Филинт. По ту сторону мира (книга 3)

Глава пятая

Кто сказал, что любое решение даётся легко? Наверное, тот, кто утверждает это, никогда не стоял перед настоящим выбором. От любого нашего слова может зависеть очень многое, и совсем не важно, насколько именно существенен вопрос, о котором идёт речь. Выбор. Кажется, нет ничего тяжелее сути этого слова, и каждый раз, задумываясь над уже принятым решением, ты сомневаешься в нём снова и снова, постоянно задавая себе один и тот же вопрос: «А что, если бы…»

Такое наваждение настигло и меня. Прошло пять дней с того самого дня, как возвышенные вернули Кима обратно в Инферию. Состояние друга постепенно становилось лучше: дыхание стало ровным и размеренным, синяки и ссадины практически исчезли, сам организм начал восстанавливаться, но в сознание Ким так пока и не пришёл. Как сказала Мила: «Нам остаётся только ждать, всё зависит исключительно от него самого». И мы ждали.

Вот только меня волновал ещё один немало важный вопрос – поселенцы за Стеной Эливейта. В этот же день, когда Ким оказался дома, Александр связался с Мирославом и объяснил ему возникшую ситуацию. Весь остаток дня мы сидели в доме главы и решали вопрос о том, что нам делать дальше. Решение далось очень нелегко, да и, честно признаться, принято оно было не сразу. Вторжение в Эливейт было решено перенести на неопределённый срок. Всё это объяснялось тем, что нужную нам информацию, а именно то, живы ли вообще поселенцы, мог знать только один человек – Ким, который, лёжа на больничной койке, точно ничего не мог нам рассказать.

С другой стороны, многие были не согласны с решением Александра и Мирослава. Да, мы не знали, живы ли ещё воины, но что, если своим ожиданием мы только тянем драгоценное время? Возможно, мы упускаем шанс на спасение тех, кого, может быть, ещё не коснулись издевательства учёных. Я была уверена, что мы зря теряем время, зря лишаем надежды пленников, которые наверняка ждут спасения. Если, конечно, всё ещё есть, кому это спасение ждать.

Возвышенные могли предположить, что мы поступим именно так, как поступили на самом деле – остались в поселении до выяснения всех обстоятельств. Это исключает эффект неожиданности, который уже ни один раз давал нам шанс на спасение, соответственно, учёные без каких-либо опасений могли продолжать свою работу.

Я никак не могла понять, правильно ли мы поступили. Возможно, Ким стал всего лишь неким отвлекающим «манёвром», с помощью которого первый анклав смог выиграть необходимое ему время. Почему этим самым человеком стал именно Ким, тоже есть объяснение. Если это была идея Марии, а не случайное совпадение, то она прекрасно знала, что к этому мальчишке я успела привязаться, а, значит, я ни за что на свете не покину анклав, пока друг находится в таком ужасном состоянии. Скорее всего, Мария считала меня далеко не последней личностью этого поселения – человеком, за которым пойдут, которого послушают, который имеет весомое право голоса. Но, если она действительно так думала, то глава совершила большую ошибку. Я не имею никакого весомого статуса, моё слово не может что-то решить, я такая же, как и все остальные жители этого места.  

Но проблема оставалась нерешённой, и это сильно волновало. Мы не могли просто так сидеть на месте и ничего не делать, поэтому и уговорили Александра пойти нам на небольшую уступку. Рано или поздно мы всё же покинем поселение, но пока у нас есть хоть какое-то время, не стоит тратить его впустую – нужно начинать подсчёт всей техники, всего оружия, запасов еды, топлива и многого другого, чтобы, когда придёт момент, мы были уже готовы. Глава одобрил эту идею, связался с Мирославом и посоветовал сделать им то же самое, если у них, конечно, ещё в планах покинуть земли анклавов.

В течение всего этого времени мы работали над своей затеей, одних только списков у нас накопилась целая бумажная папка, а дел было ещё довольно-таки много. Но мы не жаловались, не жалели, что загрузили себя работой, напротив, мы были рады, что всё смогло сдвинуться с мёртвой точки. Однако нам и этого было мало. Мы с ребятами долго думали, как нам сказать Александру, что он, возможно, совершает сильную ошибку, откладывая план по вторжению в Эливейт. Категорически нельзя тянуть время, иначе мы в конечном итоге грозились дорого за это заплатить.

Как оказалось, Александр тоже находился в смятении. Он понимал, что оба возможных варианта имели и плюсы, и минусы, но выбрать что-то одно ему всё же пришлось. Глава сам много думал над сложившейся ситуацией, но теперь мы все вместе прияли общее решение, которое удовлетворило всех без исключения – через три дня мы были готовы выдвигаться в Сервиторий, в независимости от того придёт Ким в сознание или нет. Никаких вещей собирать нам не пришлось – рюкзаки ожидали нас ещё с прошлой попытки посетить второй анклав. Осталось только ждать.

После того, как мы по новой обсудили с Александром все детали плана и связались с главой второго анклава, нам оставалось только решить, сколько именно воинов отправиться на задание. В конечном итоге, после бурных обсуждений, мы решили, что оставим всё, как было. Закончили мы беседовать, когда солнце стало клониться к горизонту, поэтому Александру только и оставалось, что отправить нас дожидаться ужина, но не тут то было.

Сильно хлопнула входная дверь. От неожиданности, Анна аж подпрыгнула на месте. К нам быстро приближались тяжёлые шаги, из-за чего мы в ожидании уставились на дверной проём комнаты. В комнату ломанулся Глеб, его дыхание было сбито.

- Глеб? – обеспокоенно произнёс глава, подходя к парню. – Что такое? Что-то случилось?

Воин обвёл всех обеспокоенным взглядом, а потом остановился на мне.