Фламма. Возрождение

Глава 7.

            Кошмары. Они терзали сознание, рвали его на куски, испытывали на крепость ее нервы и ломали волю к сопротивлению. В какое-то особенно страшные моменты ее выбрасывало в реальность, затем снова затягивало в пучину ужаса. Холод, сырость, боль – все походило на мешанину ощущений, пока теплое прикосновение к лицу не изгнало призраки прошлого и не освободило разум от оков страха, а пробуждение поутру вернуло в суровую действительность. Точно по сигналу открылась дверь и на пороге возник Вратислав с подном, оснащенным чайным сервисом. Установил его на столик, наполнил чашки и протянул одну девушке, со своей же, занял кресло напротив нее.

            - Поговорим?

Вдыхая ароматный напиток, посокрушалась на отсутствие в меню кофе и хриплым со сна голосом ответила.

            - Ты еще не наговорился?

            - У меня гостит дорогой гость, а я все еще ничего о нем не знаю. Не замечаешь несправедливости? – с легкими нотками цинизма вопросил он.

            - Достаточно того, что на поверхности, - надменно вымолвила она.

            Он сделал задумчивый вид, побарабанил пальцами по губам и вдруг начал излагать:

            - Давай попробуем синхронизировать твои данные и проверим их достоверность. Твое имя Олеся, отроду около 26-27 лет и ты Фламма. Вот и все что мне доподлинно известно.

- Скудно как-то, - довольно жмурясь, сделала вывод.

- Верно. Однако есть еще сведения, требующие подтверждения.

- Я вся внимание, - откинулась на подушку и прижала к губам чашку, дабы скрыть проказливую улыбку. Ее маневр раскусили, ибо насмешливый взгляд не мигая следил за ней.

- Для начинающей ты обладаешь неограниченными возможностями: черпаешь силу из разных источников и присовокупляешь к огню иные способности, не присущие Фламма. Более того, стоит добавить к этому списку владение на ментальном уровне и знание Мертвого языка, почитай бомба замедленного действия. На основе озвученного, следует вопрос, - резко подался вперед, едва не расплескав чай, и потребовал: - Где Летопись Мертвых?

Репетировать круглые глаза не представилось возможным, поэтому пришлось быстро стряпать удивленно-пришибленный вид и хлопать ресничками.

- Прости?

Василиск расхохотался, успев избавиться от обжигающего напитка, и прислонился к спинке кресла.

- Актрисы из тебя не ахти, но старания я оценил, - даже не погнушался аплодисментами.

Злость на себя и на собеседника расцвела маковым цветом. Оправдываться, да и вообще помогать ему докопаться до правды она не обязана, слишком много чести.

- Спасибо за скромную оценку моих актерских данных, но то что тебе нужно, у меня нет и никогда не было.

- Допустим, но знания же ты откуда-то черпала, - невозмутимо.

- Где черпала, там их уже нет, - зло выпалила она.

Он склонил голову к плечу, устремив на девушку прищуренные глаза и неожиданно выдал:

- Удивительно, но я склонен верить тебе. Тем не менее мне бы хотелось услышать вразумительно объяснение на остальные вопросы.

- Перетопчешься.

Словно не слыша ее, продолжал допрос:

- Мне очень интересно каким образом ты черпаешь силу из других истоков и, комбинируя, пускаешь в ход.

- У меня один источник - огонь.

- Ты не ответила, - спокойно произнес мужчина.

- А с какой стати должна? – нахально спросила Олеся.

- С той, что пока ты не ответить на все вопросы, ты будешь находиться здесь.

И столько убежденности в голосе. Если бы не минувшие испытания, на раз бы поверила, а так лишь расхохоталась. Вратислав терпеливо пережидал приступ веселья, затем услышал ироничное замечание:

- Прежде чем грозить мне, сам для начала поверь в это.

Не удостоив ее ответом, молча встал и вышел. Задела все-таки за живое, иначе бы не позволил оставить за собой последнее слово. Жаль, она бы нашлась что еще сказать.

            С уходом василиска ее снова накрыло сосущее чувство пустоты. Силясь его избежать, долго наводила перед зеркалом лоск, используя подручный материал, по второму кругу пощелкала все сто каналов кабельного телевиденья, чуток подремала, а когда проснулась увидела незнакомого молодого человека, принесшего обед. Ела перед телевизором, совершенно не вникая в происходящее на экране. Боль от дыры в груди росла, а ноющие ребра лишь служили оттенком этой всепоглощающей муки. И как всегда, когда она оставалась одна, все ощущения возвращались в троекратном размере, тараном врезались в сознание и крошили волю. Ничто не могло отвлечь от этой пытки, в углах росли пугающие тени, а богатое воображение довершало картину, подводя ее к краю, перешагнув который возврата не будет. В связи с нынешним состоянием, даже компания Вратислава казалась желанной, однако в этот день он так и не появился.