Фиктивный брак с боссом. Чувства под запретом

Глава 4

Демид

Двери лифта открываются, и стоит мне шагнуть на этаж своего главного офиса, как гул голосов смолкает.

— Доброе утро! — Прохожу через просторный, уставленный столами кабинет к своей приёмной.

Самые смелые сотрудники смотрят на меня с улыбкой, здороваются и кивают. Те, что поскромнее, даже глаз не поднимают, усиленно делая вид, что работают. Они всегда так, будто я не догадываюсь, что в моё отсутствие занимаются чем угодно, но только не сидят по струнке смирно.

— Доброе утро, Демид Игоревич! — Ко мне подлетает мой зам, Вячеслав Зорин. Высокий, худой, как шпала. В сорок лет у него уже залысина на затылке. Мне по большому счёту плевать, как он выглядит, главное, что специалист отличный. Но Зорин всегда эту лысину так старательно зачёсывает, что я диву даюсь, почему на те бабки, что я ему плачу, до сих пор не сделает пересадку волос.

— Васильев подписал контракт. Вы же видели? — нагоняя меня, сообщает Вячеслав.

— Отлично. Отправляй через Катю ко мне на согласование.

— Так я уже. Ещё в пятницу в обед всё ей на почту упало.

Прохожу в свою приёмную. Катя, моя секретарша, делает селфи на айфон, сложив губки бантиком.

— Доброе утро, Демид Игоревич! — Она поднимается из-за своего стола и растягивает губы в улыбке. На секретарше облегающая чёрная юбка до середины бедра, хотя по дресс-коду должна быть не выше колена, и розовая блузка, которая явно мала ей в груди.

— Демид Игоревич, — не отстаёт Вячеслав. — Васильев уже спрашивает, что мы решили. Что ему передать?

— Передай, что сегодня всё будет. Иди, Слав.

Зам скрывается из приёмной. Катя смотрит на меня, моргая голубыми глазами с наращёнными ресницами.

— Екатерина, где договор на поставку от Васильева?

Секретарша ещё интенсивнее начинает моргать, заглядывает в свой компьютер.

— Ой, Демид Игоревич, я ещё почту не смотрела, не видела. Сейчас всё сделаю!

— С пятницы не смотрела?

— Я же отпрашивалась у вас в пятницу с обеда в театр. Помните? Вы меня сами отпустили.

Я глубже дышу и тру переносицу. Катя была хорошей секретаршей, но после расставания со своим парнем два месяца назад стала рассеянной и неоперативной. Ещё и одеваться начала так, будто всем своим видом хочет показать, что она в активном поиске. Только мне до её обтягивающий блузок и коротких юбок дела нет, она вообще не в моём вкусе. Не люблю я такую большую грудь и вычурную внешность у девушек. Мне секретарша для работы нужна. А для удовлетворения потребностей свои девушки есть.

— Не злитесь, Демид Игоревич, пожалуйста, — начинает канючить, как ребёнок.

— Кать, у тебя со скольки рабочий день?

— С восьми.

— А сейчас сколько?

— Пять минут одиннадцатого. — Катя опускает взгляд.

— Так почему ты за два часа не смогла проверить почту?! Ты понимаешь, что это мои деньги, Катя?!

— Демид Игоревич, ну, простите меня. Я не знаю. Забыла.

Делаю ещё один глубокий вдох, чтобы не сорваться.

— Рябова, собираешь вещи и уходишь в отпуск за свой счёт. Пока на месяц. Если за это время не возьмёшь себя в руки, то навсегда.

Захожу в свой кабинет и разгребаю текущие дела. Вообще-то, настроение у меня сегодня хорошее. Я решился сделать покупку, о которой давно мечтал.

Набираю номер Роберта, своего знакомого из Лондона. Он владелец одного из лучших футбольных клубов. Недавно знакомый объявил, что продаёт клуб. Роб на пенсии, у него уже нет прежних сил заниматься командой. Так что дорога молодым. Я был фанатом его команды с детства. Это будет моя лучшая покупка. Получу свой любимый клуб и отправлюсь с ними в тур по миру на год или два, как пойдёт.

— Роберт, привет! Не разбудил?

— Нет, что ты? — Его голос по-старчески вялый. — Ты же знаешь, я почти не сплю из-за проклятой бессонницы.

— Знаю. Я надумал, Роб. Покупаю твой клуб!

Слышу, как знакомый на том конце провода мнётся.

— Демид, не буду скрывать. Ты знаешь, как я отношусь к твоей матери. Она моя давняя подруга.

— Знаю. При чём тут моя мать? Она звонила тебе?

— Она знала, что ты захочешь купить в клуб, и попросила не продавать его тебе.

— Ты шутишь?!

— Прости, друг. Против Лиз не попрёшь. Я потом во все чёрные списки городской элиты попаду. Ты же знаешь. Да и не могу я её просьбу игнорировать. Даже чисто по-дружески.

Я крепче сжимаю телефон в руке. При всей любви к матери, не злиться на неё сложно. Она непробиваемая, своенравная женщина. Внешне настоящая английская леди, на деле диктатор в ангельской маске. Сколько раз я её просил не лезть в мои дела. Живёт она в своём Лондоне и пусть радуется власти в элите, которая у неё есть. Но ей же и этого мало, ей скучно.

— Я поговорю с ней, Роб. Она даст добро. Только не продавай клуб. Я твой первый покупатель, Роб. Ок?