Филинт. По ту сторону мира (книга 3)

Глава двенадцатая

Насквозь мокрые, замёрзшие и изрядно уставшие мы продолжали бродить по странному подземелью, которое когда-то принадлежало немецкой армии. На самом деле, если бы Александр не рассказал, что это место много лет назад было немецкими владениями, то я бы ни за что сама не догадалась об этом: никаких опознавательных знаков, или другого какого-либо намёка на принадлежность этих тоннелей к когда-то агрессивному войску. Возможно, на этих стенах сказалось время, а, может, это – всего лишь очередной продуманный хитрый ход, который защитил солдат от нежелательного обнаружения.   

Я размышляла об этом, погрузилась настолько глубоко, насколько могла, лишь бы не возвращаться к мыслям о нестерпимой дрожи и отяжелевшей одежде. Буквально какое-то время назад мы с ума сходили от затхлого воздуха и духоты, а потом, постукивая зубами, мечтали не умереть от холода. Александр сказал, что осталось пройти совсем немного, и мы окажемся в Сервитории. Судя по всему, мы как раз были на границе второго анклава, в котором нас всё-таки ждали свои люди.

Мы всё ещё шли по узкому мрачному коридору, освещая себе путь фонарями. Он ничем не отличался от прохода, который мы проходили перед тем, как спуститься вниз по трубе. Во всей этой мрачной обстановке меня радовал только один факт – подземелье не было убежищем мутантов; не было никаких посторонних звуков, не считая, конечно, тот, который мы слышали наверху. Я очень надеялась, что остаток пути мы пройдём быстро и без каких-либо проблем.

Александр шёл впереди и изучал карту. Никогда бы не подумала, что для путей отступления люди способны соорудить такие запутанные и странные ходы. С одной стороны, это хорошо, возможность запутать противника очень велика, а с другой, спустя довольно-таки много лет, мы вынуждены были следить за каждым своим шагом и подвергать жизнь опасности.

- Так, – произнёс глава, резко остановившись, – перед нами должны появиться три двери, через одну из которых нам нужно пройти.  

- Как в ужастиках прямо, – подал голос Игнат. – Попробуй угадать, за какой дверью тебя не будет ожидать смерть.

- Ага, а на дверях три надписи: «Не страшно», «Страшно» и «Очень страшно», – Никита осветил стены подземелья фонарём. – Как думаете, за какой из них нас будет поджидать мутант, а за какой разбушевавшийся дух немецкого солдата?

- Не иронизируйте, – перебил парня глава, – никто нас за дверьми поджидать не будет, просто, насколько мне известно, две комнаты – это склады с запасами еды и оружия, а третья – выход наверх.   

- То есть, нам осталось только выбраться наружу? – спросила я, не веря, что этот кошмар закончится. Я всё ещё мечтала о глотке свежего воздуха.

- Именно.

- Ну, наконец-то! – облегчённо выдохнула Лиза.

- А где именно мы окажемся, когда выберемся? – спросил Ким.  

- Вот этого я как раз-таки и не знаю. Нас должны встретить люди Мирослава, сам он будет ждать нас в своём доме. Он лично не может забрать нас, поскольку по Сервиторию тоже усилили патруль, и за ним может вестись слежка.

- Если за ним ведётся слежка, – начала Анна, – то это, в первую очередь, опасно для нас. Как думаете?

- Когда он дома, солдаты не акцентируют на нём своё внимания, вот поэтому нам в его личных владениях ничего не угрожает. Самое главное – не светиться лишний раз на улицах, тогда всё будет хорошо.

Если уже в Сервитории солдаты наводят свои порядки и следят за жителями, то страшно подумать, что творится в самом Эливейте. Мария Вилен прекрасно понимает, что рано или поздно мы появимся в первом анклаве и нападём на Центральную лабораторию, и, вместе с этим, обе стороны осознают, что бойни никому не избежать.

Но я не хотела этой битвы, хотела, чтобы мы незаметно пробрались в анклав, спасли своих людей и жителей Сервитория, однако такого не произойдёт. Задумка Мирослава Калинского оставалась предельно ясной – войти и захватить, но это и казалось самым страшным, я боялась, что всё начнётся сначала, только люди поменяются ролями – подчинённые станут возвышенными, а возвышенные подчинёнными, если не падшими. Но я верила в мудрость и сознательность главы второго анклава, он и его люди живут в тяжёлых условиях, пашут на Эливейт ради элементарной защиты, я надеялась, что он не опустится до того, чтобы подвергнуть такому образу жизни невинных людей, которые не знают, что на самом деле твориться за железобетонными стенами.  

- Кажется, пришли, – произнёс Александр, выдернув меня из своих мыслей.

Я вытянула голову и увидела кирпичную почерневшую стену, которой заканчивался длинный подземный коридор. В самой стене, как и говорил глава, было три двери, они больше походили на большие железные листы с маленькими окошечками по центру, не было дверных ручек или других опознавательных знаков.

- И как прикажете делать выбор? – спросил Марк, иронично глядя на странные двери. – Можем по считалочке попробовать. Игнат, рискнёшь?  

- Не надо никаких считалочек, – Александр почти вплотную подошёл к двери, которая находилась с краю по правую сторону. – Нам сюда.

- Откуда знаешь? – спросил Ким.

Глава провёл рукой по двери и с силой толкнул её. Медленно, с ужасным скрипом она всё же приоткрылась.

- Просто Мирослав сказал, – Александр снова толкнул дверь, поддавалась она уж слишком тяжело.

Первое, что я почувствовала, когда открылся вход в очередное тёмное пространство – волна тёплого относительно терпимого воздуха, хотя его всё ещё нельзя было назвать свежим. Я поняла, что осталось совсем немного, и мы выберемся из этого забытого Богом места.