Флермонд. Выпускной бал

50.

Другого пажа прозвали по-птичьи — Кардинал, за хохолок на макушке и редкую способность заливаться краской по уши, быстрее, чем Розанчик. Пиранье это доставляло огромное удовольствие, и он старался чаще стоять в карауле именно со Шпажником[1]. Вот и сейчас Кардинал не мог сдержать румянец, когда ему выпало назначить что-нибудь в счет проигрыша принцессе Скарлет. Мальчишка был ровно одного цвета с ее "розочкой" — нашивкой на груди форменного платья. Но всё-таки потребовал дрожащим голосом у "горничной" налить ему водички.

Пары метали кости по ходу светской игры, в рамках образов. Желания придумывали соответствующие. По сюжету ко двору прибыла посланница загадочной страны эльфов, которая вот-вот объявит всем войну, если не выполнить ее желания. Шут и советник спасали королеву как могли, давая противоположные советы. Слуги угождали капризной посланнице, но всё напрасно. Тогда вмешались феи: добрая предлагала умилостивить посланницу, а злая просто уничтожить. Чья позиция будет воплощаться в жизнь, каждый раз решали кости. А проигравшие выполняли маленькое желание победителей. Все веселились до упаду. В буквальном смысле. Розанчик, придумал желание для Бьянки: пролезть под столом. Хоть не мяукать оттуда, и на том спасибо!

Когда Поли пожелала, чтобы Гиацинт съел орех или конфету, не трогая руками, шут подцепил арахис в глазировке черенком вилки, хлопнул по запястью, как по трамплину, и забросил орех точно в рот. Все мигом забыли другие желания и стали бросать сладости. Лучшая точность оказалась у Поля, как будто он тренировался. Другим, хотя все бросали еду прямо с кончика открытой ладони, удавалось поймать упрямую конфету далеко не с первой попытки и даже не с десятой. Но роли не забылись. Когда у каждого хоть по разочку получилось, "слуги" собирали упавшие орехи, а "господа" развлекались, высматривая, куда ещё закатились сладости.

Незаметно пробило и полночь, и час ночи. Принцессам слишком нравилось в "домашнем" обществе, чтобы отпускать гостей. Но пришло время расходиться. Об этом напомнили пажи, которым нужно встретить смену.

— Доброй ночи, вашим высочествам! — поклонились все. — Не скучайте, девчонки!

Поль и два пажа, сменившись, вызвались проводить всех дам. Гиацинт прихватил с пустой гардеробной стойки забытый темно-зеленый плащ с "розочкой" на воротнике. Набросил на Виолу, и они незаметно выскользнули в сад. Ночная свежесть и яркое звездное небо властно тянули к себе, как в танце. И невозможно просто уйти спать.

— Простите, мадемуазель, что втравил вас в эту глупость. Вы могли уже видеть десятый сон!

— Я не жалею, — улыбнулась Виола. — Мне было весело…

— Всем было весело, — хмуро согласился королевский шут. — Мне тоже. Но это развлечение бессмысленное и пустое, как орех. После такого "веселья" обычно чувствуешь именно такую грусть! Вы же ее чувствуете? Здесь, на воле… — он кивнул на звезды. Виолетта тоже смотрела вверх.

— Пожалуй, — согласилась она. — Я думала, это тоска по дому. Разве нет?

— Это тоска по настоящей жизни, — хрипло ответил он. — Я провожу вас?

— Я пока не хочу уходить. А почему вы опять не говорите мне "ты"?

— Даже почти не пришлось притворяться, повезло! — он хмыкнул, и снова помрачнел: — Не говорю, потому что это не по-настоящему.

— А принцессы? Откуда вы так хорошо знакомы?

— Да так же познакомились, как вы сейчас, — неохотно ответил он. — Сначала бал, только дневной, потом семейный ужин… Тогда за столом был сам король! Давно. Когда я только приехал сюда учиться. С тех пор и покатилось…

— А мне их жаль, — еле слышно прошептала Виола.

— Себя лучше пожалейте!

— Или тебя? — тихонько съехидничала спутница. Он пожал плечами:

— Как хочешь, — и предложил ей руку.

Они гуляли вдоль дорожек пустого сада, смотрели на звезды и ни о чем не говорили.

.

[1] Гладиолус или шпажник черепитчатый, южноафриканский вид "кардинальский" (Gladiolus cardinalis). Многие культурные сорта — гибриды европейских, кавказских и южноафриканских видов.