Фиолетовый браслет

Красная нить

Я вышла из аудитории, успешно сдав экзамен. Папа ждал на улице. Идти домой не хотелось. Я бы лучше посидела еще в универе, чем вернулась в свою комнату, в объятия четырех стен. В коридорах ВУЗа было совсем пусто – шли пары. Тяжело вздохнув, я направилась в туалет, чтобы умыться.

- Привет! – почти следом за мной зашел Антон, весело улыбаясь и плотно закрыл за собой дверь. 

- Ты? – я рассмеялась и бросилась на шею к любимому. – Тебя не смущает, что это женский туалет?

- Нисколько! Никогда прежде не бывал в женском туалете. Дико соскучился по тебе, - улыбнувшись, добавил он и впился в мои губы своими губами.

Поцелуй получился жадным, настойчивыми очень откровенным. Мое сердце сладко замерло, а внутри все затрепетало. Мы оба хотели большего. Антон приподнял меня и усадил на раковину, не переставая целовать.

- А если кто-то войдет? Это не слишком разумно, – испуганно спросила я, на миг отстранившись.

- Никто не войдет. Я дверь закрыл, да и лекции сейчас. Не отвлекайся, - парень нежно повернул пальцем по моей щеке и снова поцеловал.

Я забыла обо всем на свете. Мы целовались будто сумасшедшие, сгорая от желания. В голове все смешалось. Я забыла об осторожности и меня ничуть не смущало то, где мы находимся. Мои ноги обхватили его талию, а руки шею. Мгновенье и я уже оказалась без трусиков. Сильные руки Антона сжимали мои ягодицы, причиняя легкую боль, граничащую с удовольствием. Несколько минут резких и глубоких движений, и я громко застонала, еще крепче прижимаясь к наставнику. 

- Тихо, тихо, - довольно улыбаясь, прошептал на ухо Антон и тут же закрыл мне рот поцелуем.

Еще десять секунд, и он уже сам еле сдерживал стон, уткнувшись в мое плечо, тяжело дыша. Если не учитывать дискомфорта от крана, давившего в спину и небольшого растяжения связки на внутренней стороне бедра – это было обалденно. 

- Мы чокнутые, - смеясь, сказала я парню.

- Наверное, - улыбнулся он мне в ответ и чуть отошел, чтобы застегнуть джинсы. Сегодня Антон был особенно красив, хотя, кого я обманываю, он был красив и сексуален всегда.

- Люблю тебя, - признался он и снова поцеловал меня.

- Мне пора. Там папа ждет, - с грустью ответила я, нарушая нашу милую «туалетную идиллию».

- Давай я тебя украду у него? – предложил парень, аккуратно спуская меня с раковины.

- Нет, нельзя, - улыбнувшись, ответила я Антону и легко чмокнула его в пухлые губы.

- Почему нельзя? Если очень хочется, то можно, - хитро прищурившись, ответил парень, не выпуская меня из объятий. – Не уходи.

- Не могу. Ты же знаешь.

В ответ Антон грустно улыбнулся, внимательно рассматривая мое лицо.

- Кстати, у меня кое-что есть для тебя. 

Парень извлек из своего кармана две тонких красных нити. 

- Ты приверженец Каббалы? – спросила я, глядя на Антона.

- Нет. Это обычная нить. Просто существует такое поверье, что невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, несмотря на время, место и обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвется. Я хочу, чтобы наша с тобой нить была видимой. Не снимай ее, - Антон завязал тонкую красную веревочку на моем левом запястье на несколько узлов и попросил, чтобы я завязала точно такую же нить на его руке. 

- Так мило.

- Ну, я же вообще, очень милый парень, ты разве не знала? 

- Знала, конечно, - ответила я, улыбаясь.

- Слушай, давай я поговорю с твоими родителями? А?

- Это не поможет, только еще хуже сделаешь. 

- Почему?

- Потому, что это мои предки и если они приняли решение, то их уже не переубедить. 

- То есть, ты завтра уедешь и все закончится?

- Не начинай, пожалуйста. Я не хочу думать о завтрашнем дне.

- Лиль, ну ты же понимаешь, что это бред? Мы не Ромео и Джульетта! Сейчас двадцать первый век, и ты можешь самостоятельно принять решение! Что за детский сад? – было видно, что Антона вся эта ситуация бесит. Он не привык получать отказы и жить по чьим-то правилам.

