Флорентийские шедевры

Глава 6: "Академия изящных искусств"

Шестой день во Флоренции привел Питера Моргана в Академию изящных искусств — старейшую художественную школу Европы, где вот уже столетия передавались секреты флорентийских мастеров. Детектив понимал, что именно здесь, среди мастерских и студий, могли обучаться создатели совершенных подделок, терроризирующих музеи города.

Утром он получил от комиссара Николини тревожные сведения о деятельности некоторых преподавателей академии.

— Мистер Морган, — сказал комиссар в своем кабинете, — наши информаторы сообщают о подозрительных частных заказах в академии.

— Какого рода заказы? — спросил детектив.

— Копирование знаменитых произведений с требованием абсолютной точности и секретности.

— А заказчики?

— Те же иностранные коллекционеры, что фигурируют в других делах.

— А преподаватели готовы сотрудничать?

— Некоторые. Особенно молодые, которых использовали втемную.

— А руководство академии?

— Профессор Вольтерра категорически отрицает какие-либо нарушения.

— А его личная заинтересованность?

— Возможная. Слишком активно защищает "честь" академии.

Академия изящных искусств располагалась в палаццо XV века, где некогда работали ученики Микеланджело. Старинные стены помнили Челлини, Бандинелли, Вазари — великих мастеров, заложивших основы европейского художественного образования.

Профессор Карло Вольтерра встретил детектива в аудитории, где студенты копировали фрески Гирландайо.

— Профессор Вольтерра, — сказал Питер, наблюдая за работой молодых художников, — расскажите о методах обучения в академии.

— Классические, — ответил ректор с гордостью pedagoga. — Изучение великих мастеров через точное копирование их произведений.

— А качество студенческих работ?

— Различное. Но талантливые ученики достигают поразительных результатов.

— А возможность создания подделок?

— Академия воспитывает художников, а не фальсификаторов.

— А контроль за использованием приобретенных навыков?

— Моральный. Полагаемся на честность выпускников.

— А частные заказы на копии?

— Иногда принимаем. Для музеев и образовательных целей.

— А заказчики из частных коллекций?

— Крайне редко и только при безупречной репутации.

Профессор провел детектива по мастерским академии, демонстрируя процесс обучения классическим техникам.

— Вот мастерская живописи XV века, — показывал он зал, где студенты изучали технику Боттичелли. — Здесь воспроизводят методы старых мастеров.

— А материалы?

— Аутентичные. Те же краски, масла и основы, что использовались в эпоху Возрождения.

— А где их приобретаете?

— У проверенных поставщиков. Некоторые составы изготавливаем сами по старинным рецептам.

— А техники старения произведений?

— Изучаем для понимания процессов разрушения.

— А их практическое применение?

— Только для реставрационных нужд.

— А студенты имеют доступ к таким знаниям?

— Старшекурсники, специализирующиеся на реставрации.

В мастерской скульптуры детектив увидел студентов, работающих над копиями античных статуй.

— Впечатляющее качество, — заметил он, изучая мраморную копию "Давида".

— Наши студенты — лучшие в Европе, — с гордостью сказал профессор.

— А как отличить студенческую копию от работы мастера?

— Опытный глаз заметит различия в технике, уверенности резца.

— А если копию создает талантливый выпускник?

— Тогда различие может быть минимальным.

— А маркировка копий?

— Обязательная. Но иногда метки ставятся в незаметных местах.

— А возможность их удаления?

— Технически да, но это нарушение академических традиций.

Во второй половине дня детектив встретился с молодым преподавателем живописи — синьорой Бьянкой Вазари, правнучкой знаменитого художника и биографа.

— Синьора Вазари, — сказал Питер в её мастерской, заполненной копиями фресок, — получали ли вы частные заказы на копирование произведений?

— Несколько, — ответила художница — элегантная женщина лет тридцати восьми с артистическими манерами. — От международных коллекционеров.

— А что именно заказывали?

— Точные копии фресок Гоццоли из капеллы Медичи.

— А цель копирования?

— Говорили о создании образовательной экспозиции в частном музее.

— А заказчики?

— Барон фон Штауфенберг и его представители.

— А требования к работе?

— Исключительные. Абсолютная точность до мельчайших деталей.

— А оплата?

— Очень щедрая. В несколько раз выше обычных расценок.

— А сроки?

— Сжатые. Все работы к концу месяца.

— А подозрения в нечестности заказа?

— Возникли постепенно. Слишком коммерческий подход к искусству.

Синьора Вазари показала детективу свои работы — копии, практически неотличимые от оригиналов.

— Качество поразительное, — признал Питер. — Как достигаете такой точности?

— Семейные традиции плюс современные знания, — объяснила художница. — Изучаю каждую деталь оригинала.

— А доступ к оригиналам?

— Для копий работаю в музеях. Специальные разрешения от дирекции.

— А фотографирование процесса?

— Барон просил подробную документацию всех этапов.

— А цель такой документации?

— Якобы для научной публикации о техниках Ренессанса.

— А использование фотографий?

— Могли бы помочь другим мастерам воспроизвести процесс.

— А готовность прекратить подозрительные заказы?

— Конечно. Не хочу, чтобы мое искусство служило обману.

Вечером детектив встретился с группой студентов академии в таверне "У трех кистей" — традиционном месте встреч будущих художников.

— Друзья, — сказал Питер, усаживаясь за стол с молодыми людьми, — слышали ли о подозрительных заказах в академии?

— Много говорят, — ответил старшекурсник Лоренцо Бронзино — потомок знаменитого портретиста. — Некоторые преподаватели получают очень дорогие частные заказы.