Флермонд. Выпускной бал

55.

— Образование для вас действительно ничто? — с горечью спросил профессор математики.

— Не так категорично, но диплом в самом деле нужен не мне. И почему-то думаю, отцу он сейчас тоже не так важен. Но, если хочет, пусть добивается судом. Мне-всё-рав-но, — раздельно повторил Гиацинт то, что мечтал каждую минуту почти любого урока сказать персонально многим учителям и всей Оранжерее сразу. — Насчет "неблагодарного мальчишки" я всё знаю, но у нас соглашение ещё на два бала. Я с радостью избавлюсь и от них. Решайте сами. Всё может идти по правилам, но тогда открывать выпускной буду не я. И я считаю, это не смертельно. У вашей шко… специального учебного заведения есть более достойные лица, способные не уронить ее престиж. Экзамены "нормально" я всё равно сдавать не буду. Ни сейчас, ни осенью, ни на комиссии. У меня нет на них ни времени, ни желания.

— Вы так устали играть по правилам? — иронично осведомился директор.

— Не уверен, играл ли я по ним хоть раз в жизни, — всерьез задумался Гиацинт. — Но сейчас точно не хочу.

Директор взял гербовый бланк и строчил что-то размашистое и категоричное. Поставил подпись, припечатал и подал лист ученику.

— Убирайтесь. Только без шума!

— Благодарю, — тихо сказал Гиацинт. — Вы сейчас вписали редкую страницу теплых воспоминаний в летопись моей учебы.

Жестколист поджал губы, старательно подавляя усмешку и сделал отпускающий жест.

Сообщив волнующимся соученикам: "четверка!" — иронично посетовав, что не может отдать ее Пельтигеру, но спасибо за очередь, граф Ориенталь спешил в зал искусств и в спортивное крыло. Времени хватит, если поторопиться. Получив бумагу с директорской подписью о содействии в скорейшей и успешной сдаче экзаменов, он обошел всех учителей изящных искусств. На секундочку заглядывал в кабинет или зал, обаятельно извиняясь, тихонько просил об оценке без экзаменов, и в случае замешательства предъявлял личную просьбу Бораго. С печатью!

Многоножка, преподаватель живописи, скульптор, теоретик истории искусств, учитель музыки графу не отказали. Согласились бы даже без поддержки директора. Провернув тот же фокус с тренером по верховой езде, он заглянул к Фалькари. И выслушал от Резака много… резкого. Предложил сыграть на три коротких атаки. Кто победит, того и правда.

Выиграл два — один. Получил напутствие и оценку за восьмой экзамен. Не говоря уж, что, кроме профессора математики, все ставили графу "отлично". Теперь пора бежать в театр. С остальными предметами выпускник разберется позже.

По городу он шагал вполне довольный началом дня. Почти треть экзаменационных оценок уже в кармане! Ещё десяток можно получить без проблем. А дальше… Что вы его пугаете сложными задачками! Сами попробуйте!..

Вот, извольте, условие задачи: молодой человек изобретательный и трудолюбивый по необходимости (как пишут в классике), не испытывающий в данный момент серьезного стеснения в средствах, успешно заканчивает ненавистную школу, встречает ту, кого готов назвать единственной в жизни, постепенно находит с ней взаимопонимание, одновременно профессионально реализует побочные таланты, проводит время с друзьями, согласно своему призванию собирается в дальний рейс на лето… и чувствует себя наиболее несчастным и бесправным за всю жизнь. Как это решить?

У него же всё есть! Только нет свободы пользоваться этим "всем". Чтобы извлечь возможности из толстенного сейфа хоть ненадолго, надо проявить ловкость международного взломщика! Добыл пару секунд свободы, поднялся на поверхность, вдохнул, и снова на дно. Всё глубже… И выхода во тьме не видно. Грудь разрывается без воздуха. Словно та, давняя жемчужница всё-таки защемила руку — сколько ни дергайся, не вырвешься! Потому что в ловушке, из которой так рвался, оказывается, осталось самое дорогое. И придется вернуться туда уже добровольно, что гораздо страшнее…

Какое значение для него имеют цифры или буквы на плотном листочке в золоченой виньетке, как денежная купюра? Правильно, никакого. Ответ на "отлично". А задачка-то не решается…

Добровольно возвращаться на каторгу? Он, что, псих?

Будь у них с Виолой другая степень доверия, чего проще жить и встречаться только в городе, свободными и счастливыми. Почти. Без моря. Но театр поедет на гастроли… а потом Виолетта закончит школу, придут новые возможности. Что ж, решения пока нет, но есть месяц, чтобы лучше присмотреться друг к дружке.

После бала они почти не встречались. Пару раз были вместе на общих лекциях, но Гиацинт всегда выбирает место в дальнем ряду, возле окна. Виолетта, напротив, пряталась под глухой стеной, ближе к двери. Словно хочет выходить первой, входить последней. Ни он, ни она на тех уроках не отвечали. В разных концах зала — это не встреча. Сама скромница его не искала. Он выжидал, тоже не карауля ее нарочно под дверью класса или девичьего крыла.

Что ж, пора перейти в наступление. У нее сейчас тоже экзамены, нервы, дружеская поддержка не помешает! В этом он хоть волен действовать как угодно, ограничен только во времени.