу анализов и консультаций у других специалистов.

Я не стала рассказывать Саше о беременности. Сейчас это абсолютно неуместно. Когда его боль от утраты чуть поутихнет, он вернется домой и обнимет меня, а я обязательно поделюсь радостной новостью.

Последние два дня мы с Сашей не созваниваемся. Он ответил мне один раз, что очень занят и больше не отвечает на звонки.

Смиренно жду, зная, как тяжело ему сейчас.

Еще через пару дней я перестаю получать ответы даже на сообщения, а когда звоню, гудки все время срываются.

Не понимаю ничего… Списываю свой мандраж и тревогу на беременность и смену гормонального фона. Игнорирую свою неприязнь и звоню Антону, надеясь, что он знает хоть какие-то новости о Саше.

— Отвали от него! Оставь его в покое и возвращайся в свой Задремучинск, откуда ты приехала! — презрительно разговаривает со мной Антон. Он и в выражениях не стесняется — добавляет парочку крепких эпитетов для меня. Впрочем, иного я не ожидала.

— Я от тебя тоже не в восторге. Но скажи, хотя бы, все ли в порядке с Сашей, прошу тебя, — меня трясет от ненависти, исходящей от лучшего друга моего любимого мужчины.

— Ты хоть знаешь, что за семья у Сани? Ты загугли. Думаешь, он женится на тебе? Вот дурочка наивная! Держит тебя как зверушку домашнюю, а ты и ведешься.

— Не смей…

— Жив он и здоров. К помолвке готовится. Не до тебя ему.

Что? Какая помолвка?

Роняю телефон на пол. И сама сползаю куда-то туда же.

Как же это невыносимо! Не может быть! Это все неправда!

Снова и снова звоню Саше, пока, наконец, на том конце мне не отвечают.

— Саш, это ты? — сквозь слезы улыбаюсь, надеясь услышать его.

— Это его мать, Виктория Ильинична, — я слышу на том конце холодный властный женский голос. — Прекрати названивать. Александру не до тебя.

— Но…

— В наших кругах принято заводить любовниц, но ты даже для этой роли не годишься. Сплошное недоразумение.

— Вы меня не знаете! — защищаюсь, сдерживая рыдания.

— Я сказала, оставь в покое моего сына! Ты безродное отребье и совершенно не подходишь ему. Он скоро женится на достойной девушке! Не порть ему жизнь!

Звонок обрывается и я, пытаясь собрать себя по крупицам, открываю браузер в телефоне и ввожу в поисковик два слова — «Бестужев Александр».

Интернет-площадки пестрят Сашиными фотографиями. Он — довольно известная личность, его отец — легендарный архитектор и инженер, а Саша продолжил дело его жизни, увеличив капиталы семьи. Его дядя руководил подразделением бизнеса в Москве.

Но самая ужасная для меня новость, что Александр Бестужев готовится связать себя узами брака с дочерью одного известного магната.

Из-за траурного события в семье Саши, свадьбу решено играть не сейчас, а летом на Побережье.

Странно, что нет ни одной совместной фотографии Саши с невестой. Но ведь это ничего не значит. Они вполне могут скрывать свою личную жизнь.

Скрывал же Саша меня?

Значит, новости о моей беременности ему точно ни к чему. Если я найду способ сказать ему об этом, это унизит меня так сильно, что я никогда себя не прощу. А в ответ получу лишь требование избавиться от ребенка.

Неосознанно глажу живот рукой, невольно защищая своего неродившегося малыша от суровой действительности.

— Ты будешь жить, мой сладкий. Мама будет бороться за тебя. Я подарю тебе счастливую жизнь, маленький. И буду любить тебя за двоих. Обещаю.

Чуть успокоившись, я собираю вещи. Надеюсь, Саша не обидится, что я заберу его чемодан. Складываю в него лишь то, что привезла с собой когда-то на отдых. У меня есть немного денег. Покупаю себе билет на поезд на завтра — последнее место где-то возле туалета на верхней полке. Не важно. Мне больше нельзя здесь оставаться.

Конечно, я втайне надеюсь, что Саша мне позвонит или, еще лучше, приедет и скажет что произошла чудовищная ошибка.

И он звонит, да.

Утром, когда я уже еду в такси до железнодорожного вокзала раздается звонок.

С надеждой отвечаю. Но его голос холоднее льда. Единственное, что он говорит мне:

— Немедленно убирайся из моего дома. Чтобы тебя не было, когда я вернусь. Иначе я себя не отвечаю.

— Не переживай. Я положила ключи в кадку с пальмой у входа. Больше тебя не побеспокою.

Сама сбрасываю вызов. С меня хватит!

Таксист сочувственно смотрит на меня через зеркало заднего вида, а я усиленно глотаю слезы.

Я запоминаю самый главный урок, преподнесенный мне Александром Бестужевым — мы одиноки по жизни. Никому не нужны, кроме самих себя и… своих детей. Мой малыш очень нуждается в маме. Я все сделаю для него! А его отец даже не достоин знакомства с ним. Как же хорошо, что я не сказала ему о ребенке!