Forest fairy tales

Еще один лист календаря.

Дни становятся все короче, а ночи все длиннее. По утрам над озером стелется туман, в котором тонут звезды, и изморозью серебрит траву. Осеннее утро дышит холодом. Жемчужно-серое небо затянуто облаками, что все чаще проливаются дождем. И ветер уже не поет, играя в лугах, а тихо шепчет, баюкая засыпающий лес.

В человеческом мире в это время дети идут в школу после осенних каникул. В мире волшебном дети учатся у своих родителей. Эльфы учат детей своей магии, учат их говорить с лесом и зверьми, ходить невидимыми человеческому глазу тропами, целить больных и защищать слабых. Барсы учат своих детей охотиться, учат выживать в суровых северных горах. Кентавры учат своих детей жить в гармонии с природой. Русалки учат своих детей – слышать океан, чувствовать его, становясь с ним одним целым. Его воды – их колыбель, их жизнь. И когда они уходят из Океана, Океан не оставляет их: его воды текут по венам и плещутся под ребрами, отражаются в глазах…

Мэйв учит Новэ оборачиваться полностью в барса, а потом – обратно. Новэ пока еще плохо контролирует себя и стоит ему разозлиться, выпускает когти, обнажает клычки. Но Астэри терпеливо и ласково приручает его вторую ипостась, и барс внутри мальчика мурчит и ластится к ее теплым рукам.

Полный оборот плоховато дается мальчику, и он медитирует вместе с Астэри, пытаясь подружиться с внутренним зверем. А когда ему все-таки удается перекинуться, Мэйв учит его ходить в звериной шкуре, слушать лес и охотиться.

Иногда к ней присоединяется Тоашш'норр'и. Барсу нравятся бескрайние луга и тихие лесные тропы, после шумного пыльного города, нравится азарт охоты, нравится быстрый бег и пружинящие под лапами мягкие травы, нравится скачками нестись к горизонту, нравится легко перелетать в прыжке с камня на камень.

А еще ему нравится большой и совсем не страшный человек, со странным нечеловеческим запахом, его рокочущий смех и то, как большая горячая ладонь треплет его по холке и чешет за ухом.

Барс засиделся в четырех стенах, соскучился по дикой вольной жизни и возвращал контроль человеку весьма неохотно. Однако Мэйв обещает, что со временем Новэ найдет баланс и примирит две своих ипостаси.

Пока же мальчик уступает более сильному барсу и нередко приходит домой в кошачьем обличье, заваливается спать у камина или в любимом кресле Тоашш'норр'и, везде, кроме кровати, точит когти о мебель, обожал играть с лазерной указкой и питался молоком и рыбкой. Но большей частью сохраненный человеческий разум не дает ему забыть, что добычу лучше не приносить домой, чтобы не пугать своего маленького брата-эльфа.

Юлек обожает все живое, как и положено эльфу, и барса не минула его любовь. Барсу, впрочем, нравится Юлек. Он свой, а еще всегда находит для него вкусняшку. И барс позволяет ему вычесывать свою шерсть, сильно отросшую к зиме. Пока Юлек гребешком и руками оглаживает его шкуру, барс дробно мурчит, положив тяжелую лобастую башку ему на колени и лениво жмуря голубые глаза.

Юлек же блаженно зарывается тонкими пальцами в густой серебристый мех на загривке, бесстрашно чешет вибрирующую шею – барс откидывает голову, подставляясь под ласку и лижет зеленоватую ладошку эльфенка. Юлек тихо, счастливо смеется.

И когда Юлек простудился, барс, совсем как домашний кот, забрался к нему под бок, грея своим телом. Накануне они играли в Лесу, и барс опять забыл о том, что у его братьев и сестры нет такого чудесного густого меха и они быстро замерзают.

А теперь оленята дружно чихают сопливыми носами, а Юлек… От Юлека ощутимо тянет жаром, зеленые глаза странно высветлились и лихорадочно блестят. Мальчик внутри барса чувствует себя виноватым… Барс тихонечко скулит и лижет брата в горячую щеку.

Юлеку бы использовать родную магию, но целить, а тем более себя, он еще не умеет. Астэри обтирает малыша травяными отварами и жалеет об отсутствии у себя целительских способностей, человеческие лекарства принесенные из Города Тоашш'норр'и не помогают эльфенку…

И тогда Тоашш'норр'и обращается к эльфам. По праву опекуна ребенка из их народа, связанного с ним некровными узами, по праву обещания. И эльфы откликаются. Они снисходят до него лично. Трое эльфийских старейшин, древних как Волшебный лес, приходят в его дом.

Без лишних церемоний и приветствий, что совсем не похоже на них. Они… как будто встревожены. Тоашш'норр'и понимает. Ведь дети у эльфов рождаются редко, они совершили ошибку, отвергнув полукровку и кажется сейчас ее осознали. Но он не отдаст им Юлека. На мгновение они встречаются взглядами и старейшины тоже понимают. Один из них говорит высоким певучим голосом:

– Мы не отнимем у тебя, дитя. Он сам выбрал тебя, и мы не в силах вас разлучить. Разорвать эту связь нельзя. Но мы можем помочь. Мы должны принять его в род, чтобы он смог жить на этой земле.

Тоашш'норр'и кивает, пропуская их к сыну. И идет с ними. Эльфы обступают кровать мальчика и начинают ритуал принятия в род, вливая в него свою магию для поддержания жизненных сил. Лихорадочный румянец гаснет и Юлек начинает дышать ровнее и тише. Один из эльфов, самый старший, кладет малышу руку на грудь, ровно над сердцем и поет.

Двое других подхватывают песнь-заклинание и Тоашш'норр'и видит бело-золотые нити, яркие как солнечный свет, что тянутся от них к эльфенку, опутывают его слепящим коконом и впитываются под кожу. Длинные темные ресницы вздрагивают – Юлек резко распахивает глаза. Он смотрит куда-то мимо, эльфов и Тоашш'норр'и, сквозь стены и вдруг улыбается.

– Я слышу – говорит он.

Лес шелестит в его ушах сотнями голосов и звуков. Он слышит шорох ветра в кронах, чувствует этот ветер кожей, ежится от внезапно набежавших мурашек.

Даже с закрытыми глазами он видит, как проснулся филин, угукнул на пробу, готовясь к ночной охоте. Он слышит, как попискивает во сне мышь в своей норе под подстилкой хвои и опасней листвы. Он видит, как потягивается рысь, готовясь к прыжку.

Слышит плеск воды, в которую по брюхо входит благородный олень, видит, как расходятся круги по ней от капель, падающих с его морды. Как падает мягко и глухо шишка, ударяясь о подстилку мха под деревом. Тысячи звуков и образов наполняют его, переплетаются, перекликается – лес говорит с ним.