Финеас и Балок в поисках крайности

Глава 1

Он забежал в дом, хлопнув дверью так, что она чуть не вылетела: дождь, что неделями поливал Солёный Берег, который никогда солёным и не был, размочили старую древесину хижины. Он  забился в угол между стеной и кроватью.

- Наконец! Всё, больше никакой работы. Никакой! Продам ее и буду жить на своей горе из золота! Ну, или горке. Или хотя бы на сундуке. Но непременно дубовом, резном, оплетённым стальными обручами и с огромным замком. И, конечно, полным золота.

Барабанил дождь. Самые шустрые капли проникали в бесконечное множество ходов исхудалой крыши и бились о тощие плечи ныряльщика за жемчугом.

- И крыша у меня будет целая, не ровня теперешней. И дом новый. И кровать мягкая. И даже матрац будет! И подушка. А если захочу - даже две! 

Море нападало на прибрежные скалы, но он не слышал этого. В голове звучал будущий праздник. Праздник первого дня в новом, необремененном постоянной работой и заботами, мире.

- И матери поставлю памятник. Из бронзы. Нет! Из чистейшего мрамора. И отец, быть может, прознает о том, что его сын разбогател. Он вернётся. Точно вернётся. Попросит приюта, но я откажу. Надо что-нибудь придумать такое ему в ответ… что-нибудь эдакое…

Он разжал кулак и еще раз посмотрел на добычу. Смотрел не долго, чтобы не сглазить. Тут же спрятал в единственный недырявый карман.

- И вольную грамоту куплю. Стану сам себе хозяин. Сам себе голова. Буду делать что хочу! А я много чего хочу…

Он никак не мог отдышаться. Сердце билось, как никогда. Даже при самом глубоком погружении оно так не стучало.

- А если спросят, откуда я ее взял? Что сказать? Так ведь я не украл. Сам нашел.

Что-то в голове зазвенело. Он засунул руку в карман.

- На месте. Она на месте. Скоро и у меня будет свое место. Какое захочу. И делать буду, что хочу! А когда надоест, обучусь грамоте. Стану философом или ученым… Вот тогда жизнь и начнется.

В дверь постучали. Нетерпеливо. Ногой.

- Финеас!

«Пришли! За ней? Нет. Никто не видел, что я ее вытащил. Никто…»

- Финеас, мать твою!

«Надо схоронить ее, но где?»

Он забегал по комнате, пытаясь пристроить добычу хоть куда-нибудь. Нашлась круглая щель между половицами - туда и поместил сокровище.

- Я тебя слышу, мерзавец! Открывай, а не то я устрою день открытых дверей!

- Иду…

Только Финеас провернул ключ, дверь открылась и ударила его по носу. Он пошатнулся и сел на пол.

- Ты чего удумал? – спросил человек в потертом плаще и не менее потертой шляпе.

- Ничего, я просто… я…

- Мямля! – рявкнул он и замахнулся рукой, чтобы ударить, но передумал. – Посмотри на себя, ничтожество. Худой, грязный, больной… Смотреть противно.

«Обзывайся сколько хочешь, я теперь богаче тебя и твоего хозяина»

Человек прошел по комнате и сел на кровать. Тряпье, что служило Финеасу в холод одеялом, а в жару простыней тут же намокло.

- Давай сюда, - сказал он и протянул руку.

- Чего давать?

- Вши свои! - сказал человек в плаще и рассмеялся. - Жемчуг давай, идиот!

- Так нет жемчуга…

- Ты сегодня нырял?

- Нет. Там же шторм.

- Дома, стало быть, сидел?

- Дома.

Человек посмотрел на следы мокрых ног на полу.

- Ну нет, я выходил, но только до соседа. Хлеба попросить.

- Не к тому ли, что видел тебя сегодня у берега?

«Все-таки видели…»

Человек в плаще вздохнул и сказал:

- Парни, заходите!

В дом вошли двое. Братья, если не по крови, то по уму, судя по количеству шрамов и татуировок на помяты лицах. У одного в руках был кастет, другой держал металлический прут.

- Еще раз говорю, давай, что наловил.

- Ничего, честное слово.

Человек поднялся с кровати и зашагал к Финеасу. Он сел перед ним на корточки и заговорил подозрительно ласково:

- Дорогой мой. Эти два джентельмена очень сильно хотят причинить тебе вред, верно я говорю?

Здоровяки кивнули и осклабились.

- Я – единственное, что сдерживает их порыв. Но если, они сейчас не увидят жемчуга, то ты уж извини. Разнесут сначала дом, а потом и тебя. Финеас…

- Да?

- У тебя есть что-нибудь для меня?

Он посмотрел на человека в плаще, на бандитов и сказал:

- Нет…

Человек пожал плечами с сожалением.

- Разберите дом по кусочкам, парни. А ты, - он по-приятельски положил руку на плечо Финеаса, - пошли на крыльцо.

Под звуки разбивающегося дерева, под хруст половиц и треск стен Финеас вышел на крыльцо.

Человек нашёл сухой пятачок, над которым крыша не так прохудилась, и достал трубку. Ее сделал большой любитель моря. Табачная камера была выполнена в виде русалки, какая украшает нос корабля, держащей над головой что-то вроде церемониальной чаши. Огниво щёлкнуло. Душистый табак, щиплющий нос, занялся огнем. Человек попыхтел и затянулся.

Его умиротворённое лицо казалось насмешкой, учитывая, что творилось позади. Здоровяки бегали из угла в угол выламывая все что выламывается. Финеас хотел посмотреть, что там творится, но человек в плаще вновь положил руку ему на плечо.

- Послушай, дружище. Прости, что я так вспылил. Ты не открывал, и я черти что начал думать. Решил, что ты пытаешься что-то от нас припрятать. Но ты говоришь, что ничего не добыл сегодня? Я верно говорю?

- Верно.

- Значит, мои друзья ничего найдут там?

- Ничего, - не так уверенно сказал Финеас.

- Если так, то я лично извинюсь перед тобой от своего лица и от лица хозяина.

Финеас вздохнул.

- Но, если они что-нибудь найдут… Ты уж не обижайся. Я всё-таки очень вспыльчивый.

Человек курил трубку, а дом методично разбирался на щепки. Финеас смотрел на море, что поднимало волны позади скалистого берега. Зачем оно подарило несчастному ныряльщику за жемчугом такое сокровище? Какое божество глубин решило так подшутить? Но, может, они ничего не найдут?



Илья Аведин

Отредактировано: 05.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться