Флермонд. Выпускной бал

15.

— О, это очень сложно, — уважительно качали головами подружки. — Ему-то всё равно, а девушка должна в воздухе равновесие держать, иначе упадет!

— А если попробовать?

— С ума сошла?! Убьешься! — испугались девчонки. — Очень опасно! И думать не смей! Это уметь надо! Он так ни с кем не делает, только одна могла!

— Кто? — крайне сдержано уточнила новая партнерша.

— Училась в их классе… по прозвищу Лисица. Она… акробатка, наверное. Да-да, загадочная барышня… Говорили, она только наполовину дворянка, понимаешь? Рассказывают, раньше, в детстве, он ее и на плечи ставил в полный рост, и на поднятых руках она у него стоять могла!

— А куда делась?

— Она ушла из школы, давно уже. С тех пор и выбирают каждый раз, кто будет в первой паре. Но чтобы так… Открыто первый раз выбирали, обычно Многоножка назначал. Кого учитель выберет, та и пойдет!

— Ну, а сейчас разве не так?.. — слегка покраснела Новенькая, опустив лицо.

— Что ты! Ничего похожего! Тебя ведь он САМ выбрал! И раньше никогда сразу всех не звали…

Первая дюжина получила наставления и замечания маэстро Ильвена, и на графа набросилась "команда запасных". Соседки Виолетты стайкой спорхнули со скамейки и побежали в круг. Она заметила, что единственный кавалер в зале пристально смотрит на нее, и тут же отвернулась. Ее больше устраивало наблюдать за ним издали, с безопасного расстояния. Глядя со стороны, партнерша признавала, что его выход в первой паре, во всём блеске, сильное зрелище. Он и сейчас здорово держится, не забывает улыбаться, хотя, наверное, ему всё-таки тяжело. По виду не поймешь. Но Виолетта затаённо его жалела.

В перерыве все девушки без музыки на счет репетировали свои самостоятельные движения по одиночке и в общем кругу. Пока маэстро Ильвен дирижировал этой павлиньей стаей, где курочки распускали хвосты намного пышнее павлина, граф сел на скамейку, отдохнуть. Мадам Вудс принесла ему стакан воды. Он молча поблагодарил. Выпил, остаток плеснул в ладонь, провел по лицу и взъерошил волосы. Тряхнул головой, прислонился затылком к стене и закрыл глаза.

Виола тихо села рядом. Вернее, на метр от партнера.

— Прошу прощения…

Он не вздрогнул и не открыл глаз, хотя явно не слышал, как она подошла. Как будто чувствовал ее присутствие раньше вопроса.

— Что, мадемуазель?

— Маэстро Ильвен сказал нам не показывать "полёт", чтобы вы заранее не устали?

— Нет, это должен быть сюрприз. Чтоб ни одна душа даже не подозревала, что мы на это способны. На репетициях при всех его не будет. Только уже на премьер… на балу.

— Я никому не скажу, — обещала Виола и скептически усмехнулась: — Да мне и не поверят! Все хором твердят, что прежнюю звезду этого номера заменить невозможно!

— Это правда. — Его голос прозвучал загадочно для Виолетты. Как-то бесцветно, сухо, как будто ему слишком многое хотелось сказать, но… не говорить же всё это ей, в самом деле! — Научить можно многих, но…

— Вам ее не хватает? Вашей бывшей партнерши?

— Почему, бывшей? — он чуть вздохнул. — Мадемуазель Кливи и сейчас моя партнерша. В театре.

— Вы играете на театре? — с уважением спросила она.

— Да.

Прозвучало так, что отрезало возможности лишнего любопытства и насмешек. Но Виолетта так же церемонно спросила, как на уроках светской речи:

— А что вы сейчас играете?

— Да так, ставим одну оперетту… молодого автора, вы не знаете. Это театр-студия… Можно сказать, творческий эксперимент, — он снисходительно усмехнулся. Нахмурился, вспомнив, что хотел сказать: — Иногда я вынужден бежать с занятий, даже не попрощавшись, или опаздываю к началу. Прошу, не сердитесь, просто у меня репетиции. И тот наш гений намного строже Многоножки!

Виола кивнула, приняв к сведению. Потом сообразила, что он не видит. И правильно поняла, это — месть. Граф разгадал ее игру. В любой момент он откроет глаза, чтобы поймать ее. На всякий случай, скромница тут же испуганно потупилась, не зная, что Гиацинт чувствует, когда она пристально смотрит, а когда — нет.

Вслепую угадав ее маневр, он чуть улыбнулся. Вскоре маэстро Ильвен позвал их обоих в центр зала. Пришла очередь Виолетты показывать каждой по очереди барышне правильные движения и корректировать их стиль танца. Партнер держался рядом, помогая, если учитель от него этого требовал. Со следующего занятия к ним присоединились другие кавалеры. Теперь танцевали парами.

Приходя на двадцать минут раньше или уходя позже всех, первая пара тайком закрепляла свой финальный "сюрприз". Виолетта "летала" уже вполне уверенно, и Многоножка нашел возможность совершенствовать всякие мелочи: как держать руки, куда повернуть голову и т.д.

Как предупреждал, Гиацинт не всегда точно вписывался в график занятий и, бывало, скрипел зубами, не зная, как сбежать пораньше. Виола провожала его заинтересованным взглядом, зная, что он спешит к "той самой". Вот бы увидеть их парный танец! Хотя, если это действительно так здорово, как говорят (никто не отказывал себе в удовольствии ткнуть Новенькую шпилькой: "Вот раньше!..") у нее не хватит духу соперничать с "бывшей". Да и со всеми нынешними, тоже. Почему они все так жадно на него смотрят и томно вздыхают? Что в нем особенного?!