Флоренц — принц Нарнийский

Глава 4. Чудо Аслана

На ночь Северуса и детей устроили в шатре, установленном специально для них. Он был просторен и высок, падал снаружи тяжелыми складками цвета вина, внутри же был отделан атласом и шелками, кровати, стол и прочая мебель поразила гостей по самое не могу, это ж надо, мебель для шатров с собой возить! И не только мебель, но и матрасы с перинами, подушки-одеяла, ковры на полу, посуда золотая-серебряная и фаянсовая на столе…

Кушанья, поданные к ужину, тоже поразили воображение Северуса и ребят: фрукты-овощи свежие, те же фрукты и овощи печеные, вареные да соленые-маринованные. Зелень всякая-разная. Каша, рыба и креветки, корзина с хлебом и печеньем, кувшины с соками-винами и родниковой водой, крынка с молоком для детей (!). Ешьте, гости дорогие, от пуза, и спите крепко!

Но круче всего оказался переносной клозет. Об этом редко пишут, но деталь необходимая, особенно для дальних переходов. Роется яма, неглубокая, на одну только ночь, поверх неё ставится кресло с дырой, исполняющее роль унитаза, оно, в свою очередь, огораживается со всех сторон ширмой. Вот и вся конструкция, простенько и со вкусом. Но эта простота очень понравилась Гермионе, по достоинству оценившей походный туалет.

Трапезничали «на улице» за длинным дубовым столом, составленным из широких досок, уложенных на козлы-подставки. Кентавров всего тридцать, но из-за постоянного их перемещения, казалось, весь лагерь заполонен. Между ними туда-сюда сновали гепарды, тигры и псы — тяжелые желтые мастифы. К ним присоединились соловые лошади, доставившие детей и Северуса к лагерю.

Нескольких лошадей зачем-то окружили кентавры, любопытный не в меру Гарри присмотрелся к группкам и увидел, что три кобылы и конь примеряют на спину седла, привезенные кентаврами. Ух ты! Восхитившись, Гарри привлек к этому внимание друзей.

— Смотрите! Нам верховых животных готовят.

— Здорово, — согласилась Гермиона. — Но не понимаю, к чему столько помпезности? Шатер с громоздкой мебелью, все эти флаги, штандарты…

— Кухня, кузня, обозы, — подхватил Невилл и покачал головой. — Не понимаешь ты, Гермиона, ничего в дальних походах королевских кортежей. Ты вот увидела кентавров Запретного леса и всё, наставила на весь их род единый шаблон, а очевидного не видишь. Это тебе не дикие Бэйн и Ронан, голые и чванливые, рассуждающие о том, что Марс нынче красный. Обрати внимание на доспехи здешних кентавров, их попоны, ремни-держатели для оружия, упряжь, посмотри, как защищены их ноги, руки, торсы…

Гермиона нахмурилась, оглядела всё, что перечислил ей Невилл, и недовольно буркнула:

— Всё равно не могу представить себе цивилизованных кентавров! О них всегда писали, что это полудикий народ полуконей-полулюдей, живущий племенами.

— Ну почему ты такая упертая? — застонал Невилл. — И зачем представлять? Их же и так видно, цивилизованных кентавров.

А Гермиону понесло:

— И вообще, как звери могут разговаривать?! Им же физически это нереально! Их губы, строение ротовой полости, гортань, голосовые связки самой природой не предназначены к разговорной речи! Как, ну как это возможно?! Если честно, говорящие лошади вогнали меня в ступор, мой мир никогда теперь не будет прежним!

Мимо шел гепард. Приостановившись возле Гермионы, он посмотрел на девочку с какой-то опаской и тормознул идущего параллельно пса:

— Эдди, ты слышал?

— Слышал, — отмахнулся хвостом Эдди. — Не переживай, Сэнди, Аслан разберется с неверной.

Гарри поперхнулся и закашлялся. Невилл наставил на Гермиону вилку и попенял ей:

— Сбавь обороты, о тебе вот-вот поползут слухи. Так что поосторожнее, не задень здешнюю религию.

— Но звери! — уперлась Гермиона рогом. — Звери не должны владеть речью!

Гарри прокашлялся, успокоил дыхание и воззвал к логике девчонки:

— Гермиона, а ты не читала сказки о трех медведях, маленьких пони, крошках ягнятах и прочие, в которых фигурируют говорящие зверушки?

— Так это сказки, Гарри, — Гермиона недоуменно посмотрела на Гарри. — При чем тут они?

— А мы с тобой где, по-твоему? — Гарри повел рукой вокруг. — Мы сами в сказке… или, как выражаются некоторые писатели-фантасты — в условно-сказочной реальности. Мы волшебники, Гермиона, и, вспомни, как магглы говорят: «Волшебников не существует, они выдуманы и живут в сказках!» Ты же про себя не думаешь, что ты сказочная?

— Вот! — утвердительно покивал Невилл. — Гарри прав! Мы из мира волшебников попали в настоящий волшебный мир, вот и вся разница.

Гермиона честно попыталась уложить в голове сказанное Невиллом, но оно казалось несовместимым и в голове укладываться не желало. Гарри, глядя на её окаменевшее лицо, застонал:

— Гермиона, ну давно тебе было пять лет?!

— Семь лет назад. — отчеканила девчонка. — Мне двенадцать!

Ах, ну да, целую вечность назад, давно уже не малышка. Мальчишки переглянулись и оставили попытки достучаться до Гермионы, злосчастной заучки, слишком взрослой в свои двенадцать, чтобы верить в какие-то там детские сказочки. Если подумать, Гермиона и к волшебству отнеслась не как к чуду, а сразу начала выискивать в нем практическую пользу. Сама же сказала им в поезде, что прочла и запомнила наизусть все учебники и выучила несколько заклинаний…

Северус сидел на другом конце стола, подальше от детей, и наслаждался креветками в белом вине и эскарго — чрезвычайно вкусными улитками. Специальной узкой вилочкой он выуживал запеченных моллюсков из ракушек, окунал в восхитительный соус и отправлял в рот. Запивал всю эту вкусноту глотком благородного красного полусладкого. Давно Северус не получал такого удовольствия. Да и где? В древнем замке с сугубо английской кухней, где на завтрак подается овсянка, яичница с гренками и селедка?!

Ночь прошла спокойно, кровати были тактично расставлены по разным углам шатра и задрапированы не только пологами друг от друга, но и занавесями, образовавшие таким образом уютные закуточки-комнатки.

Утром последовал легкий завтрак, а пока дети подкреплялись картофельным супом, кентавры сворачивали лагерь: разбирали-складывали шатры-кровати, грузили на обозы, запряженные круторогими быками и носорогами, в некоторые телеги, кстати, впрягались и сами кентавры. Дождались, когда гости доедят, собрали-помыли-прибрали последние ложки с тарелками, и дали сигнал к отправке.