Фламиус. Игры с отражением

Глава 49

Дом Мардо снова гудел. Слуги сновали по коридорам с охапками цветов, серебряными подсвечниками и рулонами дорогой ткани.

Меня же заперли в комнате. Не в прямом смысле — дверь не запиралась, — но стоило мне высунуть нос в коридор, как откуда-то немедленно появлялась горничная с настоятельной просьбой вернуться и «готовиться к вечеру». Отец не искал встреч, и я не настаивала. После того, что случилось в кабинете, мы оба словно заключили временное, молчаливое перемирие.

— Госпожа, прошу, поверните голову чуть вправо, — голос Норы вывел меня из задумчивости.

Я послушно повернулась, чувствуя, как её ловкие пальцы вплетают в мои волосы жемчужные нити.

Платье уже облегало фигуру, струясь к полу тяжёлыми складками. Лиф, расшитый мелким жемчугом подчёркивал линию плеч и ключиц, оставляя их открытыми. Длинные рукава заканчивались изящными шнуровками на запястьях. Никаких лишних оборок, никакой кричащей роскоши. Строго, холодно и… красиво. Словно меня упаковали в доспех из шёлка и серебра, готовя к битве. К моей собственной битве.

В дверь постучали. Я вздрогнула, и Нора тут же метнулась открывать.

Но вместо того, чтобы чинно дождаться, пока гостю отворят, дверь резко распахнулась сама, с глухим стуком ударившись о стену. Я удивлённо обернулась, чуть не выронив из рук серебряный гребень.

На пороге, тяжело дыша и раскрасневшись с дороги, стояла Эвелин. Повисла короткая пауза, а потом она сорвалась с места и в два шага пересекла комнату, заключая меня в крепкие объятия.

— Живая, — прошептала она мне в плечо, и я почувствовала, как пальцы вцепились в ткань моего платья.

Я отстранилась, вглядываясь в её лицо. Эвелин почти не изменилась за те месяцы, что мы не виделись. Те же озорные карие глаза, чуть вздёрнутый нос, россыпь веснушек, которые она безуспешно пыталась вывести. Только взгляд стал взрослее, да в уголках губ затаилась новая, незнакомая мне складка.

— Ты что здесь делаешь? — я провела ладонью по лицу, стирая слезы.

— Да вот, — подруга небрежно пожала плечами. — услышала случайно новость, что Лалиэн Мардо выходит замуж.

У меня дернулись плечи от беззвучного смеха.

— Удивилась, небось?

Нора, стоявшая у двери, демонстративно кашлянула, напоминая о своём присутствии.

— Оставь нас, — бросила я, не оборачиваясь.

Девушка помедлила мгновение, но вышла, плотно притворив за собой дверь.

— Кажется, мы уже проживали нечто подобное, — улыбнулась я, потянув Эвелин за собой на диван.

— Лали.

— М?

— Что происходит?

— Я, скажем так, пересмотрела свое отношение к браку.

— Лали, я тебя умоляю, — Эви скрестила руки на груди, а я улыбнулась краем губ, переводя взгляд к окну. — Расскажи мне, что произошло.

— Я узнала поближе генерала.

— Лалиэн!

Улыбка сползла с моего лица. Я посмотрела на свои руки, лежащие на коленях. Пальцы чуть подрагивали, и я сжала их в кулаки. Я не хотела впутывать в это всё Эвелин. Впутывать ещё больше, если быть точнее.

— Лали, — голос Эви прозвучал крайне настойчиво. — Расскажи мне, что произошло.

Я медленно подняла голову и встретилась с ней взглядом. В карих глазах подруги плескалась тревога.

— Ничего не произошло, — я пожала плечами, растягивая губы в лёгкой улыбке. — На самом деле, генерал Кассел совсем не такой, каким мы его себе представляли. Он честный, смелый, справедливый. Только вот есть у него один недостаток - его младший брат.

Эви хмыкнула, внимательно разглядывая меня.

— Да ты покраснела. Неужто и правда так хорош?

Я машинально коснулась щек, чувствуя, как они действительно начинают гореть под её пристальным взглядом.

— Я не... — начала было я, но Эвелин уже подалась вперёд, и в её глазах заплясали те самые озорные искорки, которые я так любила.

— Лалиэн Мардо, живо рассказывай все с самого начала.

Ну я и рассказала. Правда, романтической линии в моем рассказе места не было.

— Да он тебя шантажирует, — начала Эви, стоило мне только упомянуть Дариона. — Лишь бы отобрать женщину у брата! Пользуется тем, что между домами заключено соглашение. Какая сволочь этот комендант.

Эвелин вскочила с дивана и заметалась по комнате, теребя край рукава.

— Неужели ты позволишь ему манипулировать собой?

— Эви, тише, — я поймала её за руку, усаживая обратно. — Всё не так просто. Дарион…

— Дарион? — она округлила глаза.

— Комендант, — поправила я, закатив глаза. — Он ведь прав, что бы там ни было. Их отец - глава имперской армии. И если он заинтересован в этом браке, то отказаться — значит объявить войну не одному дому, а всей военной верхушке империи. Я ещё не согласилась стать женой генерала, хоть и понимаю, что моего разрешения и не ждут вовсе. Но я все ещё надеюсь, что мне удастся его переубедить.

— Ох, Лали … — Эвелин притянула меня к себя, заключая в объятия. — Бедная моя девочка.

Я прикрыла глаза, позволяя себе хотя бы на мгновение забыть о том, что ждёт меня внизу.

В дверь снова постучали.

— Госпожа Лалиэн, экипаж приближается. Нам стоит поторопиться.

— Сообщи мне, как только вернёшься, — тихо сказала подруга, сжимая мои пальцы. — Я буду ждать.

Я кивнула, уткнувшись в родное плечо, и жадно втянула цветочный аромат.

Экипаж прибыл ровно в полдень.

Я стояла у окна своей комнаты и смотрела, как чёрная карета с фамильным гербом генерала въезжает в распахнутые ворота. Четвёрка лошадей, кучер в тёмно-синей ливрее, двое сопровождающих верхом. Внушительно. Как для перевозки ценного груза.

Именно грузом я себя сейчас и ощущала.

Нора суетилась за спиной, поправляя складки платья и причитая, что госпожа слишком бледна. Я уже не вслушивалась в ее слова, погрузившись в собственные мысли.

Отец с тех пор так и не покинул свой кабинет. Томас передал через Нору, что лорд Мардо нездоров и не сможет проводить дочь лично.

Я не знала, что чувствую по этому поводу. Облегчение? Горечь? Всё смешалось в тугой ком, который я запретила себе распутывать. Не сейчас. Сейчас нужно держать спину прямо, подбородок — выше, а лицо — спокойным. Как однажды сказал генерал: «Слабость — самое ничтожное, что я могу наблюдать перед собой».