Фиктивный брак. Настоящая семья

3.1

Руслан (около двух месяцев спустя)

Отец сидел в своем кабинете и смотрел на Руслана с той стороны стола, как это было уже не раз. Его взгляд ничего не выражал. Голубые глаза отливали серой сталью. Щетина давно превратилась аккуратную бороду, так модную сейчас в высших кругах, хотя мода – это последнее, о чём стоило думать, глядя на Виктора Александровича Верховцева. Высокий от природы, этот мужчина внушал уважение не только широкими плечами, строгими как будто вырубленными чертами лица, низким голосом, но и аурой власти. Строительный бизнес – это то место, где есть не только большие деньги, но и власть. Власть и репутация. У Виктора Александровича имелись все три атрибута. И власть. И деньги. И репутация. И внешность конечно же: тёмные с проседью волосы, голубые отливающие серым глаза, но немного сбит (лихая молодость). Устоять невозможно. Не смотря на свой возраст: сорок семь лет, Верховцев-старший следил за собой. Пусть его тело не было столь атлетичным, как тело его сына (годы всё же), но фигура оставалась спортивной и подтянутой. Что и говорить, Руслан во многом из внешности унаследовал именно от отца, хоть черты лица у него оказались мягче. Они достались от матери, но сын всегда старался брать с отца пример, чем очень нервировал Марину Геннадьевну Артемьеву, свою мать и женщину укатившую искать лучшей жизни в Англии от начинающего тогда бизнесмена Виктора, пытающегося прорваться наверх в лихие времена. С матерью Руслан общался редко. Он разочаровался в ней. Она разочаровалась в нём. У неё другая семья, у него теперь семья, особых интересов пересечения, кроме выделения средств на содержание у них не было (это скорее к отцу Руслана и его умению посылать бывшую жену).

- Долго будет длиться эта история, с девочкой? – наконец после долго молчания произнёс Виктор Александрович, откинувшись в кресле руководителя. Встреча происходила в офисе магната с прекрасным видом на город со стороны птичьего полёта. Именно сюда бизнесмен вызвал своего сына на доклад.

- Думаю, до конца её жизни, - не стал лезть за словом в карман Руслан. Пусть парню едва исполнилось двадцать пять, но за последние два месяца что-то в нём изменилось. Прежнего трепета перед отцом он не испытывал, а копировать повадки родителя парень перестал уже давно. Холодный отстранённый вид – не для него. Да и чувствовал себя Рус иначе, чем раньше.

- Вот как? – легкое удивление можно было списать на такую же лёгкую досаду. – Про родителей узнать удалось?

- А то ты не в курсе, - Руслан откинулся в кресле для посетителей напротив. Не такое удобное кресло, однако, лучше, чем у некоторых. Молодой человек решил довести роль играющего с гранатой ребёнка до конца.

- Хотелось бы узнать новости от сына. Во конце концов, девочка станет скоро частью нашей семьи, - едва заметное движение пальцами правой руки, единственное проявление эмоций.

Руслан оценил.

- Её матери только исполнилось восемнадцать, в ночь перед тем, как девочка оказалась в мешке в мусорке, девушку увезли с побоями в больницу. Она скончалась от внутренних повреждений органов. Выкинул Катю виновник смерти матери девочки – отчим. Хотя, учитывая цвет глаз малышки, можно предположить, что мужик являлся не только отчимом. – Руслан прикрыл глаза, стараясь стереть из памяти то, что увидел в разгромленной квартире в конец упившегося нелюдя. – У них глаза одного цвета.

- Наследственность не очень, - равнодушно резюмировал Виктор Александрович.

- Не сказал бы, - Руслан внутренне скривился, однако постарался сдержать эмоции. Он знал тактику отца, выводить оппонентов из себя, а затем ловко пользоваться их слабостями. – Со стороны мамы у малышки есть все шансы стать хорошим человеком. Кстати, с именем мы угадали, её правда Лиза назвала Катериной.

- Так звали покойную?

- Да.

- И вы твёрдо намерены удочерить девочку? – всё тем же равнодушным голосом.

- Документы почти готовы, Оля умудрилась организовать детскую из той пустой комнаты, что мы использовали, как склад.

- Предполагалось, что там вы поселите своих детей и укрепите союз с Авилиными, - Верховцев-старший не сдвинулся ни на йоту, но Руслан понял, что отец не одобряет решения их молодой семьи, однако принимает его.

- Считай, первый… вернее первая пошла.

- Будем считать, что мы учитесь, за одно и потренируетесь перед настоящими детьми, - легкое движение пальцами и на огромном стеклянном столе, где в строжайшем порядке расставлены стопки бумаг, канцелярские принадлежности, а на небольшом возвышении стоит навороченный монитор, загорелась небольшая сенсорная панель. Виктор Александрович нажал на пару клавиш и заговорил. – Ксения, проводи нашего гостя, аудиенция закончена.

Руслан ничего не стал говорить отцу. Возражать. Возмущаться. Он не видел смысла. Своего отца он уже давно потерял, ещё до отъезда в элитный колледж. Деньги превратили Виктора Верховцева в робота, считающего деньги. От того парня, что играл с сыном в допотопные видеоигры, чинил сам микроволновку и читал сказки на ночь маленькому Русу, ничего не осталось. Вот только Руслан Верховцев помнил того парня и забывать не собирался. Именно на него Рус и хотел быть похожим.