Фокс и правила Молчания

"Бал приближается "

Академия Кроуфорд будто попыталась сделать вид, что всё в порядке.

После возвращения Реми - пусть и загадочного - в стенах стало чуть теплее. Не по температуре. По тону.

В коридоре пахло тыквами и старой краской - подготовка к балу шла полным ходом.

Ученики суетились, кураторы нервничали, кто-то даже пытался репетировать вальс.

Шарлотта с деловым видом развешивала ткань на кулисах.

— Если кто-то снова исчезнет во время бала, я лично сожгу актовый зал, — пробормотала она, привязывая ленту.

Фокс подошёл ближе, поднял с пола упавшую гирлянду.

— Осторожно, ты сейчас почти эмоциональна.

— Это от переутомления, - сухо ответила она, но улыбка всё же дрогнула в уголках губ.

Фокс поймал это. Он всё чаще ловил такие детали. В углу, у горы тыкв, Реми рисовал лица.

— Вот эта будет смотреть, как Лоранс танцует, - и он пририсовал большие влюблённые глаза.

Лоранс, проходя мимо, бросил:

— Ещё одна - и ты пойдёшь на бал с тыквой.

— Нормально. По крайней мере, она не молчит три года подряд.

— Я не молчу, я выбираю, с кем говорить.

Реми театрально хлопнул ладонями:

— Вот! Он говорит! Девчонки, срочно, пока не замкнулся обратно!

Из группы девушек, оформляющих зал, одна действительно посмотрела на Лоранса с любопытством.

Он заметил. И впервые отвёл взгляд не из равнодушия, а от смущения.

Реми, наклонившись к Фоксу, прошептал:

— У нас тут начинается роман века.

— Да ты сам как Амур с катушкой.

— Серьёзно. Если они поцелуются - я уйду в закат.

Позже, ближе к вечеру. Библиотека. Тишина, нарушаемая только шелестом страниц.

Шарлотта сидела у окна. На коленях - тетрадь с заметками, рядом - свеча.

Фокс подошёл неуверенно.

Он, казалось, хотел сказать что-то простое - как дела, устала ли - но вместо этого произнёс:

— Когда ты молчишь… это не страшно.

— А когда я говорю? - её голос прозвучал мягче обычного.

— Тогда страшнее. Потому что хочется, чтобы ты говорила только со мной.

Шарлотта отложила тетрадь, чуть повернулась к нему, глаза скользнули по его лицу - медленно, изучающе.

— А ты умеешь говорить такие вещи всерьёз? Или это всё ещё твоя маска?

Фокс не отвёл взгляда.

— Наверное… это я без неё. Потихоньку. Сближаюсь.

Она усмехнулась - не холодно, не сдержанно, впервые по-настоящему тепло.

— Тогда сближайся, Фокс. Только не исчезай по дороге.

Фокс кивнул.

— Ни за что.

Он сел рядом. Не касаясь, не прикасаясь. Просто - рядом.

И этого было достаточно.

В другом конце библиотеки, едва видный в отражении окон, стоял Тайный.

Он наблюдал - не как надзиратель, а как… свидетель.

Он знал: им предстоит ещё многое. Но сейчас, в этот момент - они дышали. Жили. И это было победой.

А позднее вечером, перед самым закрытием зала, Тео вернулся с дежурства.

На руках - следы чернил. На пальцах - замятая бумага.

Он не заметил, что за ним следили взгляды - особенно один, лёгкий, светлый, немного виноватый. Реми.

Тот не подошёл. Но когда Тео проходил мимо, бросил:

— Хочешь завтра тыкву вырезать? Я научу тебя делать лицо, как у тебя, только улыбчивое.

Тео на секунду приостановился.

— А ты не устаёшь… быть идиотом?

— Устаю, - честно кивнул Реми. - Но иногда это лучше, чем быть одиноким.

Тео ушёл, не ответив. Но - не так резко. Не с той прежней отчуждённостью.

Что-то внутри него медленно оттаивало.

Утро было не как раньше.

Во-первых, Реми уже с утра был в столовой, мешал кому-то сахар в каше и советовал Лорансу "улыбнуться хотя бы как будто ты не убил никого в этом месяце".

Во-вторых, Фокс был слишком занят выбором между двумя галстуками, чтобы шутить.

А Шарлотта - молчала, расчесывая волосы перед старым зеркалом.

Тео появился позже всех. Сухой, собранный, в своей форме, идеально выглаженной.

Он шел через холл, будто под стеклом. Но… кто-то глядел ему вслед.

Не шёпотом. Не навязчиво. Просто - с интересом.

Одна из младших учениц, проходя мимо, остановилась у подруг:

— А Кромвель… красивый, правда?