Фламиус. Игры с отражением

Глава 43

Первый круг прошел в полном молчании. Все это было так странно, так … неправильно. Его пальцы на моей талии, его плечо под моей ладонью, его дыхание где-то у виска...

— Вы дрожите.

— В зале действительно душно, сэ… Кассел, — ответила я, запнувшись на имени.

Он повел меня в повороте, чуть наклонив корпус, и на мгновение я задержала дыхание. Его лицо оказалось слишком близко. Я увидела каждую крошечную морщинку в уголке глаз и собственное отражение в темной глубине его зрачков. Мои пальцы, лежащие на его плече, невольно сжались, сминая жесткое сукно мундира.

— Я должен извиниться перед вами. Я не могу жениться на вас, леди Лалиэн. Но я могу предложить кое-что другое. Перемирие. Вы не станете моей женой, но я сделаю всё, чтобы вы не пострадали от последствий этого… недоразумения. Ваша репутация не будет запятнана. Я позабочусь об этом.

Я сбилась с шага. Нога подвернулась, и паркет ускользнул из-под каблука. Он мягко подхватил меня — широкая ладонь легла на талию, вторая крепче сжала мои пальцы, — не дав упасть, и продолжил вести в танце, словно ничего не произошло. Только его большой палец едва заметно погладил мою ладонь, то ли успокаивая, то ли извиняясь.

— Я понимаю, это не то, что вы ожидали услышать от меня, но ….

— Вы правы, я не ожидала.

Мои пальцы на его плече вдруг обрели собственную волю. Задумавшись, я чуть подалась вперёд, увлекая его за собой. Всего один шаг, в котором я перехватила ритм. Его рука послушно сместилась на моей талии, подстраиваясь под новое направление, а бровь едва заметно поползла вверх.

— Неожиданное чувство.

Я посмотрела на него, вопросительно подняв бровь. Кассел перевел взгляд на наши руки. А именно, на мою маленькую ладонь, уверенно лежащую поверх его пальцев.

— Ох… Простите, — сказала я, возвращая ему инициативу и позволяя снова вести. Я опустила взгляд, разглядывая серебряные пуговицы на его мундире. — Задумалась. Это вышло само собой.

Ну и, возможно, поспособствовали танцы с Эви.

Кассел качнул головой.

— Не извиняйтесь. Это было… освежающе. Странно, но не неприятно. Как будто… отпустил поводья. А конь сам знает дорогу.

Я едва не застонала вслух. Он сравнил меня с конём. Прекрасно. Просто великолепно. Лалиэн, ты достигла пика женской привлекательности — мало того, что отвергли, так ещё и приравняли к кавалерийской лошади. Я закусила губу, чтобы не расхохотаться прямо ему в лицо.

— Благодарю за столь… лестное сравнение, Кассел.

Он моргнул. Потом осознал, что ляпнул, и на его щеках — о чудо из чудес! — проступил слабый румянец. Генерал Вен - Ригонт покраснел. Если бы кто-то из адептов увидел это, легенды о непробиваемом коменданте рухнули бы в одночасье.

— Я не имел в виду… то есть, вы не лошадь. Совсем. Наверное, я …

Он сглотнул, кадык дернулся.

— Наверное?

— Я не это хотел сказать, то есть, не так… Проклятье.

Он замолчал, уставившись в потолок. А я больше не могла сдерживаться. Тихий смех вырвался наружу — я прикусила губу, но плечи уже тряслись. Глаза заслезились от усилий не засмеяться в голос.

— Кассел, — выдохнула я, отсмеявшись. Удивительно, но с каждым разом произносить это имя становилось все легче. — Вы только что сделали для моей самооценки больше, чем все комплименты этого вечера вместе взятые. Я — конь, знающий дорогу. Это войдёт в историю.

Он посмотрел на меня с таким облегчением, что я чуть не расхохоталась снова.

— Вы не обиделись? Обычно я лучше справляюсь со словами.

Кассел чуть сильнее сжал мою ладонь, направляя в очередном пируэте, и его пальцы обхватили мои с неожиданной нежностью.

— Нисколько. Более того, — я склонила голову к плечу, — я, пожалуй, приму ваше перемирие. Только с одним условием, не посвящайте в наши планы вашего брата.

На самом деле, это было более чем хорошо. Мне и делать-то ничего не придётся, генерал справится со всем сам. Было, конечно, чуточку неприятно — где-то глубоко внутри, под ребрами, кольнуло, — но я засунула эти женские обиды куда подальше. Поглубже. В самый темный чулан души, где им и место.

Кассел внимательно посмотрел на меня.

— Вот так просто?

— Вот так просто, — подтвердила я, мысленно аплодируя себе стоя. Лалиэн Мардо, мастер двойной игры. Где-то на подкорке пискнула совесть. Я дала ей подзатыльник. Не до тебя.

— Даже не швырнете в меня бокал?

— А так можно?

Генерал рассмеялся.

— Ну, разве что мы опечалим хозяина приема.

— Вы ведь даже не спросили, хочу ли я этой свадьбы, Кассел. С ходу обрушили новость о расторжении помолвки, которой по сути и не было.

Он кивнул, принимая этот упрек как должное.

— Вы правы. Я действовал, как на поле боя. Увидел угрозу — нанес упреждающий удар. Привычка, от которой сложно избавиться.

— На самом деле, я собиралась просить вас о том же самом. Просто вы меня немного опередили. И потому не мне швыряться бокалами.

Генерал кивнул, не сводя с меня глаз.

— Должен признаться, вы меня приятно удивили, Лалиэн.

— Потому что не хочу за вас замуж?

— Вы ...

— Конь, знающий дорогу, — подсказала я с улыбкой.

Он снова рассмеялся. Я смотрела на него, поражаясь тому, какой он … другой.

Для меня он был непробиваемой крепостью, о которую разбивались любые надежды на поблажку.

А здесь от той крепости остались лишь стены. Внутри же обнаружился живой человек. Его смех — негромкий, с хрипотцой. Пальцы, которые ещё вчера сжимали эфес меча, а теперь так бережно держали мою ладонь, словно она была сделана из тончайшего фарфора. И этот румянец — о Великие, он краснел! Тот самый человек, который мог одним взглядом заставить закалённых бойцов опустить глаза, сейчас смущённо запинался, пытаясь объяснить, что я не лошадь.

Запомни этот момент, Лалиэн. Будешь вспоминать, когда он узнает правду и прикажет тебя четвертовать.

— Могу я задать вопрос?

Кассел повел меня в широком круге, и его ладонь чуть сместилась на моей спине, придерживая увереннее.