Фламиус. Игры с отражением

Глава 5

Я прошла в указанное место и тихо закрыла за собой дверь.
Комната была узкой и холодной. Вдоль стены тянулась скамья, под потолком — узкий проём, сквозь который падал дневной свет. Напротив — зеркало.

Я подошла ближе.

Отражение встретило меня безжалостно. Худое лицо, синяки под глазами. Кожа, обветренная дорогой. Грязные волосы небрежно выглядывали из под кепки, плащ висел неровно, словно принадлежал не мне. Что, собственно, так и было. Ну и, напоследок, безобразное подобие носа…

— Ужас то какой… — донёсся знакомо-насмешливый голос.

Быть того не может…

Я осмотрела небольшую комнату, но здесь было пусто. Никого. Сердце чуть отпустило, и я решила, что разум просто сдался после дороги. Я потянулась к сумке, и в тот же миг комнату разорвал хохот — слишком уж настоящий для плодa воображения.

— Ну неет, — протянул голос с откровенным весельем. — Не списывай меня так легко на усталость. Мне обидно.

Мой взгляд снова упёрся в зеркало.

Секунду отражение было обычным — усталое, без каких либо эмоций. А затем оно пошевелилось. Я замерла.

Отражение приподняло бровь. Уголки губ медленно поползли вверх.

— Ох, — протянул он с явным удовольствием, — а вот теперь ты меня заметила. Прогресс. Обычно ты соображаешь быстрее.

— Ты что здесь делаешь?!

— И тебе доброго дня, Лалиэн.

Не сдержавшись, в ответ я лишь выругалась. Зеркальная поверхность дрогнула, и спустя секунду из неё проступили наглые, янтарные глаза.

— Не подобает юной леди произносить столь ужасные слова. Несколько дней вдали от дома испортили тебя, девочка моя…

— Заткнись, Хан! Иначе я тебя скормлю…

— Миере… Знаю, слышали уже эту песенку. — Невозмутимо произнёс мой фамильяр, выглядывая из зеркала и озираясь по сторонам. Только после тщательного осмотра, маленькое тельце показалось полностью.

Ишь какой «осторожный»…

Я скрестила руки на груди и уставилась на него так, словно могла взглядом загнать обратно в зеркало. Хан, разумеется, сделал вид, что это к нему никак не относится. Своей вальяжной походкой, фамильяр направился к скамье и устроился прямо на моей сумке.

Для постороннего он выглядел бы весьма… странно. Маленькое, худощавое тельце, покрытое шерстью с медным отливом. Узкая мордочка, слишком умная для зверя, слишком ехидная для духа.

Каждая семья с сильным магическим резервом, чья кровь веками пропитывалась чарами, — имела фамильяра. Не питомца и не слугу, а связь. Крепкую, неразрушимую связь.

Фамильяр рождался не сразу. Его не «призывали» в привычном смысле. Он формировался из магии рода, из характеров, ошибок, побед и грехов предыдущих поколений. Потому у каждого дома он был свой: у кого — величественный, у кого — пугающий, у кого — откровенно мерзкий. Но всегда — разумный. И всегда — привязанный.

По традиции фамильяр переходил наследнику рода. Не обязательно старшему по возрасту, но сильнейшему. Тому, кто нёс на себе родовую печать и мог удержать эту связь, не сломавшись. Так было испокон веков. Так должно было быть и у нас. Однако, Хан, минуя брата, привязался именно ко мне.

— Ты хмуришься, — заметил Хан с ленивым интересом. — Морщинки будут. Хотя… тебе, пожалуй, пойдёт. Добавит суровости. Ты ведь у нас уже не леди.

— Хан... у меня будут большие проблемы из-за тебя. Никому не разрешено брать с собой фамильяра в академию.

— Да брось, Лали! Ты и без меня достаточно подозрительная персона. Одинокая, плохо замаскированная, с аурой, которую хочется пощупать.

— Если меня выгонят в первый же день, я тебя собственноручно утоплю в ближайшей бочке. — Скинув на него плащ, я поспешно сменила рубашку, и принялась отряхивать грязь с брюк.

— Какая трагедия, — вздохнул Хан, копошась под плащом. — А ведь я всего лишь маленький, беззащитный фамильяр, вынужденный сопровождать свою воительницу.

— Ты не идёшь со мной, — отчеканила я. — Сидишь здесь. Тихо. Незаметно.

— А ты уверена, что справишься без моей бесценной поддержки?

Ответить я не успела.

Гонг.

Глухой, тяжёлый звук прокатился по зданию, заставив дрогнуть стены. Отбор начинался.

— Чтоб тебя… — я резко повернулась к зеркалу, в последний раз окинув себя взглядом. Представительным адептом я конечно не стала, но уже что-то. Сдвинула кепку ниже, пряча выбившиеся пряди, и провела ладонью по лицу, стирая усталость.

Двор встретил гулом шагов и голосов. Я влилась в поток, не поднимая головы. Не выделяться - это моя первостепенная задача.

Во дворе нас выстроили быстро и грубо. Крики, короткие приказы, скрежет металла. Я встала в ряд, на положенное расстояние, руки по швам, взгляд прямо.

— Добро пожаловать в академию Фламиус! — Раздался грубый голос. — С этого момента, вы не наследники, не любимые дети, не чьи-то надежды и разочарования.

Я смотрела прямо перед собой, фиксируя взгляд на точке где-то между его плечом и воротником. Не потому, что не хватало смелости, и не из уважения или расчёта. Причиной тому были грубые шрамы, растянувшиеся по всему лицу прибывшего.

— Ваша боль, ваши страхи, ваши слабости — всё это будет выжжено калёным железом. Здесь не место для сопливых аристократов, — его голос был пропитан презрением, и он явно наслаждался тем, как держит нас в напряжении.

— Ох и не повезло же тебе, подруга… Знаю я этого старика, мерзкий тип. Как то они с твоим отцом …

Я резко опустила взгляд, улавливая знакомую рыжую шерсть, выглядывающую из приоткрытой сумки. И, убедившись, что неугомонного духа никто не заметил, бесцеремонно запихнула его обратно в сумку.

Тем временем, толпа зашевелилась. Кто-то шагнул вперёд, строй качнулся, и я, не желая выделяться, двинулась следом, мысленно уничтожая Хана.

— Куда мы идём? — тихо спросила я у рядом шагающего парня. Ответа так и не поступило, лишь короткий, косой взгляд в мою сторону.

Мы вышли за внутренние ворота академии и перед нами открылась большая площадка. По периметру торчали обломанные колонны, а между ними — металлические штыри с цепями, крюками и странными конструкциями, назначения которых я предпочла не угадывать.