- Сейчас мы поругаемся и только, - сказала я, заметив, что парень готов был разнести все вокруг от негодования. 

- Ну, давай чего-нибудь придумаем, а?

- Самолет завтра в 22.10 из Домодедово. Буду рада, если ты приедешь меня проводить, - сказала я, перед тем, как уйти. Я буквально вылетела из здания университета к папе, который ходил возле клумб, ожидая моего появления.

- Что-то ты долго, - строго заметил он. – А чего на тебе лица нет? Не сдала, что ли? – обеспокоенно спросил он, глядя на меня.

- Все сдала! – громко ответила я, всхлипывая.

- А что случилось тогда, Лиль?

- Ничего! – ответила я, давая понять отцу, что не хочу больше разговаривать с ним. 

Обернувшись, я увидела Антона, который стоял на крыльце ВУЗа и провожал меня печальным взглядом.

*** 

Последний экзамен я сдала на отлично. Предмет был мой любимый и билет попался легкий. В аэропорт мы поехали за несколько часов до вылета, чтобы не опоздать на самолет. Я, родители и Акимова сидели в зале ожидания с тремя моими чемоданами, которые мама сама мне собирала, потому что я наотрез отказалась принимать какое-либо участие в отъезде. Рядом со мной стояла переноска с котом Тошей, который переезжал вместе со мной.

С родителями я демонстративно не разговаривала, считая, что они не в праве решать за меня мою судьбу, потому мы молчали, стараясь не смотреть в сторону друг друга и только Анька держала меня за руку, тихонько хлюпая носом. 
До регистрации оставался еще целый час, и мы пошли с подругой в «Шоколадницу», которая находилась справа от нас, чтобы выпить по чашке эспрессо. 

- Не забывай Москву, - грустно протянула Акимова. У нее глаза были на мокром месте, собственно, как и у меня.

- Не говори глупостей! Конечно не забуду! – ответила я, вздохнув.

- Думаешь, не придет? – спросила она, глядя на то, как я высматриваю в здании аэропорта Антона. 

- Не знаю. Мы как-то странно расстались вчера. Конечно, мне хочется его увидеть, но может будет лучше, если он не появится? 

- Ну, как же ваша нить? Он же любит тебя, должен прийти.

- Да, вот только скоро объявят регистрацию, а его все нет. Я немного волнуюсь, - я то и дело смотрела на часы, мысленно моля минуты хоть чуть-чуть замедлить свой ход.

Час прошел незаметно. Антона все не было. Он не явился и не брал трубку мобильного. Моя паника нарастала, а отчаяние и захлестывало с головой. Объявили о регистрации на рейс.

- Не пришел, - сквозь слезы, улыбнулась я, стараясь сдержать истерику.

- Не лети. Сбеги! – совершенно серьезно посоветовала Анька, глядя на меня.

- Ты же знаешь, что я не могу так поступить. Да и не к кому сбегать, - тут я не выдержала и расплакалась. Слезы солеными ручьями брызнули из глаз.

- Ну, киса, ну не плачь, - Анька сидела рядом и гладила меня по руке, пытаясь успокоить. 

Когда я немного пришла в себя, мы вышли из кафе и направились к моим родителям. Кстати, странно было, что мама не прибежала за мной еще десять минуть назад, чтобы поторопить на регистрацию. Мои родители были на том же самом месте, где мы их и оставили. Рядом с ними стоял мой Антон и о чем-то общался с моим отцом. Меня словно током ударило. Желудок свело от страха и нехорошего предчувствия. Меньше всего я сейчас хотела, чтобы Матвейчук говорил обо мне с предками.

- Антон, - дрожащим голосом сказала я, когда подошла ближе. – Что ты здесь делаешь? 

Парень ничего не ответил, лишь притянул меня к себе и приобнял. Я смотрела на родителей и не понимала, что происходит. Злой отец пристально смотрел на нас с Антоном, а мама, сидела схватившись за голову.

- Я думаю, разговор на этом закончен. Мы все выяснили и у вас есть немного времени, чтобы попрощаться, - вдруг сказала она. – Пойдем, Леша, а то я уже начинаю нервничать, - обратилась мама к отцу, поднимаясь.

Вместе они направились к стойке регистрации.

- Я люблю тебя, - сказала я Антону впервые. По моим щекам не переставая текли слезы. Я просто не могла себя сдерживать, да и не хотела.

Матвейчук крепко прижимал меня к себе и не говорил ничего в ответ.

