Фиктивный развод. Острая месть

Глава 1

— Ты же знаешь, Марин, я всегда на твоей стороне, — завела странный разговор Света, моя старшая сестра, когда я заехала к ней в цветочный салон.

По её просьбе.

Обычно Света не очень любила, когда я мешаю ей работать. Салон был маленьким, но уютным, повсюду стоял удушающий запах лилий, смешанный с цветочным ароматом гербер. Даже в горле першило.

Сейчас посетителей не было, хотя был разгар рабочего дня.

— Ты прости, но я не могла не пригласить тебя. Сама поймёшь.

Она говорила слишком быстро, поправляя идеальные цветочные букеты, будто хотела чем-то занять руки.

Я нахмурилась, но спросить не успела.

Света глубоко вздохнула, отступила в сторону.

— У тебя же есть время? — заискивающе спросила она, смотря побитой собакой.

Время? У меня его было в избытке — Максим снова задержится на «срочном совещании», оставив меня одну дома с бутылкой вина и старыми фотоальбомами.

Из двери подсобки на свет выступил незнакомец — высокий, под метр девяносто, в чёрном кожаном пальто, с каплями дождя на плечах.

Пришёл сразу перед моим приходом?

Мне показалось, что свет сразу померк. Лампочки под потолком замигали, как в дурацких, дешёвых нуар-детективах.

Его лицо — грубоватое, с резкими скулами и едва заметным шрамом над бровью — не выражало ни эмоций, ни извинений за своё внезапное появление. Высеченное из гранита — говорят про таких.

Он медлил. Не из смущения за своё вторжение. Понимал — спешить некуда. Добыча не убежит.

Он был тигром, медленно выступающим из тьмы. Всё внутри меня сжалось, заснувшие давно инстинкты кричали: «Беги, дура! Пока ты ему ещё не так нужна».

Но не могла сдвинуться с места. Он пригвоздил меня взглядом, перед которым захотелось покориться. Чтобы всё закончилось как можно скорее.

Чтобы вены на руках перестали натягиваться канатами. Чтобы пальцы не сжимались в кулаки.

Смешно. Что я. Кто я перед этим хищником?!

— Марина Борисова Воронова? — Голос низкий, с хрипотцой, будто от многолетнего курения. Командный.

И тон был холодным, как у человека, привыкшего повелевать. Как у того, перед которым трепетали особы покруче, чем я.

Он шёл ко мне так, будто мы с ним назначили здесь встречу. Будто у меня не был дел важнее, чем то, что он нашёл меня.

— Да... — Я машинально потянулась к телефону — вдруг это какой-то маньяк. Что заставило Свету заманить меня сюда?

Я перевела взгляд на раскрасневшееся лицо сестры.

— Я оставлю вас, мой кабинет в вашем распоряжении.

Незнакомец кивнул, едва удостоив её ответом. Он смотрел на меня, как будто я была птичкой, попавшей в его сети.

И он теперь решал, буду ли я петь в неволе. Или окажусь бесполезной глупой пичугой, которую не жалко скормить ястребу.

Он достал удостоверение. ФСБ. Алексей Владимирович Ковалёв. Тридцать шесть лет.

— Я не займу у вас больше пяти минут, — произнёс он, первым проходя по коридору в кабинет Светы.

В его голосе не было злости. Лишь осознание силы, превосходства власти. Желания поиграть, прежде чем ударить мощной лапой.

Прекратить мои мучения.

Не для него, для нас, потому что я кожей чувствовала: мы в связке, в договоре, всё только начинается.

Толкнул дверь, пропустив меня внутрь. Сердце колотилось как бешеное, я продолжала сжимать телефон в руках, раздумывая, дадут ли мне позвонить мужу. Во что я могла влипнуть? Я даже не работаю!

— Присаживайтесь, — говорил так, будто это был его кабинет. Сам опустился в кресло за столом сестры. Нагло, без спроса.

Его серые глаза, холодные и оценивающие, уже изучали интерьер за моей спиной, будто составляли опись.

А потом взгляд вернулся ко мне: холодный, оценивающий, тёмный. Взгляд прожигал, царапал, сдирал кожу, обнажая все мои страхи.

Он специально медлил. Тигр в обличье человека. Одиночка, точно знающий, как ведут себя сбившиеся в стайку олени. И как хрупка их иллюзия защищённости.

Он выбрал меня. Для чего?

Я не хотела знать. Сказать бы: «Я не та, кто вам нужен», но мы оба знали: именно та.

— Ваш муж — не просто успешный бизнесмен, — Алексей достал сигарету, но не закурил, лишь крутил её между пальцами. А потом сломал и выбросил в корзину для мусора.

Точным броском. Ленивым движением с осознанием своей безупречности.

Демонстрация возможностей? За кого он меня принимает? Я не девочка-подросток, которую можно впечатлить подобными жестами!

— Он отмывает деньги через офшоры. Мы подозреваем, что часть из них идёт на финансирование террористической организации. «Чёрные лебеди», слыхали?

Вот, значит, за кого. За жену террориста.

Я помотала головой. Всё это из какого-то сериала с канала НТВ. Дешёвого прогорклого, как третьесортный виски,

— Тем лучше, — удовлетворённо хмыкнул он.

Я хотела что-то возразить, но не смогла выдавить ни слова. Это какая-то ошибка!

— Максим не мог… Он честный человек. Мы уже женаты…

— … шесть лет, Марина Александровна. Мы знаем, — кивнул он. — Как и то, что скоро он собирается вывести крупную сумму из бизнеса. И действует не один. Но поймать его за руку будет непросто. Вернее, тех, кто за ним стоит, с кем он сотрудничает. Нам нужна ваша помощь.

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Мир сузился до точки.

До ржавого гвоздя, которым заколачивали крышку моего семейного счастья!

— Зачем вы мне это говорите? Я не предам мужа. Это ошибка, вы сами увидите, — лепетала я.

Нет. Всё ложь! Не покажу слабости, не дам себя одурачить глупыми россказнями!

Не на ту напали!

— Потому что он скоро кинет и вас. Предложит фиктивный развод, оставив вас без гроша.

Алексей наклонился вперёд, и в свете лампы я разглядела в его взгляде что-то... почти человеческое. Не жалость, но глухое сочувствие.

Алексей разглядывал меня, как бы прикидывая, почему Максим продержался со мной шесть лет.

— Через три дня он попросит развода. Фиктивного. Чтобы вывести последние активы. И у него новая пассия, Марина Александровна. Так что не думайте, что он о вас позаботится.