Фонарный столб

Необычное чувство

Глава 14

Калеб

После неловкого ужина на улице мы разошлись по своим комнатам. Я долго ворочался, пытаясь заснуть. Теперь на мне нет бинтов. Мне так непривычно лежать без них. Почти всю осознанную жизнь я проходил в бинтах, никому ни разу не показывая себя без них. Снова и снова я прокручиваю в голове тот момент. Тот момент, когда всë, что я знал показалось мне ложью. За последние, как минимум шесть тысяч лет, я никогда никому не показывал себя без бинтов. Я и сам редко видел себя таким. Те моменты, когда смотрел на себя в зеркале, я чувствовал лишь отвращение к самому себе, но... почему она назвала мои шрамы красивыми? Я не увидел в еë глазах притворства или лжи. Словно она действительно была заворожена чëрными шрамами.

Впервые за такое долгое время я почувствовал, что меня приняли целиком и полностью. Семья не отворачивалась от меня с отвращением, когда видела мои шрамы, но я чувствовал их не спокойствие. Особенно родители. Они никогда не винили меня и старались поддерживать. Но я видел в их глазах непринятие, словно им было неприятно смотреть на меня. Вечное беспокойство семьи каждый раз, когда я был рядом, начало давить на меня тяжёлым грузом.

Единственный кому, казалось было всë равно, был мой старший брат Алекс. Он поддерживал меня и никогда не смотрел, как на кого-то необычного. Он был настоящим старшим братом. Лесси и Фил родились позже, и никто из них никогда не видели мои шрамы. Я чувствовал их любопытные взгляды на себе почти каждую нашу встречу. Но никто из них не поднимал эту тему. Возможно, они видели реакцию семьи и то, что я с каждый годом всë больше отдалялся от всех. Алекс долго отговаривал меня от сокрытия кожи под бинтами, но со временем смирился и принял моë решение. С тех пор я каждый день бинтую себя, чтобы скрыть каждый участок кожи с этим проклятьем. Никто из моего круга больше не поднимал эту тему. Я хожу с бинтами так долго что уже не помню, как ощущается тело без них.

Во мне поселилась надежда, когда я увидел принятие и восхищение в глазах Ники, а не отвращение и ужас, как бывало обычно. Она сразу приняла меня. Как... Как такое вообще произошло? Я никогда не думал, что есть кто-то, кому не противны мои шрамы. Кроме отвращения большинства, беспокойных взглядов родителей и безразличия Алекса не было никого кто бы смотрел на меня с восторгом. Никого кто посчитал бы мои шрамы красотой. Я чувствую, словно лучик тепла проник в тëмное холодное место. Словно моя темнота рассеивается под еë светом.

Мне удалось заснуть лишь к утру. Проснувшись, я принял быстрый душ и долго смотрел в зеркало, посматривая чëрные полосы, покрывавшие всë моë тело. Беспокойство накрывало с каждой секундой всë больше, когда я вместо того, чтобы как обычно забинтовать себя, одеваю чëрные штаны и светло серую футболку. Я чувствую, как прохладный ветерок обдувает мои руки и шею, когда я выхожу из ванной. Смотря на ручку двери, я долго стоял, словно пытаясь собраться с силами и открыть. Казалось совершенно обычное действие, но сейчас кажется, что это вовсе не так. Сильное желание забинтовать себя заставляет меня развернуться и подойти к двери в ванной. Когда я уже собирался туда зайти, в голове внезапно мелькают слова Ники...

-Хотя бы здесь ты можешь ходить без них.

С решительным вздохом я снова развернулся, и на этот раз не останавливаясь, вышел из комнаты. С каждый шагом моя решимость падала, но я помню, как смотрела на меня вчера Ника. Увидев мои шрамы, она не отпрянула и не посмотрела на меня с отвращением. Наоборот, казалось, она испытывала лишь восторг и удивление. Решив довериться своему другу, я нерешительно подхожу к кухне и как обычно начинаю готовить. Чаще всего я просыпаюсь раньше неë, а Ника встаëт примерно тогда, когда я заканчиваю готовку. Всë ведь не должно быть достаточно плохо, чтобы я с этим не справился, верно? По крайней мере я на это надеялся...