Филинт. Запретный анклав

Глава десятая

Он стоял у окна в своей комнате и смотрел на серые небоскрёбные здания. По его щеке текла слеза, что абсолютно ему не свойственно. В руке он сжимал небольшой исписанный листок бумаги.  

- Ты сам всё понимаешь, мой дорогой. Наша вина лишь в том, что мы до последнего ничего не замечали. А так я в таком же шоке, как и ты. 

- Она не могла. Не могла…

- Сбежать? Возможно, она попала под чьё-то влияние. У меня даже закрадываются мысли о том, не была ли она заражена на самом деле. Хотя, врачи несколько раз всё проверили.

- А если дело не в этом? – его голос дрогнул. – Причина может быть в чём-то другом?

- Я сделаю всё возможное, чтобы разобраться с этим как можно скорее.

- А если она…мертва?

- Ты знаешь, что меня никогда не подводит интуиция, мой мальчик. А она говорит мне, что ещё не всё потеряно. Далеко не всё…

Утренняя прохлада намного лучше любого будильника. Она заставляет тебя понять несколько простых вещей: во-первых, впереди день новых испытаний, во-вторых, скрыться от них невозможно, словно под тёплым одеялом, и в-третьих, мир, а на данный момент всё, что от него осталось, намного суровее, чем ты думал.

Я открыла глаза и увидела серое небо с крошечными просветами. Интересно, который час? Пять, шесть, а, может, уже и десять. Я повернула голову и недалеко от себя мирно спящего Никиту. Вчера я случайно узнала, что ему, как и мне, шестнадцать лет, но здесь и сейчас он казался мне беззащитным ребёнком, который по нелепой ошибке забрёл в вереницу всем известных страшных событий.

А я? Я ведь тоже, по сути, ещё ребёнок, вляпавшийся в этот кошмар. Но мне на самом деле ещё повезло, я хотя бы знаю, что такое обычная беззаботная жизнь. А эти люди знают только о бесконечных ужасах и страхах. Особенно это подтвердил прошедший вечер.

Вчера всё закончилось далеко за полночь. Многие дома были разрушены, люди остались без крыши над головой, поэтому большая часть поселения ночевала под открытым небом. Совсем маленьких детей отправили ночевать в бункер, где во время штурма прятались люди, некоторых Александр разместил у себя в уцелевшем доме, сам же он вместе с Милой ночевал на улице.

Все поселенцы ещё спали. Скорее всего, утро было слишком ранним. Насколько я помнила, всех должна была разбудить серена. Хоть дел было невпроворот, я прекрасно понимала, что поселенцам необходимо выспаться после тяжёлой ночки. Рядом слабо посапывал Никита, свернувшись клубочком, словно котёнок, а вот я спать уже не могла. Расхаживать по поселению не было смысла, да и народ будить не хотелось. Я решила осмотреть окрестности, вдруг найду какие-нибудь оставленные Эливейтом «приветы». Лесная граница была совсем рядом, поэтому переступать через спящих людей мне не пришлось.

Кроны деревьев нагоняли на землю тени. Было немного мрачно, но вполне обычно для пасмурного утра. Где-то рядом каркали вороны, из-за кустов вылетали птицы, пугая меня своими резкими движениями. Кажется, я шла на запад, а, может, просто шла по кругу. Я постоянно оглядывалась, словно боялась, что на меня могут напасть. Картина вчерашнего боя до сих пор стояла перед глазами: взрывы, выстрелы, крики… Как кстати мои ноги привели меня на местное кладбище.

Жуткое место, поначалу наведшее на меня тихий ужас. Я прошла мимо самодельных могильных крестов, читая имена тех шестерых героев, которые отдали жизни за свой дом: Вячеслав, Ян, Кира, Август, Диана, Мирон. Я не знала этих людей и даже толком не видела их, так как ещё до отбоя ребят похоронили, но меня сковала такая боль, что хотелось зарыдать от отчаяния. Всё это походило на какой-то фильм ужасов, картинка которого была слишком реалистичной. Как бы жестоко не поступили солдаты Эливейта, их тоже похоронили чуть поодаль, но в братской могиле без надписей и каких-либо крестов.

Находиться в таком месте было крайне тяжело, поэтому я не просто ушла, а убежала оттуда. Я примерно представляла, где нахожусь, но точно не была в этом уверена. Лес не менялся всё это время до тех пор, пока я не забежала на холм. С него открывался вид на виднеющийся вдалеке известный мне заброшенный город. А он оказался ближе, чем я думала. У меня даже закралась мысль о том, не водил ли меня Ким запутанными путями, чтобы я, не дай Бог, не запомнила дорогу обратно к поселению.  

Я смотрела на пустые, побитые временем дома и думала о том, что это мог быть последний город на Земле, не считая, конечно, Эливейта. Он мог быть военной базой или прекрасным и развитым во всех смыслах населённым пунктом, но возвышенные приготовили ему другую судьбу. К чему такая жестокость? Какая у людей первого анклава была цель? Сказать, что людей осталось мало – не сказать ничего. Мутанты уже давно стали побеждать числом, а тут ещё и Эливейт затеял собственную непонятную игру. Мой анклав никогда не казался мне идеальным, каким-то безгрешным и святым, но уничтожение до недавнего времени неизвестного мне народа, таких же людей, как и они сами, никак не поддавалось моему восприятию. А вот для Эливейта, кажется, это уже давно стало привычным делом. Привычным и постоянным. И как им только удаётся скрывать от людей правду? Даже я, живя с Марией почти десять лет по одной крышей, ни о чём таком даже не подозревала.

Где-то позади меня раздались шорохи. Я испуганно оглянулась. Только мутантов мне ещё не хватало. Или заблудшего солдата Эливейта. И зачем я попёрлась в этот чёртов лес, да ещё и за границу поселения?! Я же без оружия и каких-либо оборонительных средств! Как назло, даже никакой сломанной ветки рядом не было. Зато были…камни. Не самая лучшая идея, но других вариантов не оставалось. Я схватила рядом лежащий камень с заострённым концом и приготовилась нападать. И почему именно я всё время попадаю в какие-то передряги? Кто-то резко выскочил из глубины леса. Я вскрикнула, но почти сразу же отбросила своё «оружие» строну.