Философия счастья

Рецепт счастья

Введение

Все без единого исключения хотят быть счастливыми — но сравнивая между собой те слова о понимании счастья, которые чуть ли не ежедневно от разных людей приходится слышать, как в СМИ, так и непосредственно, хорошо видно, что с представлением об этой наиболее важной в человеческой жизни вещи существуют значительные проблемы, несмотря на то, что одновременно никто не сомневается в том, что именно счастье, для всех и для каждого, является наивысшей ценностью из всех ценностей.

Поэтому попробуем ясно сформулировать, основываясь на соображениях наиболее известных мыслителей человечества, что же это на самом деле такое, счастье, и как следует относиться к другим людям, чтобы самому быть счастливым. Возможно ясность в этом вопросе поможет кому-то стать счастливым — видение цели и пути к ней несомненно способствует её достижению.

Сначала, после формулировки определения понятия счастья, напомним об основаниях для такого определения, то есть о понимании понятия счастья, достигнутом на сегодня — беря из источников в основном главные выводы — и убедимся в том, что на самом деле уже очень и очень давно нет проблемы точно знать, что такое счастье и как следует вести себя в отношении других людей, чтобы быть счастливым, то есть где оно находится и при каких условиях может быть достигнуто. Как было сказано: "[...] Нельзя нам быть счастливыми. [...] Мы не можем обрести счастье. [...] Потому что не желаем и желать не хотим. [...] Потому что не знаем, в чем оно заключается. [...] смысл в том, чтобы осмыслить, в чем заключается счастье "[2].

Далее, также без излишней детализации (её можно увидеть в приведённых в списке литературы текстах) рассмотрим трудности, которые сопровождают каждого, кто хочет достичь счастья — то есть сопровождают каждого из нас — и о также давно известных путях преодоления тех трудностей.

А уже тогда рассмотрим очевидный и самый интересный после этого вопрос, почему при таком высоком и давно существующем уровне легко каждому доступного общественного знания — как о самом счастье, так и о трудностях его достижения и путях их преодоления, те трудности вместе с неизбежными их последствиями отнюдь нигде не исчезают и никуда не деваются, и с ними снова и снова встречаются, день за днём тысячи лет, все новые и новые поколения желающих быть счастливыми.

Определение

Счастье — это чисто человеческое, то есть присущее только человеку, такое состояние [4] гармонии его духовности, которого человек может достичь тогда и только тогда, когда он действует согласно, а не вопреки человеческой добродетели.

Такое подчёркнутое акцентирование на чисто человеческой природе человеческого счастья необходимо для того, чтобы явно отличить его от других, присущих всему живому, в том числе и человеку, фундаментальных видов общего для всего живого счастья, а именно счастья растительного (потребление и рост), и счастья животного, связанного с эмоциями, ощущениями и чувствами.

Подробнее об этих различных видах счастья — у Аристотеля [1]. Доказательства же того, что счастье растительное, животное и человеческое, в своей основе, не перекрывают друг друга (не пересекаются между собой), а также относительно приоритета для человека, когда выбора избежать невозможно, человеческого счастья, можно найти у Сковороды [2].

Большинство рассуждений, на которых основывается данное определение понятия счастья, и что оно без действий быть не может, находятся в [1]. Все те рассуждения чрезвычайно тщательно обоснованы и детализированы, как относительно существенного отличия понятия человеческого счастья от счастья животного и растительного, так и относительно множества его связей с другими вещами, в частности того, что зачастую "даже для одного человека счастье — то одно, то другое: ведь, заболев, люди видят счастье в здоровье, обеднев — в богатстве, а зная за собой невежество, восхищаются теми, кто рассуждает о чем-нибудь большом и таком, что превышает их понимание".

Здесь следует заметить, что хотя в основе своей, в корне, счастье человеческое, животное и растительное, имеют отдельный вид, однако в кроне реальной жизни конечно что пересекаются на каждом шагу.

Поэтому хотя в докладах TED [3] о результатах современных исследований нам и сообщают, что процент тех, что чувствуют себя счастливыми [Dan Gilbert], например среди людей год, или даже три месяца после казалось бы огромного несчастья навсегда — катастрофического, необратимого увечья, практически не отличается от такового процента среди людей вполне здоровых, однако те же исследования каждый раз показывают [Mihaly Csikszentmihalyi] что скажем независимость уровня счастья от уровня материального благосостояния есть только тогда, когда уровень благосостояния выше какого-то минимального порогового уровня. А когда люди беднее того порога, то это явно делает их несчастливее.

Это происходит не только по той причине, что растительное присуще всему живому, а животное также человеку, но и потому, что и родовые, и хозяйственные формы человеческого общения, носителем правил которых человек является [6], не просто не обходятся без духовных, т.е. чисто человеческих правил человеческого общения, а непосредственно подчинены им. Другими словами говоря, если истинные правила духовного человеческого общения (добродетель) не являются основой где-то в любых формах общения, то там отсутствует и чисто человеческий смысл деятельности, т.е. надежда достичь человеческого счастья.

Данное выше определение человеческого счастья также сообразно со словами Сковороды: "Ищем счастье по странам, временам, статьям, а оно везде и всегда с нами: как рыба в воде, так и мы в нем, и оно возле нас ищет нас самих. Нет его нигде от того, что оно везде. Оно подобно солнечному сиянию — открой только душу свою "[2].