Флоренц — принц Нарнийский

Глава 6. Тайный смысл путешествия

Два дня спустя наши путники достигли Водопада, с ревом ниспадающего вниз отвесной стеной белопенной воды. Далеко-далеко внизу, в туманной дымке брызг, бешено бурлящая река, вырвавшись из плена ущелий, по перекатам уносилась в холмистую долину. Там она, достигнув равнин, широко и вольготно разлилась средь зеленых склонов извилистой зеркальной змеей. Насколько хватало глаз, долина была испещрена темными пятнами лесов, сине-облачными окошечками озер и топорщилась тут-там небольшими горушками.

Обозрев всё это великолепие, Ренн указал на едва приметную шишечку на горизонте, чуть повыше прочих холмов.

— Вот гора Непокорная.

Хм… Северус и дети затосковали, видя огромное расстояние до желанной цели. Но делать нечего — не сдаваться же! — повздыхав, стали искать спуск в долину Великой реки. И тут их подвел стереотип: обычно неопытные всадники при опасных спусках спешиваются и, спускаясь, ведут коней в поводу. Так же они поступили и здесь, несмотря на все убеждения лошадей в том, что они справятся. Но спускаться верхами с отвесной кручи им было попросту страшно, и поэтому Северус и дети, невзирая на просьбы лошадей довериться им, спешились и начали спускаться сами.

Первым шел Северус, страхуя детей, за ним держалась Гермиона, последними шли Гарри и Невилл. Ну а Невилл, как мы помним, отличался известной неуклюжестью. Вот и здесь: неловко ступил на камушек, тот уехал из-под ноги и, Невилл, внезапно потеряв опору, с воплем завалился вбок, безотчетно хватаясь за ветви, траву, воздух, Поттера… Гарри интуитивно схватил друга, но не удержал — полетел в пропасть вместе с ним. Однако не успели они толком перепугаться, как их подхватили сильные руки и прижали к надежной груди, не дав убиться. При этом мальчики продолжали спускаться. Ничего не понимая, Гарри повертел головой и понял — Северус! Северус Снейп медленно планировал вниз, крепко держа обоих мальчишек и внимательно смотря под ноги, выбирая, куда приземлиться.

Гермиона, видя всё это, молча и целеустремленно залезла на Флоренца, хватаясь за него, как за спасательный круг. Флоренц её стремления всецело одобрил и, крепко сжав челюсти, продолжил спуск. Не зная толком местности, Северус летел над рекой, вглядываясь в береговые кручи. Наконец в одном месте показался просвет и Северус свернул туда. Подлетел, встал на ноги, поставил мальчишек.

— Ух ты, круто! — восхищенно выплеснул эмоции Гарри. — Я не знал, что ты так умеешь!

Невилл также восторженно прозаикался:

— Ух т-ты, с-спасибо, сэр!

Северус рассеянно кивнул, вполуха слушая восторги ребят, с запоздалым сожалением глядя, как грациозно и легко спускаются вниз сильные и ловкие лошади. Из этого он вынес урок: нарнийским коням лучше доверять безоглядно. Его всё ещё потряхивало от пережитых моментов смертельного ужаса, когда двое пацанов с воплями усвистели в пропасть… Едва-едва поймал ведь!

Так что в дальнейшем пути Северус с детьми старательно учились доверять верным и надежным животным, каждый раз напоминая себе о том, что в обычном мире человек давно доверился лошади и собаке. И не только, а научился понимать их, бессловесных своих друзей.

А лошади действительно оказались теми ещё вездеходами: проносили через горы по едва заметным козьим тропам, с упертостью бульдозеров продирались сквозь лесные чащобы, пересекали вплавь широкие озера. Причем в паре мест здорово отметились, пройдя вслепую в густом тумане по топкому болоту, а потом несколько раз зачем-то обошли по широкой дуге безопасные с виду пространства. Когда Вальс в очередной раз свернул в сторону и принялся огибать песчаной участочек, Северус не выдержал, придрался:

— Нельзя ли напрямик, старина?!

Конь обернулся, скосил на всадника умный карий глаз, убедился, что человек не шутит, вздохнул и попросил:

— Ренн, кинь-ка вперед вон ту корягу.

Кентавр так и сделал: подобрал с обочины обветренную дубину и, хорошенько размахнувшись, зашвырнул туда, где по мнению Северуса была безопасная дорога. Секунду-другую коряга лежала, сверкая полированным боком, потом дрогнула и ме-е-едленно-медленно, печально, со скорбным укоряющим молчанием утонула в коварных зыбучих песках. Северус моментально покрылся холодным потом — вон оно что… Подумав, недоуменно спросил:

— А как же те эпизоды в книгах и фильмах, где находят лошадей со всадниками и грузом, утонувших в болотах или в таких же зыбучих песках?

— Им не дают свернуть, — задумчиво произнес Флоренц. — Стоит только немому скакуну заартачиться, загарцевать и попытаться повернуть с опасного пути, как всадник натягивает поводья и ударами плетей и шпор заставляет безвольного коня идти прямо в яму. Вот так люди и погибают по своей собственной вине, попросту не поверив животному.

Северус проникся и больше не спрашивал ни о чем. К тому же вспомнил рассказы счастливчиков, которые не справились с сильной лошадью и благодаря этому избежавшие гибели. Хорошенько закусив удила и поупрямившись, лошади-победители обычно уносили дураков-наездников от опасности и тем самым получали статус верных и удивительных друзей. «Ах, если бы не Черный Красавчик, быть бы мне мертвым…»

Непокорная встала перед ними во весь свой заоблачный рост, отвесная, издевательски гладкая, совершенно неприступная. Северус едва не сплюнул, увидев вблизи этот Эверест. Ренн, Ландо и Флоренц тем временем по каким-то признакам на земле уловили что-то им понятное, в результате чего Ландо вынул из чехла рожок и звонко протрубил сигнал. В ответ на пение рожка из-за склона горы раздалось ржание, а потом появилась гигантская крылатая тень. На низком бреющем лёту к нашим путешественникам спустился бронзовый пегас. Боже, что это было за существо! Сияло оно всеми оттенками меди, бронзы и золота, крылья в размахе равнялось футбольному полю, каждое маховое перо поражало отточенностью линий, по длине не уступая высокому человеку.

То была Стрела, легендарная Стрела, бывшая когда-то простой лошадью извозчика, превращенная Асланом в пегаса в помощь мальчику Дигори. О чем она и доложила, проведя аналогии.