Фламиус. Игры с отражением

Глава 8

— Те, кто считает, что десяти кругов достаточно, могут разочароваться заранее. Проверим, на что вы способны. — Генерал прошёл вперёд, и все направились следом.

Возможно, он просто его дальний родственник, с таким же именем… ведь теоретически это и вправду возможно?

Я не могла оторвать взгляд от широкой спины генерала, ломая голову. Страх накрывал все больше. Вен-Ригонты были осведомлены о том, что Лиам … что его больше нет. Все его документы давно были отосланы в академию, ещё до его зачисления. Помимо этого, Лиам лично присутствовал в их поместье, выполняя просьбу отца. А значит, встречался и с Вен-Ригонтом младшим…

Если бы передо мной был мой несостоявшийся жених, то мою личность бы давно раскрыли. С другой стороны…

Генерал неожиданно застыл на месте, и лишь благодаря невероятному везению мне удалось избежать столкновения. Но едва он развернулся, стало ясно, что я подошла к нему чересчур близко, увлеченная внутренними переживаниями.

— Полоса на время… — произнёс генерал, не сводя с меня пытливого взгляда, пока я медленно отступала назад к остальным. — … Отсчет пошел.

Генерал махнул рукой, указывая в сторону сложного комплекса препятствий, начинающегося прямо перед нами.

Толкотня началась мгновенно. Все ринулись вперед, толкаясь и пытаясь занять выгодную позицию. Я попыталась держаться в стороне, но это оказалось невозможно… Толпа потных мужиков сбила меня с ног почти сразу, лишая возможности хоть что-то контролировать.

Первое препятствие – стена – превратилось в неразбериху из пытающихся вскарабкаться на неё тел. Меня прижали к стене, зажав между спинами и грязным камнем. Я пыталась оттолкнуться, вылезти, но тщетно.

Время шло, а я все еще барахталась у подножия стены.

Чтоб тебя!..

Через какое-то немыслимое время, собрав последние крохи сил, я рывком оттолкнулась от стены и, с трудом переведя дыхание, вскарабкалась на ее вершину. Но впереди ждал еще более пугающий вид: толпа, барахтающаяся в грязном рву, как стая обезумевших зверей.

Шансов догнать остальных не было. Впрочем, как и сил...

Я сползла в ров почти сразу же, как перелезла стену. Ноги подкосились, грязь хлюпнула под ладонями, и я едва не ушла с головой в мутную жижу. Запах стоял такой, что перехватывало дыхание.

— Эй, шевелись! — рявкнули сверху.

Легко сказать…

Я попыталась встать, но сапоги скользили, тело не слушалось, а руки дрожали от усталости. Каждый рывок заканчивался тем, что я снова падала, увязая глубже. Когда я всё-таки выбралась, вывалившись на другую сторону, полоса уже была почти пуста. Спины адептов мелькали где-то далеко впереди.

Я побежала. Вернее, попыталась. Ноги налились свинцом, дыхание сбилось, в груди жгло так, будто туда плеснули огня. Запнувшись, рухнула на колени, а потом и вовсе распласталась в грязи.

— Время! — разнёсся над полем холодный голос. Генерал стоял в стороне, скрестив руки за спиной, и смотрел прямо на меня. — Встать!

Я попыталась. Сначала оперлась на руки, потом на колено — и снова рухнула.

По строю прокатился смех. Бездушные сволочи, где же ваше хваленное братство…

— Шестьдесят восьмой, что ты здесь делаешь? — Генерал возвышался надо мной так, что его тень накрыла меня целиком.

Я молчала, собирая остатки воздуха в лёгких.

— Я спросил, — продолжил он уже громче, так, чтобы слышали все. — Что. Ты. Здесь. Делаешь?

— П-пытаюсь пройти полосу, сэр.

— Что ты делаешь в Академии? — В голосе генерала сквозила уже не просто холодная отстранённость — там явственно звенело раздражение.

— Прохожу обучение, сэр, — выдохнула я, стараясь держать спину прямо, хотя тело отчаянно просило просто упасть и больше не подниматься.

— Нет! Ты пытаешься проходить обучение. И это разные вещи. Моя бы воля, и духа твоего бы здесь не было. Слабость - самое ничтожное, что я могу наблюдать перед собой. И сегодня ты щедро мне её продемонстрировал. Я не заинтересован в том, чтобы видеть её перед собой, — Он выпрямился, собираясь уже отвернуться, будто всё было решено заранее. — Ни сегодня. Ни завтра. Ни на поле боя.

— Я не слабый.

Согласна, странно слышать это от человека, не способного вылезти из грязи без посторонней помощи. Но я не могла позволить себе очернить имя брата, покинуть академию с таким позором.

Я попыталась встать, рывком подтянув ноги под себя. Сначала с опорой на руки, затем на колени. Тело подчинялось с трудом. Грязь вязла в сапогах, руки скользили по липкой земле, но я цеплялась всем, чем могла. Кто вообще додумался сделать эту полосу препятствий такой… нечеловеческой?

Поднявшись, я выпрямила спину, вперив взгляд в генерала. Он стоял неподвижно, словно каменный истукан, наблюдая за моими попытками с плохо скрываемым презрением.

«Слабость», - эхом отдавалось в голове его слово. Это было хуже пощёчины, это было унижением, которое я должна была смыть.

— Десять дополнительных кругов. Докажешь, что имеешь право здесь находиться — останешься. Не докажешь — освободишь место тому, кто способен крепко стоять на ногах.

Ещё десять кругов? С ноющими от боли мышцами и содранными коленями? Это казалось невыполнимым, жестоким, бессмысленным наказанием, но был ли у меня выбор? Нет…

— Так точно, Сэр, — выкрикнула я громче, чем следовало.

Генерал кивнул, не удостоив меня больше ни единым взглядом, и скомандовал построение. Я же, не теряя времени, двинулась к старту, под геройские речи Хана, сливающегося с обстановкой.

— Да я шкуру с него сдеру! О великие духи, уберегите от злодеяния.. — Хан продолжал сыпать проклятиями в адрес генерала, щедро приправляя их колоритными выражениями. Я же пыталась убедиться себя, что это всего лишь десять кругов.

Десять кругов ада.

Первый круг я пробежала, скорее, на моральном подъеме. Ярость, смешанная с отчаянием, давала силы, помогала игнорировать ноющую боль в мышцах и горящие легкие. С каждым последующим силы покидали меня все больше, но я продолжала бежать. Десятый круг стал последним испытанием. Ноги отказывались слушаться, сознание то и дело отключалось, но я продолжала двигаться вперед, переставляя ноги, пока не доползла до финиша. Упав на землю без сил, я слышала лишь стук собственного сердца и шум крови в ушах. Но я сделала это.