- Никогда тебя не забуду. Буду скучать. Жаль, что все так вышло, - продолжала я рыдать, прильнув к его груди.

Конечно, я знала, что любви на расстоянии не бывает и красивой сказки у нас с ним не получится, но сейчас мне так хотелось верить в чудо. Хотелось, чтобы мы когда-нибудь снова встретились и больше никогда не расставались.

- Тебе пора, - прошептал мне Антон на ухо, выпуская из объятий. Я взглянула на него и на душе стало еще паршивей. В его глазах блестели слезы! Никогда бы не подумала, что он умеет плакать и тем более будет делать это из-за меня.
Тем временем подходила моя очередь и мне действительно было пора бежать. Я быстро попрощалась с Анькой и направилась в сторону родителей.

- Ты занималась танцами все это время и даже ничего не говорила! – недовольно сказала мама вручая мне переноску с Тошей, стоило мне только подойти.

- Это не имеет никакого значения, - ответила я, дрожащим голосом.

Мама строго посмотрела на меня, потом на отца, а потом и вовсе отвернулась.

- Я люблю тебя, Шевченко! - громко крикнул мне Антон, который продолжал стоять на том же самом месте.

- Да, что же такое то, а!? – сказал папа и с силой отпихнул от себя чемоданы. – Уйдет этот танцор отсюда или нет?

- Я тебя тоже люблю, Антон, - абсолютно не обращая внимания на реакцию отца, крикнула я в ответ. – Я даже кота назвала в честь тебя! Теперь в Лондоне у меня будет свой Антон.

- О Боже мой, когда же очередь дойдет до нас? – взмолилась мама, не желая больше слышать наши крики.

- Пиши, звони мне и продолжай танцевать. Ты очень классно танцуешь! – послышалось в ответ. – Кстати, поешь тоже классно! Тебя Самойлова на видео в караоке сняла. Я видел! Ты у меня самая лучшая! – улыбаясь, прокричал Антон.

Окружающие смотрели на нас и улыбались, не понимая, что мешает нам подойти и тихо сказать это друг другу. Почему нужно было кричать все, находясь в пятнадцати метрах друг от друга? 

- Забирай уже свой паспорт и иди к своему Антону! Устроили тут цирк! Весь аэропорт на уши подняли! – строго сказала мне мама, сунув в руку мой билет и загран.

Я тут же бросилась в объятия парня. Именно бросилась. Как утопающий бросается из последних сил в сторону спасательного круга. Он легко подхватил меня и закружил. Я смеялась и рыдала, уткнувшись в его шею, ощущая до боли знакомый и родной запах.

- Эй, танцор, чемоданы иди забирай, - крикнул папа Антону, указывая на все мои вещи.

Мы послушно направились к стойке регистрации. Даже недовольные физиономии родителей меня не смущали, я улыбалась во все тридцать два зуба, крепко держа за руку моего любимого наставника.

Папа тут же вручил Матвейчуку все чемоданы и переноску с Тошей, а мне вернул ключи от московской квартиры, которую, слава Богу, мы не успели продать.

- Ближе к лету, если вы еще не расстанетесь, конечно, ждем вас в Лондоне для более близкого знакомства, - приказным тоном, сказала мама. – Надеюсь, ты не разобьешь моей дочери сердце, - сказала родительница, обращаясь к парню.

- Не разобью, - уверенно ответил Антон, улыбаясь.

Мы попрощались с родителями и пошли прочь из аэропорта. Радости моей не было предела. Я даже подумать не могла, что все так закончится. 

- Слушай, зачем ты кота назвала моим именем? – удивленно спросил Антон.

- Не знаю. Захотелось, - пожав плечами, ответила я.

- А ты о чем разговаривал с моими родителями?

- Не важно, главное ты сейчас рядом, - Антон остановился и поцеловал меня.

- Ребята, я выложу все на «ютьюб». Это будет бомба, - сказала Акимова, которая снимала все это время мой несостоявшийся отъезд на свой телефон.

Мы не отвлекаясь на Аньку продолжали целоваться, забывая обо всем на свете. Сейчас в мире существовали только я, Антон и наша любовь, которая так нелегко нам досталась… Я не выдержала эксперимента с браслетом и не была хорошей девочкой, но я ни о чем не жалела, да и зачем, если и без всяких условностей и рамок можно стать счастливой? Просто нужно слушать свое сердце...